Читать онлайн «Жизнь в Древнем Египте». Страница 40

Скульптуры, изображающие ка, имели некоторые характерные признаки, одинаковые для случаев, когда изображение имело вид двух рук без туловища[278], и тех, когда оно было целой человеческой фигурой. Эти признаки – посох и знак , причем на посохе изображена голова[279], а на знаке написано имя человека, с которым связано ка. Для частного лица и имя, и лицо были те же, что у его человеческого тела. Но ка царя имело свое собственное священное имя, так называемое имя Гора; например, «живое ка государя обеих стран» Тутмоса III называется «победоносный бык, сияющий в Фивах».

После смерти человека ка так же, как и при его жизни, считалось представителем его личности; однако нам неясно, и, может быть, не было ясно даже самим египтянам, какую роль играла в этом «живая душа». Считалось, что ка после смерти существует в условиях, очень отличающихся от тех, в которых оно жило на земле, и потому необходимо принять много мер предосторожности, чтобы оно избежало всех возможных несчастий. Необходимо сохранить тело, чтобы ка могло овладевать им, когда пожелает. Надо было хранить в каком-нибудь надежном месте статую умершего, чтобы ка могло узнать в изображении те индивидуальные особенности внешности человека, которые мог утратить его труп. Нужно было поместить рядом с умершим его любимые домашние вещи, чтобы он мог жить в гробнице так же, как жил на земле. И наконец, главное: для ка надо было ставить в гробнице на стол для жертвоприношений еду и питье, иначе оно могло страдать от голода и жажды и даже, как думали египтяне, быть вынуждено питаться собственными испражнениями. Хотя эти представления были очень расплывчатыми и во многих отношениях очень противоречивыми, они все же оказывали огромное влияние на жизнь египтян. Вследствие этих верований они мумифицировали тела своих мертвецов, строили свои вечные гробницы, вносили в храмы вклады для принесения жертв умершим, сохраняли в гробницах статуи и домашние вещи; короче говоря, именно вере египтян в существование ка мы обязаны всеми нашими знаниями о домашней жизни этого народа.

Помимо перечисленных выше забот о благополучии умерших мы должны упомянуть еще одну, особую и основанную на очень характерной для египтян вере в магию. Магические заклинания действовали не только на живых людей, но и на мертвых: например, если кто-нибудь несколько раз подряд произносил в гробнице слова: «Это дар, который дает царь, дар, который дает Анубис, тысячи хлебов, сосудов с пивом, быков, гусей для ка такого-то», он повторением этой магической формулы обеспечивал умершему обладание этой жертвенной пищей. Поэтому было крайне необходимо, чтобы на похоронном пиршестве жрец-чтец повторял эти формулы, и в надписях содержится горячая просьба к каждому, кто посетит гробницу позже: пусть он ради того, что считает самым святым для себя, ради своих детей, своей должности, своего царя, бога-покровителя своего дома, сказал «тысячи хлебов, сосудов с пивом, быков и гусей» для умершего.

В ранние времена эти магические формулы были развиты особым образом. Как читатель помнит из предыдущей главы, египетский народ верил, что бог Осирис был убит Сетом, отомщен своим сыном Гором, а затем воскрес для новой жизни. Подобной судьбы египтяне желали и каждому смертному человеку: те, кого умерший покинул, надеялись, что он воскреснет, как Осирис, и что его сын, который заботится о его гробнице и чтит его память, будет для него таким же хорошим наследником, каким Гор был для Осириса. Для этого магические формулы, которые читались в гробнице, были составлены по образцу тех, которые применил Гор для своего отца Осириса, чтобы они подействовали на умершего так же, как когда-то на убитого бога. Эта вера, с которой мы встречаемся повсюду в начале эпохи Древнего царства, придала особую форму всем похоронным обычаям. Начиная с эпохи Среднего царства к умершему прямо так и обращались: Осирис такой-то, словно он сам был этим богом, и всегда прибавляли к этому: «правый словами», потому что когда-то слова Осириса были признаны правдивыми во время его спора с врагами. Изображен и Анубис, который держит тело умершего так, как держал тело Осириса, а Исида и Нефтида плачут о нем, словно он сам был мужем Исиды. Эти верования были так широко распространены, что в конце концов изменили самого бога и дали ему среди божеств важное место, которое он вряд ли имел вначале. Осирис стал из всех божеств главным богом мертвых. Даже Анубис, защитник умерших, играл лишь второстепенную роль по сравнению с ним: Осирис был царем царства блаженных, затем воображение египтян развило эту более позднюю, любимую ими мысль, и они стали считать всех блаженных умерших народом, который трудится для Осириса и находится под его управлением. «Чиновниками» Осириса были грозные демоны, которые охраняли его ворота или были судьями и заседали в его большом зале суда. В этом зале двух истин рядом с царем мертвых сидели на корточках сорок два странных по виду демона, имевшие змеиные, ястребиные, коршуновые или бараньи головы, и каждый из них держал в руке нож. Умерший должен был предстать перед этими существами, которые назывались кровопийца, поедатель теней, кривоголовый, огненный глаз, костолом, огнедышаший, огненная нога, белозубый и другими подобными именами, и признаться в своих грехах. Если он мог заявить, что не крал, не прелюбодействовал, не оскорблял царя бранными словами и не совершил никакого другого из сорока двух грехов, и если большие весы, на которых взвешивали его сердце, показывали, что он невиновен, то Тот, писец богов, записывал, что умерший оправдан. После этого Гор брал умершего за руку и вел нового подданного к своему отцу Осирису точно так же, как на этом свете земной князь мог бы представить достойного человека фараону.

Судьи мертвых

В материальном отношении Осирис тоже много выиграл, когда стал великим богом мертвых: места, где ему поклонялись, стали величайшими среди святых мест, особенно Абидос, где, видимо, и возникло сказание об Осирисе. В самые ранние времена этот город был лишь безвестной деревней, но после того, как закончилась эпоха Древнего царства, он стал самым святым местом Египта, и каждый набожный египтянин желал быть похороненным там, по соседству с Осирисом. Абидос сохранял свое верховенство до эпохи греков. При Птолемеях в каждом новом святилище стала появляться своя гробница Осириса, великий бог Сет превратился в сатану из-за того, что убил Осириса, а для римского мира Серапис (композитное божество, сочетавшее в птолемеевский период черты Осириса и священного быка Аписа. – Ред.) и Исида стали египетскими богами par excellence (фр. «по преимуществу». – Пер.). Все это свидетельствует о том, что религиозное учение об Осирисе повлияло не только на заупокойный культ, но и на всю религию страны.

Сказанного выше достаточно, чтобы разобраться в том, что читателю надо будет понять о похоронных обрядах и праздниках в честь умерших. Однако я должен повторить, что кроме этих представлений существовали и другие, как более древние, так и более новые, которые во многих случаях прямо противоречили одно другому и, насколько нам известно, еще никогда не получали удовлетворительного объяснения. Тексты не позволяют ответить даже на элементарные вопросы, например, о том, по каким законам жило и где находилось царство блаженных; в течение веков одна смутная идея вырастала, как привитый черенок, из другой, вряд ли более ясной, пока первая не становилась менее ясной, чем вторая, и теперь у нас нет никакой надежды выяснить, как следует правильно понимать все это.

Египтяне, видя, как солнце исчезает за горами на западе, естественно, представляли себе, что именно на западе находится вход в скрытую страну; поэтому, если им не мешали какие-либо особые обстоятельства, они всегда строили свои гробницы на краю западной пустыни. Так они хоронили своих умерших в течение минимум трех тысяч лет, а поскольку они предпочитали не заходить слишком далеко в пустыню, узкая полоса земли вдоль границы плодородной части страны была, должно быть, так заполнена мертвыми телами, что это невозможно описать. По самым скромным подсчетам, со времен Древнего царства и до христианской эпохи только в Верхнем Египте умерло от 150 до 200 миллионов человек, и почти все они, должно быть, нашли вечный покой на узкой полосе пустыни длиной примерно 800 км.

Мы не должны думать, что там было такое же огромное количество гробниц, поскольку, по крайней мере в ранние эпохи, только люди из высших слоев общества имели гробницы, а египтян низкого звания просто хоронили в песке пустыни. Мариету удалось обнаружить кладбище мемфисских бедняков[280], тела на нем лежали на глубине около метра, без гробов и без погребальных пелен; разве что иногда маленькая кирпичная кладка отделяла человека, занимавшего сравнительно высокое положение, от его соседа. Маленькие алебастровые чаши и кости животных свидетельствовали о том, что умершим давали еду и питье.