Читать онлайн «Машинисты (авторский борник)». Страница 51

В предсъездовские дни совет комсомольско-молодежной колонны электровозов имени XXIII съезда КПСС, той самой колонны, которой много лет руководил Александр Жаринов, в своем письме партийному комитету писал:

«Свой ударный труд по досрочному выполнению принятых нами обязательств в честь XXV съезда КПСС нам хотелось бы завершить по доброй традиции отправлением со станции Москва-Сортировочная в день открытия съезда нашей Коммунистической партии ленинского эстафетного маршрута.

Такие ленинские эстафетные маршруты в знаменательные дни для нашей Родины отправлялись со станции Москва-Сортировочная и ранее. И каждый молодой машинист и помощник машиниста считали для себя большой честью заслужить право провести необычные составы до стыковых станций столичной магистрали.

Коммунисты и комсомольцы нашей колонны приняли на общественном совете решение:

24 февраля 1976 года, в день открытия в столице нашей Родины XXV съезда КПСС, отправить со станции Москва-Сортировочная эстафетный тяжеловесный поезд назначением до станции Лена и провести «го по всем участкам восточного направления под девизом «Москва — строителям БАМа».

Мы не сомневаемся в том, что лучшие комсомольско-молодежные бригады всех локомотивных депо поддержат нашу инициативу о проведении маршрута на сэкономленной электроэнергии и безвозмездно, с тем чтобы перечислить заработанные деньги за рейсы в фонд досрочного выполнения десятой пятилетки.

Это будет достойным вкладом комсомольцев и молодежи стальных магистралей страны в досрочное выполнение народнохозяйственного плана первого года десятой пятилетки и нашим трудовым подарком Родине к XXV съезду КПСС».

Несколько лет назад руководителя комсомольско-молодежной колонны электровозов имени XXIII съезда партии Александра Жаринова провожали на пенсию. Не на самом деле, конечно, а только для формы, потому что комсомольские вожаки на пенсию не уходят. Понятия эти несовместимые. Несовместимые по жизни, по правде жизни. А формальный повод для проводов был. Машинист имеет право на пенсию в пятьдесят пять лет.

Никто не принял всерьез эту дату в жизни Жаринова. Просто отметили ее, поскольку она наступила. А на следующий день он повел тяжеловесный скоростной состав на том самом электровозе, за правым крылом которого установил не один рекорд.

Ревизорский аппарат на железнодорожном транспорте строг и непреклонен. Машинист старше 55 лет не имеет права водить магистральные поезда. Но тут… «Не хватило у нас духу отпустить Александра Ивановича, — сказал начальник депо Н. Г. Рыбин. — Сильный, уверенный, многоопытный руководитель комсомольской колонны локомотивов, он и душой и телом оставался молодым. Жаринов — единственный машинист, которому было разрешено водить поезда после достижения пенсионного возраста».

И снова гремела его слава машиниста, и не один рекорд он поставил за эти годы.

На седьмом десятке жизни и на пятом десятке работы на «Сортировке» его назначили на пост дежурного по депо. Для непосвященных эта должность может показаться спокойной и тихой. В действительности нет в депо более напряженного, горячего, даже бурного участка работы. Новая огромная ответственность легла на его плечи. В его распоряжении — сотни локомотивов, ему подчинены все машинисты и помощники, в «го столе — ключи от всех локомотивов. Гигантской напряженности движение поездов. И для каждого поезда он должен «выдать» электровоз или тепловоз, обеспечить максимальную нагрузку для всех локомотивов, исключить их простой. Какие бы ни произошли происшествия с локомотивом, вопрос «что делать?» будет обращен к нему. Дежурный по депо, особенно в ночное время, — полный хозяин всего парка машин.

Свою трудовую вахту на новом участке он несет с тем же достоинством, как нес ее всю трудовую жизнь.

«Первое место завоевано коллективами смен дежурных по депо А. И. Жаринова и А. А. Шкуратова», — писала газета «Первый субботник» в 1974 году. «Слаженно и дружно потрудились коллективы смен дежурных по депо А. И. Жаринова и А. А. Шкуратова. По труду и честь — коллективам этих смен присуждено первое место», — сообщает та же газета в 1975 году.

День открытия XXV съезда был праздником для всех советских людей. Для Александра Ивановича это был двойной праздник и большое испытание. 25 февраля 1976 года в том же номере, где был опубликован Отчетный доклад ЦК КПСС, «Правда» поместила большую фотографию и такую заметку:

«У советских людей есть добрая традиция — встречать знаменательные события в жизни партии, народа трудовыми подарками. С хорошим, приподнятым настроением встретили открытие XXV съезда КПСС рабочие локомотивного депо Москва-Сортировочная. На этом предприятии свято хранят и развивают славные традиции героев первых коммунистических субботников.

Вчера по инициативе комсомольско-молодежной колонны имени XXIII съезда партии со станции Москва-Сортировочная-Рязанская отправился эстафетный комсомольский поезд по маршруту Москва — Лена. Из столицы тяжеловесный поезд повели машинист молодой коммунист Дмитрий Богданов и его помощник комсомолец Вячеслав Щугарев».

Идея эстафетных поездов, пересекающих огромные просторы Родины, родилась в колонне, которой руководил Александр Иванович Жаринов. Он вел эстафетные поезда в честь 50-летия Ленинского комсомола, в честь 100-летия со дня рождения В. И. Ленина, вел на последнем этапе поезд Байкал — Москва в честь завершения электрификации этой пятитысячекилометровой дороги.

В день открытия XXV съезда партии Жаринов нес в депо свою трудовую вахту. В 11 часов он тщательно осмотрел могучую машину ВЛ-10. Потом еще раз обошел ее вокруг и отправился на свое рабочее место. Вскоре явился Дмитрий Богданов. Александр Иванович выдал ему ключи от машины, выписал и вручил маршрутный лист и вместе с ним пошел к электровозу.

Богданов с помощником тоже осмотрели локомотив, а Александр Иванович сказал напутственное слово.

— Когда страна задыхалась от голода, когда мертвой хваткой стиснули ее интервенты, еще в то далекое время Ленин увидел в нашем депо зарю коммунизма… Пусть же этот герб электровоза «ВЛ» — Владимир Ленин, — стоит перед тобой, как символ наших побед, которые ты должен приумножить.

Жаринов, казалось, хотел еще что-то сказать, но растрогался, крепко пожав Богданову руку, добавил:

— Не подведи, Дима! Счастливого тебе пути и счастливой жизни!

Машина плавно тронулась и направилась на станцию, к поезду, где железнодорожники собрались на митинг. Александр Иванович провожал ее взглядом, пока она не скрылась из виду. Потом медленно пошел к себе. В тот день ему предстояло обеспечить локомотивами еще более тридцати поездов.

1976 г.

Я видел людей Среднеазиатской железной дороги в дни гигантского стихийного бедствия. Они показали себя боевым коллективом, способным справиться с задачами немыслимой трудности в критический момент жизни всей дороги.

Это было десять лет назад, о чем тогда я и написал. Они верили: вместо палаточных городков вырастут грандиозные архитектурные ансамбли, город станет краше, чем был. Об их подвигах, об их вере я и писал.

Все, о чем в те трагические дни можно было писать лишь «будет», сегодня — есть! Преданы забвению палаточные городки. В полной мере проявили свой талант архитекторы. Новое здание управления дороги, точно водяной стеной, ограждено с фасада фонтанами. Не осталось и признаков бушевавшей стихии. Но история подвига ташкентцев — во время землетрясения никогда не уйдет в прошлое и не забудется. На это истории и сегодня воспитывается стотысячный коллектив Среднеазиатской дороги, вся армия железнодорожников страны, миллионы советских людей.

Вот эта история, написанная в дни землетрясения ровно десять лет назад.

…Я слышал много сказок о Ташкенте. О японцах, которые привезли туда рыбок. Волшебных рыбок, предсказывающих землетрясение. Это добрая сказка: беспокоиться больше не о чем, хорошие рыбки заранее обо всем предупредят.

А вот злые сказки: с каждым толчком к поверхности приближается вулкан, с каждым толчком под Ташкентом обваливается почва, уже почти ничего не осталось.

Есть еще страшнее сказки. Но чем страшнее, тем интереснее. На то они и сказки.

Ученые объяснили существо процессов под Ташкентом, идущих на затухание. Попросили не верить сказкам: «Никакая гора не вылезет, никаких провалов не будет, вулкан не возникнет». Но бог с ними, со сказками, хватает и того, что было в действительности.

Землетрясение — это миг. В Ташкенте в этот миг сработало пятьдесят миллиардов киловатт. Это мощность двенадцати тысяч Братских ГЭС. Такие выводы сделали ученые. Когда происходит землетрясение, люди не занимаются теорией. Они видят и слышат, как все получается на практике. Трещат и рушатся дома, колеблется почва, горбятся, как ползущая гусеница, поезда, гудит земля, озаряемая багровым светом. И им это страшно. Страшно, потому что они люди.