Читать онлайн «Боги и люди Древнего Египта». Страница 29

Семена бросали в землю, когда вода почти совсем ушла, но на полях еще кое-где стояли лужи, так как солнце, высушив землю, делало ее верхний слой слишком твердым для обработки. Крестьяне готовили свои орудия труда и внимательно наблюдали за уходящей водой. Как только наступал подходящий момент, они шли на поля, пахали землю и сеяли зерно. Один человек шел по еще влажной почве, разбрасывая зерно, а позади него шли еще двое пахарей. Один из них направлял движение, а второй нажимал на ручки плуга, чтобы зачерпнуть комья земли, перевернуть их и прикрыть ими семена. В плуг была запряжена пара коров. Ими было легче управлять, чем быками, но они были достаточно сильны для того, чтобы тащить легкий плуг (фото 20). После того как пахари заканчивали свою работу, на поля выгоняли стада овец, чтобы они еще раз своими копытами перевернули верхний слой земли и как можно лучше заглубили зерно. После этого поверхность поля слегка разравнивали.

Сев сопровождался чтением магических заклинаний. Проводились религиозные праздники, и крестьяне с трепетом наблюдали за тем, как начинали прорастать маленькие глиняные фигурки бога Осириса, в которые предварительно поместили семена и как следует полили их. Крестьяне ждали: соблаговолит ли бог снова воскреснуть и в этом году?

Если все шло хорошо, растения дружно прорастали и хорошо развивались, то крестьяне начинали свой второй большой поход на поля. Они выходили на поля на заре и оставались там до ночи, пока все колоски не были собраны. Мужчины отрезали колоски, а женщины следовали за ними на коленях и собирали пригоршнями зерно и складывали его в корзины. Из корзин они ссыпали зерно в мешки, которые, в свою очередь, на мулах перевозились в амбары. Мешки могли таскать и люди при помощи длинных шестов. Дни осени были наполнены смехом и песнями, а во время сиесты крестьяне много ели и пили, поскольку сбор урожая был очень тяжелой работой (рис. 77).

Рис. 77. Сбор урожая

Однако производство зерна не было единственным занятием египетского крестьянина. Ему надо было еще работать в саду хозяина и в своем собственном, выращивать овощи и делать вино, растить скот, ухаживать за пчелами, кормить птиц и рыб. К тому же каждый год крестьянин по распоряжению местной администрации должен был проводить определенное количество дней на общественных работах. Необходимо было содержать в порядке дороги и возвращать на место пограничные камни, которые каждый год таинственным образом куда-то исчезали. Помимо этого, постоянно строились новые каналы и чистились старые. Система ирригационных каналов была источником существования Египта. Строились дамбы, чтобы сохранить каждую каплю драгоценной воды. От зари до зари крестьяне опускали корзины в колодец, чтобы восстановить квадратную форму канав на полях и в садах. В эпоху Нового царства появились шадуфы, которые поднимали корзины при помощи шеста, и это заметно облегчило работу египтян. Этот способ до сих пор используется в Египте (рис. 78). Тем не менее перед египтянами постоянно стояла одна и та же задача: напоить страждущую землю.

Рис. 78. Колодец

В целом египетский крестьянин, кажется, был вполне счастлив и доволен жизнью. Он радовался многочисленным праздникам, регулярно питался и выращивал немного прекрасных плодов на своем небольшом участке земли. У него также были дополнительные права. Например, в сезон сбора урожая у крестьянина был день, когда он мог оставить себе все собранное в этот день зерно.

Были, конечно, и плохие времена. Осирис и Хапи, боги Нила, не всегда были щедры, и тогда урожая не было. Но даже тогда крестьянин обычно был в полном порядке, поскольку у него имелся запас накопленного за несколько лет зерна. Иногда он попадал в беду. Он воровал, или жульничал с налогами, или соблазнял жену другого человека. Тогда в его дом приходил ненавистный всем огромный нубиец – полицейский, который хватал его и отводил к магистрату. И если мольбы о пощаде и слезы не помогали, то его бросали на землю и подвергали наказанию палками. Если крестьянин совершал какое-то из ряда вон выходящее преступление, то ему могли отрезать нос или уши, отправить на каторгу или на поселение. Однако в целом крестьянин Древнего Египта был довольно миролюбивым человеком, а магистрат, как правило, выносил достаточно мягкие приговоры. Очень мало свидетельств того, что в Египте существовали и более жестокие наказания, такие, например, как сжигание женщин за измену мужу или скармливание предателей крокодилам. В Египте существовали и денежные штрафы. Но это было настолько редкое явление, что фараон должен был лично изучить такое дело и подтвердить вынесенный приговор. В изумительной скальной гробнице принца Пахери в Эль-Кабе на фреске изображены крестьяне Первой династии во время пахоты. «Какой чудесный мягкий день, – говорят они. – Наша команда работает хорошо. Нам помогают сами боги. Давайте работать упорно на благо нашего хозяина». И еще: «Посмотри, как хорошо мы работаем. Как улыбается нам мир. Какая сочная трава растет под нашими ногами!»

Было бы жаль объяснять эти жизнерадостные слова исключительно традициями прошлого.

Искусство Древнего Египта наглядно демонстрирует, что узы, связывающие мужа, жену и их детей, были очень прочными. Как правило, на фресках и скульптурах мужья сидят рядом с женами в непринужденных позах, как будто отдыхая. Очень часто муж нежно обнимает жену за плечи, а ее ладонь доверчиво лежит на его руке. За исключением этрусков, ни одна другая древняя цивилизация не изображала столь явно любовь и привязанность, связывающие мужа и жену.

Что помогало сделать брак прочным? Конечно же свобода, которой пользовалась жена, и уважение, которым она была окружена. Она купалась в лучах света, проливаемых на нее первой женой, самой нежной и плодовитой на свете, – Исидой (рис. 66). Как мы помним, именно Исида совершила путешествие в Сирию и проехала Египет вдоль и поперек, чтобы собрать куски расчлененного тела своего мужа. В Исиде не было ничего слабого или неуверенного, она являла собой пример всем будущим женам, которые стремились быть такими же, как она, трудолюбивыми и практичными.

Рис. 79. Женщины в праздничных платьях

К тому же, сослужив своему мужу такую сложную и опасную службу, она сделала возможным его воскрешение и, таким образом, косвенно явилась спасительницей человечества. В некотором смысле престиж египетской жены строился на традициях более древних, чем культ Исиды, поскольку она обладала дополнительным уважением, каким пользовались ее предшественницы в додинастические времена, когда женщины считались таинственным источником жизни, обладательницами психической силы и хранительницами мифов и традиций народа.

Конечно, иногда женщине приходилось делить свое положение в доме с другими женами, что не могло не создавать нервозной и напряженной обстановки. У самого царя был довольно большой гарем, где были не только местные красавицы, но и иностранные принцессы, которых присылали в Египет, чтобы они стали женами фараона. Его министры, а также представители других слоев общества, у которых были крепкие нервы и тугие кошельки, также могли иметь несколько жен. Естественно, многоженство неизбежно имеет своим результатом ревность, зависть, а когда речь идет о гареме царя – то и интриги и заговоры. Мы знаем, по крайней мере, об одном крупном кризисе, порожденном заговором в гареме: это покушение на убийство Рамсеса III, о котором мы знаем по материалам следствия. Когда заговор был раскрыт, Рамсес приказал одному из своих сыновей покончить с собой и казнил 6 женщин и 40 мужчин, включая главного смотрителя гарема, командира лучников, хранителя опахала и своего камердинера. Без сомнения, это заставило царя задуматься об опасностях многоженства, и он завидовал большинству из своих подданных, имевших всего одну жену.

Но даже в условиях многоженства почести и уважение воздавались одной жене. Наследником мужчины считался не обязательно его первый сын, но первый сын, рожденный ему главной женой. Главная жена была очень влиятельным человеком, хозяйкой дома и законной владелицей всей мебели и домашней утвари. Если ее и любую из младших жен ее мужа «отстраняли» или муж хотел развестись с ней, то ей было положено щедрое вознаграждение в виде алиментов. Она также могла обратиться к местному магистрату, чтобы продемонстрировать синяки – результат жестокого обращения с ней мужа, если это выходило за рамки физического насилия, которое допускалось по отношению к женам в странах Ближнего Востока.

Египтяне были романтиками до такой степени, что, пожалуй, будет верным предположить, что браков по любви заключалось столько же, сколько и браков по расчету или велению родителей. В египетской литературе стихи о любви занимают очень большое место. Они длинные и страстные, и очень жаль, что лишь некоторые из них переведены на английский язык с тем чувством, которого они заслуживают.