Читать онлайн «За кулисами диверсий». Страница 66

Аналогичные опыты проводились з годы второй мировой войны и в спецлабораториях милитаристской Японии. Судя по всему, кое–кто хотел бы воскресить эту варварскую практику.

На память приходят вопиющие факты нарушения элементарных человеческих прав, приведенных летом 1977 года в докладе Компартии США. «Заключенные в США — крупнейшая группа людей в мире, подвергающаяся экспериментальному воздействию различными фармакологическими средствами и другим экспериментам, — говорится, в частности, в этом документе. — К заключенным все чаще применяют методы модификации поведения, включая электроток, лекарственную обработку и даже нейрохирургию». В докладе указывается, что во многих тюрьмах, для того чтобы «сломить» заключенных, используются такие химические депрессанты, как таразин, либриум, валиум, проликсан; их подвергают обработке слезоточивым газом «мейс». В школах маленьким детям угнетаемых национальных меньшинств ставят диагноз «потенциальной» агрессивности, стремления к насилию, некоторым из них принудительно производят нейрохирургические операции. В одной из тюрем США медицинский осмотр проводит… ветеринарный врач.

Необычайно острый политический скандал разгорелся летом 1977 года в США в связи с разоблачениями преступных экспериментов над людьми для испытания различных наркотиков, а также других препаратов, пагубно воздействующих на нервную систему и мозг человека. В этой аморальной и безнравственной программе, по заявлению самого шефа ЦРУ С. Тэрнера, участвовало по меньшей мере 80 научно–исследовательских заведений, включая 44 университета, 12 госпиталей и клиник, 3 исправительных учреждения. Операции «Артишок», «МК-ультра», «Мкехта» — все они служили разработке химических, биологических и радиологических материалов, пригодных для воздействия на психику человека для контроля его поведения. За этими кодовыми названиями скрывались презрение к человеческой личности, предельная жестокость, смерть. Причем, как свидетельствуют новые факты, эти адские опыты под ширмой различных «исследований» ЦРУ продолжает осуществлять и по сей день. Как здесь не вспомнить выступление доктора Р. Каннеса на 118‑м съезде медицинской ассоциации в Нью—Йорке в июле 1969 года, который с высокой трибуны заклеймил многих членов этой организации, назвав ее «ассоциацией убийц»!

Японская газета «Иомиури» приоткрыла завесу над тайной деятельностью Центрального разведывательного управления США — испытаниях сильнодействующих наркотических средств на военнослужащих в целях «политической и идеологической обработки».

По сведениям газеты, продукцию для экспериментов поставляла американская компания, словно в насмешку именовавшаяся поэтическим именем «Лилли» (штат Индиана), а ведал опытами некий доктор Уиллис Гиббонс.

Позволительно спросить: что думают на сей счет те врачи–психиатры на Западе, которые не упускают случая поразглагольствовать о соблюдении норм медицинской этики и принципов гуманизма?!

Если же вести речь не о мракобесах типа Гиббонса, а об истинных представителях западной медицины, в частности психиатрии, действительно стремящихся применить свой опыт и знания во имя благородной цели помощи больным, то в капиталистическом обществе их возможности крайне ограничены — как в силу нехватки врачей, так и недостатка коек, профилакториев и т. д. Не следует также забывать, что на Западе медицинская помощь — это деньги, деньги и деньги…

И это в то время, когда, по общему признанию, на Западе продолжается неуклонный рост психических заболеваний и неврозов.

Они — закономерное следствие происходившего в последние годы экономического спада с его массовым обнищанием, ростом сексопатологии, наркомании, преступности. С характерным для Запада высоким уровнем безработицы, неуверенностью в завтрашнем дне, борьбой за выживание, неуемной погоней за «преуспеванием». Все это приносит населению большие психологические перегрузки. Так, например, в США результаты исследования, проведенного комиссией по состоянию психического здоровья людей, свидетельствуют что около 32 миллионов американцев—15 процентов населения–нуждаются в постоянном психиатрическом наблюдении и лечении. По оценкам специалистов это больше,«чем когда–либо в истории страны.

Только прямые расходы населения, связанные с лечением психических расстройств, исчисляются в 17 миллиардов долларов в год. В стране насчитывается 10 миллионов алкоголиков, свыше полумиллиона американцев — неизлечимые наркоманы.

Острые психозы, неврозы, тяжелые нарушения поведения у подростков, самоубийства — все это, по признанию многих зарубежных ученых–медиков и социологов, стало бичом современного «общества потребления».

Согласно данным другой комиссии, которая по поручению бундестага в течение четырех лет проводила специальное обследование в ФРГ, каждый третий гражданин этой страны страдал или страдает психическим недугом. Число нуждающихся в помощи врача–психиатра достигает 8 миллионов человек!

Как же все эти больные пользуются медицинской помощью? Перед нами газета «Нюрнбергер нахрихтен» за 7 февраля 1976 года. Заголовок гласит: «Тяжелое положение. Острый недостаток психиатрической помощи». В заметке приводится признание профессора Яна Поля, что в нынешних условиях в ФРГ на 100 психических больных, находящихся в стационарах, приходится лишь… один психотерапевт.

Цифра весьма симптоматическая, если принять во внимание, что речь идет о ФРГ — стране высокого, по западным стандартам, экономического потенциала, с традициями классической школы психиатрии.

В условиях непрерывного роста числа душевнобольных существенные изъяны и пороки в области организации психиатрической помощи и лечения на Западе заставляют ученых и деятелей здравоохранения задумываться над многими проблемами.

В частности, выдвигается идея создания психиатрических пунктов помощи, максимально приближенных к населению, рассматривается аспект быстрейшей адаптации больных в обществе.

По этому вопросу мы попросили высказаться доктора медицинских наук, заместителя директора Института психиатрии Академии медицинских наук СССР Р, А. Наджарова.

— Советский Союз, — сказал Рубен Александрович, — является пионером в области пересмотра старых концепций преимущественно «больничной психиатрии» и использования методов внебольничного лечения. Специальным приказом Министра здравоохранения СССР запрещено применение какой бы то ни было насильственной методологии.

Истинный гуманизм, стремление помочь больному, вернуть его в общество всегда были отличительными чертами русской и советской психиатрии. Напомню, что еще в период голода и гражданской войны профессор П. Б. Ганнушкин создал систему районных психиатров, которая в последующие годы выросла в психоневрологические диспансеры.

Именно в СССР были заложены и основы ресоциализации, то есть восстановления работоспособности больных, страдаюхцих различными психическими заболеваниями.

В советском законодательстве предусмотрены конкретные меры адаптации больных в обществе с тем, чтобы они могли принимать посильное участие в его жизни.

Так, администрация предприятий создает этим людям определенные условия, например сокращенный рабочий день, и предоставляет удлиненный отпуск. К их услугам учреждения, осуществляющие вторичную профилактику при обострениях болезни (дневные и ночные стационары и т. д.).

Нетрудно понять, насколько ограничены возможности тех энтузиастов, которые хотели бы улучшить систему здравоохранения, в частности психиатрию на Западе.

Может быть, следует объединенными усилиями разрабатывать новые пути лечения и профилактики психических болезней, а не превращать больных в объекты экспериментов, сосредоточить усилия на чисто медицинских задачах.

Что касается советских психиатров, то они принимают активное участие в международных съездах, совещаниях, симпозиумах, посвященных проблемам лечения и реадаптации, и готовы и впредь вносить конструктивный вклад в это общее благородное дело.

Да, этические проблемы медицины заслуживают самого серьезного внимания. В последующих главах мы еще раз более подробно остановимся на этических проблемах медицины, покажем, как на них взирают некоторые «ученые» на Западе.

В августе–сентябре 1977 года в Гонолулу состоялся VI Всемирный конгресс психиатров.

В международном аэропорту Гонолулу длинные очереди утомленных многочасовыми перелетами пассажиров покорно выстраивались перед застекленными кабинками иммиграционных чиновников в униформах США. Вырисовывалась весьма безрадостная перспектива томительного ожидания встречи с пограничными властями в душном зале крупнейшего аэровокзала Гавайских островов. Однако не успели еще пассажиры последнего утреннего рейса присоединиться к несметному скопищу туристов, бизнесменов, коммивояжеров, как под сводами тускло освещенного холла прозвучала английская речь: «Группу советских врачей, прибывших для участия в шестом Всемирном конгрессе психиатров, просят быстрее пройти вперед для оформления документов…»