Читать онлайн «100 великих военных тайн». Страница 76

Аналогичной работой занималось британское командование. В штабе британских королевских ВВС был разработан собственный план, закодированный аббревиатурой «МА-6», согласно которому удары по объектам на Кавказе и Черноморском побережье осуществляли девять групп английских бомбардировщиков. На разрушение Баку отводилось 15 дней, Грозного – 12, Батуми – всего 1,5 дня.

Правда, аналитики предупреждали, что «эффективность операции может значительно снизиться» в случае «возможного появления немецких истребителей». Получается, что англичане и французы не исключали, что люфтваффе возьмут под защиту кавказские нефтепромыслы и черноморские порты!

Если бы этот абсурдный план реализовался, последствия могли бы быть роковыми, и в первую очередь для Франции и Англии. Гитлеру такая акция оказалась бы только на руку. Сталин скорее всего попытался бы нанести ответный удар. Не исключено, что действительно в союзе с Германией. Однако, все это догадки.

Хотя в Москве и не знали всех деталей подготовки англо-французской агрессии на Кавказе, имевшаяся информация позволяла отметить нарастание угрозы южным границам СССР. 29 марта, выступая на заседании Верховного Совета, Молотов заявил, что «всякие попытки такого рода вызвали бы с нашей стороны ответные меры против агрессоров, причем опасность такой игры с огнем должна быть совершенно очевидна для враждебных СССР держав и для тех наших соседей, кто окажется орудием этой агрессивной политики против СССР». Кроме этих серьезных предупреждений, Сталин принял и конкретные военные меры. Еще 31 декабря 1939 года нарком обороны приказал усилить войска Закавказского военного округа путем призыва резервистов сверх штатов мирного времени. 10 января 1940 года в Баку была переброшена 31-я стрелковая дивизия из Северо-Кавказского военного округа, а с 20 февраля командование советских ВВС занималось выработкой мер по усилению ПВО Баку. В начале апреля в Закавказье стали прибывать войска с финского фронта.

9 и 11 апреля командующий ВВС приказал дальнебомбардировочным авиаполкам Закавказского и Одесского военных округов «приступить к изучению Ближневосточного ТВД, обратив особое внимание на следующие объекты»: Александрия, Бейрут, Хайфа, Александрета, Порт-Саид, Никосия, Ларнака, Фамагуста, Алеппо, Суэцкий канал, Стамбул, Измир, Синоп, Самсун, Трапезонд, Мудания, Смирна, Галлиполи, Анкара, Кырыкале, проливы Босфор и Дарданеллы. Следовало в строгой тайне проработать возможные маршруты, бомбовую нагрузку и провести по 2 учебных полета над своей территорией с дальностью и навигационными условиями, соответствующими Ближневосточному ТВД, включая бомбометание и воздушные бои с встречающими истребителями. Штатная численность войск Закавказского военного округа возросла с 15 февраля по 1 июля 1940 года в 3,2 раза.

Тем временем англичане произвели аэрофотосъемку Баку, на основе которой были составлены полетные карты для обозначения целей.

17 апреля главнокомандующий французскими войсками в Восточном Средиземноморье армейский генерал Максим Вейган доложил Гамелену о том, что срок завершения подготовки операции лучше перенести на конец июня – начало июля, «поскольку подготовка аэродромов в Леванте, начатая переброска сюда бомбардировщиков, оснащение их дополнительными топливными баками, аэрофотосъемка объектов бомбометания, подготовка пилотов, доставка по железной дороге горючего, боеприпасов, снаряжения должны были занять от 2, 5 до 3 месяцев».

Но история, как всегда, распорядилась по-своему, жестоко наказав незадачливых политиков и генералов за их близорукость. 10 мая начался гитлеровский блицкриг на Западном фронте, а к концу июня независимое государство Франция перестало существовать.

Когда англичане едва унесли ноги из Дюнкерка, они, похоже, забыли о своих агрессивных планах в отношении СССР, а после нападения Германии на Советский Союз объединились с ним в антигитлеровскую коалицию.

Летом 1940 года произошло событие, которое до сих пор припоминают англичанам французские моряки. Происшедшее привело в ярость французское правительство, обрадовало Гитлера, вызвало возмущение во многих странах мира и оказало ощутимое воздействие на ход боевых действий в Европе. А Уинстон Черчилль возвестил: «Ни одно действие не было более необходимым для спасения Англии…» Что же произошло?

После нападения нацистов на Польшу Англия и Франция в сентябре 1939 года объявили войну нацистской Германии. Правда, боевые действия с их стороны велись довольно пассивно, за что война впоследствии получила название «странной».

28 марта 1940 года английское и французское правительства подписали торжественное обязательство по незаключению сепаратного мира с Германией. А 10 мая бронетанковые дивизии вермахта, разбив французские части у Седана, устремились к Ла-Маншу, раскололи союзнические армии и прижали английские экспедиционные войска к морю. Более или менее успешная эвакуация этих войск из Дюнкерка была расценена в Англии и США как чудо, но французы, в беспорядке отступающие вглубь страны и вскоре капитулировавшие, восприняли ее как предательство.

В сложившейся очень серьезной для Франции ситуации в середине июня французский премьер-министр Поль Рейно обратился к Черчиллю с просьбой освободить их сторону от принятого в марте обязательства не заключать сепаратного мира с Гитлером. 14 июня пал Париж. Двумя неделями позже Черчилль, стремясь укрепить волю французов к сопротивлению, направил Рейно два ответных послания, в которых излагались некоторые принципы соглашения и делалась попытка подбодрить французов. Англия разрешала французскому правительству выяснить у Гитлера условия перемирия, но только если французский флот отправится в британские порты до исхода переговоров. Далее в послании подчеркивалась решимость Великобритании продолжать войну против фашизма, несмотря на любые трудности. В тот же день под давлением генерала де Голля, который настаивал на необходимости «какого-нибудь драматического жеста», Черчилль сделал историческое предложение о провозглашении «нерасторжимого союза» Франции и Великобритании. Под этим подразумевалось «слияние двух государств» и образование «единого военного кабинета и единого парламента». К этому времени французское правительство уже эвакуировалось в Бордо.

Эсминец королевских ВМФ во главе конвоя

До того как депеши были получены, Рейно находился в подавленном состоянии, но послание Черчилля подбодрило его. Французский премьер ответил, что будет «бороться до конца». Однако большинство других руководителей встретили предложение о «нерасторжимом союзе» с подозрением и враждебностью. В обстановке пораженческих настроений 73-летний главнокомандующий армией генерал Вейган провозгласил, что в течение трех недель «Англии свернут шею, как цыпленку». Маршал Петэн заявил, что английское предложение равносильно «слиянию с трупом». А два первых послания Черчилля, в которых речь шла о французском флоте, вообще не были рассмотрены.

Вечером 16 июня Рейно подал в отставку, и маршал Петэн – 80-летний герой битвы под Верденом 1916 года – сформировал новое правительство. На следующий день Черчилль возобновил свои требования, чтобы новое правительство Франции не сдавало противнику великолепный французский флот. Но к этому времени в Бордо уже сложилось мнение, что отправка военных кораблей в Англию была бы бессмысленным шагом: если ей в скором времени действительно «свернут шею», то французский флот все равно окажется в кармане у Гитлера.

На личную встречу с главнокомандующим французским флотом адмиралом Дарланом первый лорд Адмиралтейства Англии и адмирал Дадли Паунд были срочно направлены во Францию 18 июня. Там «они получили много торжественных заверений, что флоту никогда не будет позволено очутиться в руках у немцев». Но, как отметил впоследствии Черчилль, Дарлан не предпринял никаких мер для того, чтобы «вывести французские военные корабли за пределы досягаемости быстро приближающихся немецких войск».

Итак, 22 июня Франция подписала перемирие с Гитлером в знаменитом Компьенском лесу. Теперь французский флот должны были сосредоточить в портах и разоружить «под германским и итальянским контролем».

Когда англичане строили свой военно-морской флот в предвоенное время по принципу «уровня двух держав», это означало, что по числу боевых единиц ВМС должны превосходить объединенную мощь двух вероятных противников. В 1940 году Великобритания все еще обладала самым крупным военно-морским флотом в мире. Но он уже нес потери в ходе операций по охране конвоев в Северной Атлантике, в неудачной норвежской компании и у Дюнкерка. Английские ВМС имели ощутимый перевес по числу крупных кораблей: 11 линкоров, 3 линейных крейсера и 5 линкоров в постройке, тогда как Германия располагала двумя «карманными линкорами», двумя линейными крейсерами новейшей постройки и строила еще 2 линкора. Однако вступление Италии в войну в июне 1940 года серьезно изменило соотношение сил.