Читать онлайн «100 великих военных тайн». Страница 70

«Вифупаст» – стервятники Геринга в русском гнезде

Один из странных фактов Великой Отечественной связан с городом Липецком. На него летчики люфтваффе не сбросили ни одной бомбы, хотя соседние Воронеж, Елец и Грязи, не говоря о Белгороде, превратили в руины. В Воронеже, например, 93 процента жилого фонда было уничтожено: бомбы сбрасывались с поразительно высокой точностью, это второе место в печальной статистике после Сталинграда. Так почему же не бомбили соседний Липецк? Может, потому, что путевку в небо сталинские соколы и кое-кто из асов Геринга получали примерно в одно и то же время на одном и том же аэродроме, расположенном в самом центре европейской части России?

Версальский договор, подписанный по итогам Первой мировой войны, споры о котором не утихают до сих пор, лишил Германию права иметь тяжелое вооружение, боевую авиацию, а также проводить массовую подготовку военных кадров. Как известно, на деле все оказалось не так: германские военные сразу же приступили к поиску возможностей, чтобы обойти все эти требования. Их стремления нашли понимание в только что образованном СССР, вышедшем из пучины гражданской войны. В тот период обе страны находились в изоляции, поэтому Рапальский мирный договор Советского Союза с «угнетаемой империалистическими правительствами» Германией, подписанный в Генуе в 1922 году, положил начало и военно-политическому сотрудничеству двух государств.

Каждая сторона, естественно, преследовала свои цели. За красивыми словами и заверениями скрывалась запрещенная Версальским договором деятельность по возрождению милитаристской германской мощи. Что касается СССР, то в 1929 году начальник вооружения Рабоче-Крестьянской Красной армии И. Уборевич комментировал ситуацию так: «Немцы являются для нас единственной пока отдушиной, через которую мы можем изучать достижения в военном деле за границей, притом в армии, в целом ряде вопросов имеющей весьма интересные достижения».

Итак, в Россию по Балтийскому морю через Петроград – Ленинград начали поступать машиностроительная техника и инженерные кадры для разворачивания секретных военных производств. Сегодня доподлинно известно, что к началу 30-х годов в нашей стране производились первые модификации «юнкерсов», правда, в гражданском варианте. Эти самолеты осуществляли авиаперевозки из Москвы в Нижний Новгород, Минеральные Воды, Киев, Харьков. Но львиная доля построенных самолетов уходила в Германию, где их сразу оборудовали приемниками для авиабомб и устройствами для их сбрасывания. Естественно, такие факты тщательно скрывались от мировой общественности.

Шеф люфтваффе Герман Геринг

В Советском Союзе были созданы учебные центры для подготовки немецких танкистов (школа в районе Казани) и химиков (школа химзащиты близ Саратова), а самую крупную авиашколу сформировали в Липецке, бывшем уездном центре Тамбовской губернии, славным своим авиационным прошлым. Не случайно именно здесь в наши дни расположен Центр подготовки летного состава ВВС России. Еще в 1916 году здесь впервые появились мастерские по сбору французских самолетов типа «Люран». Во время гражданской войны с поля ипподрома взлетала бомбить белогвардейцев воздушная гордость Красной армии – эскадра тяжелых бомбардировщиков «Илья Муромец».

Документ об открытии секретной авиашколы в Липецке был подписан в Москве 15 апреля 1925 года. Местные власти, особенно ОГПУ, были озадачены строжайшим указанием сверху в подыскивании подходящего помещения для летчиков, а также «местности, пригодной для авиационных занятий». В стадию конкретной реализации проект вступил в августе 1925 года, а местом дислокации секретной школы, позволявшей обойти некоторые пункты Версальского договора, были определены хорошо сохранившиеся корпуса бывшей табачной фабрики и прилегающие к ней земельные угодья. В качестве взлетной полосы планировалось использовать находившийся неподалеку ипподром, который вскоре огородили колючей проволокой. В очень короткий срок немцы, известные своей аккуратностью и организованностью, используя местных мастеровых, реконструировали производственные помещения, построили госпиталь, хлебопекарню, два корпуса для размещения офицерского состава летно-учебного центра, казино и даже первый в Липецке отапливаемый гараж. К лету 1925 года неподалеку от жилого городка на бывшем сельском выпасе были возведены два небольших ангара и ремонтная мастерская, а 15 июля 1925 года в Липецке открыли немецкую летно-тактическую школу, по немецким источникам известную как объект «Вифупаст». В период с 1925 по 1928 год немецкая сторона вложила в дальнейшее строительство более одного миллиона рублей золотом, сумму по тем временам немалую.

Еще в 1923 году Германия тайно закупила в Голландии около 100 истребителей «фоккер». Половина из них была переправлена двумя пароходами из Штеттина в Ленинград вместе с запасными частями, оборудованием для ремонтных мастерских и вооружением. Через два года, как только липецкий аэродром ввели в строй, все это было доставлено в Липецк по железной дороге. После прибытия летательных аппаратов и первой группы курсантов сразу же начались учебные полеты.

Первые учебные группы насчитывали по шесть-семь летчиков. Все они приезжали под чужими фамилиями, имели фальшивые документы и, официально считаясь служащими частных фирм, носили гражданскую одежду. Первое время немецкие курсанты жили на частных квартирах, поскольку общежитие всех летчиков не вмещало. Причем немецкая сторона квартиры предварительно капитально ремонтировала. И хотя условия жизни пилотов явно не дотягивали до привычного европейского уровня, они все-таки были вполне сносными. Но это нарушало секретность пребывания немецких летчиков на гостеприимной липецкой земле. Потом им стали строить жилые дома, и делали это так аккуратно и надежно, что многие здания и по сей день служат жильем гарнизону российских летчиков.

С 1927 года главной для немцев стала научно-испытательная работа. Особое внимание уделялось повышению точности бомбометания. На авиаполигоне впервые была отработана бомбардировка с пикирования, показавшая высокие результаты.

Многие эксперименты проводились совместно с советской стороной. Для подтверждения перспективности взаимодействия авиации с другими родами войск на полигоне под Воронежем для корректировки огня использовался немецкий самолет-наводчик. За ходом испытаний наблюдал начальник войскового управления рейхсвера генерал-майор фон Бломберг. В его докладе они были оценены на «отлично». Результатом столь высокой оценки стало решение канцлера Германии Брюнинга выделить дополнительные средства для финансирования Липецкой авиашколы.

Естественно, не обходилось без трагических случаев: не все немцы благополучно вернулись домой. Несколько человек погибли в авиакатастрофах во время испытательных и тренировочных полетов, происходивших прямо на глазах у местных жителей. Пилоты выполняли сложные воздушные фигуры, разгоняли машины до предельной скорости, но с управлением не справлялись и врезались в землю неподалеку от аэродрома. Прощались с погибшими летчиками непривычно: ни оркестра, ни траурных речей. Забирали останки с места катастрофы, клали в аккуратные сосновые ящики и отправляли их в Ленинград, а оттуда – морским путем в Штеттин.

Посредничество между германской стороной и управлением ВВС РККА осуществлялось аппаратом особого представительства, оформленным как штаб 4-го отдельного авиаотряда, именовавшегося в секретных документах «часть А5». Эту часть обслуживали 34 советских военнослужащих: летчик, два летчика-наблюдателя, остальные – технические специалисты. Для техников и мотористов жилье вообще не требовалось, поскольку их набирали из местных. Вольнонаемных и служащих, занятых на различных должностях в «Вифупасте», насчитывалось около 300 человек. Устроиться в немецкую авиашколу было непросто, работа здесь считалась престижной, и поэтому люди ей очень дорожили. Дисциплинарные проступки считались большой редкостью. Вступать в какие-либо иные, помимо служебных, контакты с иностранцами, а тем более фотографировать их было строжайше запрещено. Нарушитель негласных запретов рисковал не только свободой, но и жизнью.

В будни с самого раннего утра педантичные немцы старательно изучали теоретические и прикладные дисциплины, совершенствовали летное мастерство на различных типах боевых самолетов. Продукты питания и разнообразную мелочь, необходимую для комфортного существования, доставляли в Липецк прямо из Германии.

В школе «работали» и агенты немецкой военной разведки абвера. Один из них звался Эрнст Борман, однофамилец главного нацистского «партайгеноссе». Родившийся в Берлине в 1887 году, Эрнст Борман, превратившийся из простого инженера в доктора черной металлургии, позже стал летчиком-истребителем. Еще во время Первой мировой войны он воевал на Западном фонте и даже блистал в воздушных боях, а на заре нацистской партии стал ее убежденным сторонником и членом, при этом свободно владел русским языком и органически не переносил ничего советского. В Липецке Борман числился главой строительной конторы, и о том, что он опытнейший сотрудник абвера, стало известно только когда он позже в чине генерал-майора оказался в советском плену. При его непосредственном участии курсанты в период оттачивания своего мастерства в липецком центре производили изучение и облет всего Центрально-черноземного района. А когда пришло время бомбить Воронеж и другие близлежащие населенные пункты, стервятникам Геринга воздушная разведка не понадобилась.