Читать онлайн «Расставание с мифами. Разговоры со знаменитыми современниками». Страница 78

– Другими словами, как хозяин производства вы относитесь к мелкому бизнесу?..

– Конечно, конечно. Маленький свечной заводик, небольшая лесопилка… Мое производство – это мелкий бизнес, а вот мои закупки пиломатериалов – средний. Объем закупаемой тарной дощечки – третий из конкурирующих фирм в Латвии.

Но надо учесть, что нас, сотрудников, всего четверо: двое на голландском конце и двое – на латвийском.

– Почему на голландском?

– Потому что наша фирма зарегистрирована в Голландии, я там просто директор, наемный рабочий, но поскольку фирма – акционерное общество, я еще в доле, у меня дивиденды, моих 10 процентов. Кроме Латвии, где на нас работает 36 производств, нам пилят доски 3 российских лесопилки, охвачена нами и Литва…

– Каким транспортом доставляете доски?

– Морским преимущественно, это выгоднее всего. Но завтра вот машины пойдут с пиломатериалами, отчего у меня с утра испорченное настроение. Как только заказываю грузовик, знаю, что буду в проигрыше. Автотранспорт сильно бьет по карману… А иду на это, чтобы выполнить обязательства перед партнерами.

– Уговор дороже денег?

– Вот именно. Надо держать марку во что бы то ни стало. Если у наших покупателей есть претензии по качеству привезенных пиломатериалов, то я сам с ними рассчитываюсь. Этого никто не видит. Никому и в голову не придет, что и у нас, в Латвии, скажем, как было намедни, в Янов день, на одной из лесопилок (не моей, слава Богу) рабочие запили, допустили брак, а я вынужден был раскошеливаться. Да мало ли бывает в нашем деле коллизий, которые надо ежечасно разруливать…

Я вовсе не хочу показать, какой я крутой бизнесмен, какой занятый по горло политик. Честное слово, Алексей Петрович, я как был Пашка из компании Дорох, Заяц, Слон, Лорик (перевожу на понятный язык – Дорохов, Зайцев, Савин, Лоор. – А. С.), которых Алексеич (Платонов Вячеслав Алексеевич – старший тренер мужской сборной СССР по волейболу 1977–1985 гг. – А. С.) вел в бой, так им и остался… Помните хоть, какая у меня кликуха в команде была?..

– Пантелей. Помню и то, как Пашка-Пантелей в финальном матче чемпионата Европы в Хельсинки, в августе 77‑го, когда вы летели полякам, лучшей команде мира, был послан в сражение с «банки», как завел приунывших бойцов и с криком «По коням!» начал засаживать мячики по углам площадки…

– Ну, память, блин, вам книжки надо писать… Впрочем, вы и так их пишете.

– Паша, ты так рано начал вставать, когда в бизнес подался, или ты вообще ранняя пташка?..

– В Бельгии, где я, помимо волейбола, зарабатывал себе на жизнь разными занятиями (был грузчиком в секции пива и прохладительных напитков супермаркета, ремонтировал телевизоры и «видики» в сервисной мастерской концерна «Филлипс», торговал соком, маргарином, тканями, втюхивал бельгийским лохам гербалайф), я в шестом часу утра отправлялся в свой магазин и видел, что самые ранние пташки едут в свои офисы в «толстых» мерседесах…

– Кто рано встает, тому Бог подает…

– Эти бельгийские ребята в мерседесах из тех, кто на Бога надеются, да сами не плошают и вкалывают, как папа Карло. И домой возвращаются последними. А у нас все сервисные службы начинают работу в 10. Транспортные фирмы тоже в 10 утра открываются. А на Западе все открывается в 8 утра.

– Потому им и Бог подает…

– Бог, он все видит – и шельму метит, и справного работника вознаграждает.

– Что-то Паша Селиванов часто стал Бога поминать. Уж не стал ли он верующим человеком?..

– Я в Бельгии крестился. В сорок три года. Мы с женой дружили с семьей Саши Яцкевича, известного дзюдоиста, тренера сборной Бельгии. У них вторая дочка родилась, они хотели, чтобы я был крестным отцом, а для этого надо быть крещеным. И я крестился, в бочку с водой в церкви залезал…

– Ходишь в церковь?

– Иногда хожу… Во всяком случае, заповедям христианским стараюсь следовать. Не убий, не укради… Эх, если бы не воровали, то можно было бы и дело вести, и жить прилично.

– По коррумпированности, сообщают официальные источники ООН, Россия делит «почетное» предпоследнее место в мире с Нигерией… А наши северные соседи, финны, самые некоррумпированные в мире.

– Да им, замороженным, ничего не надо… Шучу, шучу, кто же не знает горячих финских парней! Горячих и неправдоподобно честных. Да, если не воровать, то все будет отлично. Поможет ли в этом вера, не знаю. Полностью уходить в Бога – тоже крайность. А, может, я потому так говорю, что по натуре – жмот и мне трудно себя переступить, поделиться с другими, как Христос наказывал? Если совсем серьезно, то один из моих главных принципов: нужно делиться. Делиться с теми, кто тебе помогал и помогает. С теми, у кого нет сейчас тех возможностей, что есть у тебя.

Знаете, к чему я пришел на пороге пятидесятилетия? Никого нельзя осуждать: пусть встреченный тобой опустившийся, спившийся, совсем пропащий – не суди его, не попрекай, а помоги. И учить никого нельзя, в смысле – поучать. Даже своего сына.

– А как же тогда быть с наукой, которую преподал тебе Владимир Рубэн (волейбольный мастер, играл вместе с Селивановым в рижском «Радиотехнике», сын Предсовмина Латвийской республики времен Советского Союза, в настоящее время предприниматель, гражданин Канады. – А. С.)?..

– Дело было в Бельгии, в 93‑м, нет, в 94‑м году…

– Минутку, пора уже прояснить, когда и при каких обстоятельствах ты попал в Бельгию?

– В 87‑м году «Радиотехник» играл в Бельгии, там я встретил знакомого поляка, сказал ему, что ищу контракт на Западе, поляк помог с контрактом, оформили его, как было положено, через «Совинтерспорт», и начал я в том же году играть за команду «Кнак Рузеларе», чемпиона Бельгии. С волейболом я был связан до 97‑го года, сначала как игрок, последние четыре года как тренер. Вывел две команды в высшую лигу. Три сезона отработал в клубе VUC из города Шарлеруа, взял их во 2‑й лиге, вывел в 1‑ю, затем в высшую. Контракт со мной заключили классный: 6 тысяч баксов ежемесячно и 50 тысяч за трансфер. А знаете, сколько я получал на руки?.. 700 баксов. Советский спортсмен в зарубежном клубе не мог получать больше третьего секретаря нашего посольства. Каково?.. Платили, хоть и с задержками, до августовского путча, нет, не до путча, а до референдума о независимости, а потом обрубили с оплатой, кинули меня на 16 тысяч баксов, я в большие долги вошел, ночами не спал, думал, как за квартиру заплатить, на что хлеб купить… В какие только тяжкие не пускался, чем только не занимался, чтобы выжить…

– И вот тут, как джинн из бутылки, пред твои опечаленные очи явился старый друг и одноклубник Владимир Рубэн, уже добившийся успехов в бизнесе…

– Летом 94‑го мы пересеклись в родной Риге – Вовка из Канады и Пашка из Бельгии. Я, признаться, был в меланхолии, так и так говорю: «Кинул меня «Совинтерспорт», ума не приложу, что делать – хоть башкой о стенку бейся, хоть пей по-черному…» Попросил у Вовки по старой дружбе пять тысяч баксов, а он мне ответил, что денег в долг не даст, поскольку я их все равно быстро проем, а помочь – поможет… У него к тому времени большой опыт в западном бизнесе был, которым он со мной поделился, дал некоторые наводки – людей, адреса, телефоны, подсказал, с чего начать…

Словом, как в притче про рыбу и удочку, Рубэн мне не рыбу дал, а удочку. Я запомнил, как он, когда объявился уже после Риги у меня в Бельгии, увидел мой офис, некое пространство в квартире за шкафом с компьютером и факсом (я только начинал свои торговые операции), и сказал: «Ну что ж, Паша, давай руби, не останавливайся!»

– И Паша рубит, сколько я понимаю, уверенно?..

– Миллионов великих пока нету, это из разряда американской мечты, но обеспечить семье нормальный образ жизни могу. Долги практически все отдал, ремонт квартиры, правда, тянется уже второй год, но и он подходит к концу. А главное, что Вовка, который с нуля начал большое дело, дал мне толчок, импульс моему собственному делу…

– Но ты же учился совсем другому делу?..

– Другому. Но и этому тоже. Когда Рубэн мне удочку презентовал, я последние деньги вложил, чтобы получить – заочно – образование в Лондонском бизнес-центре. Этим дипломом я потом козырял – помогало. И знания, заметьте, лишними не бывают. Когда я деревом занялся, эту сферу деятельности изучил – и ценовую политику, и технологию. По советским учебникам изучал: советские ГОСТы на Западе до сих пор знают.

– Удочки, импульс, бизнес-центр в Лондоне – все так, но если нет во мне, к примеру, коммерческой жилки, то никакие бизнес-центры не помогут. Техника в руках дикаря – металлолом, а удочка в руках неумехи – просто палка…