Читать онлайн «Коминтерн и мировая революция. 1919-1943». Страница 79

По мнению Кэрью Ханта, «утверждение о том, что человеческая природа сможет быть подвергнута таким изменениям, не что иное, как коленопреклонение перед мифологией»27. Понятие «человеческая природа», безусловно, трудно определимо и расплывчато. Можно назвать по крайней мере три различные теории, занимающиеся исследованием природы человека: во-первых, этическая, которая описывает природу человека главным образом терминами религиозного или философского характера; во-вторых, естественно-научная, объясняющая человеческую природу терминами психологии и биологии, не обсуждая при этом различные моральные ценности; и, в-третьих, общественная, которая видит в человеке прежде всего продукт среды, в которой он обитает. Как отмечалось раньше, программа Коминтерна избегала термина «природа человека» и говорила скорее о «классовой природе». Программа описывала природу человека в основном как общественную, не упоминая ни о религиозной природе человека, основанной на понятии о грехе, ни о наборе инстинктов и внутренних импульсов, свойственных биологии и психологии всех людей.

Если мы не можем с достаточной точностью исследовать внутренний мир человека, мы все же сможем проанализировать поведение человека. Могут ли модели человеческого поведения изменяться при изменении социальных условий, как считал Коминтерн? Если мы примем отвечающее здравому смыслу определение человеческой природы как образец поведения, основанный на глубоко укоренившихся пристрастиях, мы можем предположить, что позиция Коминтерна состоит в том, что эти пристрастия (склонности) и соответствующие им модели поведения могут быть изменены, если человека перевоспитать. Бывшая ранее «неправильной» или «несовершенной» природа человека (с точки зрения Коминтерна) обладала такими чертами, как эготизм (самовлюбленность), соперничество (конкуренция) и эгоизм. Желаемые характеристики человека новой коммунистической формации следующие: альтруизм, сотрудничество и общественные интересы.

Мэйо пишет, что марксистский взгляд (взгляд Коминтерна) на природу человека сводится к малому: эгоизм доминирует в человеческой природе на протяжении всей истории человека, но, как только капитализм будет упразднен, человек преодолеет свою эгоистичную природу и станет хорошим «естественным путем»28. Пока на практике не будет проверена теория о том, что возможно такое полное изменение человека, вся история человечества бросает тень сомнения на возможность такого изменения. Но даже если практически будет подтверждена теория о неизменности природы человека, все еще не будет абсолютных доказательств, что когда-либо модель человеческого поведения не может быть изменена при соответствующем воспитании человека и изменении его системы ценностей. Следует добавить, что коммунисты, безусловно, не были ни первыми, ни последними реформаторами, которые провозгласили, что их цель – изменение и улучшение природы человека.

В соответствии с основными чертами будущего утопического коммунистического общества, как это сказано в программе, предполагается, что СССР (как и другие государства с диктатурой пролетариата) должен исчезнуть как отдельная политическая единица. Он станет частью всемирного Союза Социалистических Республик, который в конечном итоге отомрет как «государство». Международное разделение труда, всеобщий характер культуры при коммунизме – эти признаки также указывают на отмирание в конечном итоге Советского Союза как государства, хотя никто из деятелей Коминтерна ни говорил об этом подробно. Понятно, однако, что СССР оставил бы неизгладимый след в будущем обществе. С помощью провозглашения новаторского пути, ведущего к социализму, «построенному» в СССР в 1934 году, и двигаясь после этого далее в направлении коммунизма, СССР обладал в течение всех лет существования Коминтерна монополией на практическое осуществление строительства социализма и коммунизма. В период между 1928 и 1943 годами Коминтерн не видел другой альтернативы. Конечно, в послевоенный период появились новые решения проблемы об альтернативных путях, ведущих к коммунизму. Но во времена Коминтерна путь Советской России провозглашался как единственный путь, по которому должны следовать мировой пролетариат и другие коммунистические партии. Если Советский Союз должен был в конечном итоге исчезнуть как единое территориальное образование, вряд ли бы он создал новый мир по своему образу и подобию.

1 VII конгресс. С. 274.

2 См.: Кун. КИВД. С. 15.

3 Цит. по кн.: Carew Hunt. Marxism. P. 108 (Хант К. Марксизм. С. 108).

4 VI конгресс. Т. V. С. 75.

5 Кун. КИВД. С. 15.

6 Там же. С. 15 – 16.

7 VI конгресс. T. III. С. 89.

8 Там же.

9 Там же.

10 Эта речь опубликована в: КИ. 1939. Март. С. 5 – 37. См. также: Сталин. Проблемы ленинизма, особенно с. 656 – 663.

11 Интересная ссылка на более ранние взгляды Сталина на вопрос о военной защите находящегося в изоляции коммунистического общества была приведена В. Кнориным: К итогам XVII конференции ВКП(б) // КИ. 1932. 10 февраля. Он процитировал Сталина, утверждавшего в 1925 году, что теоретически возможно существование «социалистической милиции» в бесклассовом обществе, в котором произошло отмирание государства. Там же. С. 18.

12 Кун. КИВД. С. 15.

13 VII конгресс. С. 510.

14 Кун. КИВД. С. 15.

15 VII конгресс. С. 510.

16 Кун. КИВД. С. 15 – 16.

17 Laski. Communism. P. 178.

18 Кун. КИВД. С. 15.

19 Carew Hunt. Marxism. P. 137.

20 Mayo. Democracy and Marxism. P. 232.

21 VI конгресс. С. 63.

22 Кун. КИВД. С. 15.

23 Там же.

24 Там же. С. 16.

25 Там же.

26 Там же.

27 Carew Hunt. Marxism. P. 137.

28 Mayo. Democracy and Marxism. P. 232.

В самом начале можно сделать один общий вывод. Главная тема, проходящая по всем доктринам и директивам Коминтерна, – это коммунистическая власть, борьба за ее установление, ее цели и задачи. Кажется бесспорным, что главная забота некоторых теоретиков и деятелей Коминтерна, конгрессов и пленумов, а также официальных органов Коминтерна – это проблема коммунистической власти. Политика, а не экономика – еще один главный вопрос, обсуждаемый Коминтерном. Материальным экономическим факторам отводится второстепенная роль. Эти вопросы реже освещаются в речах и других работах теоретиков Коминтерна, и, как следствие, их трактовка часто неясна и туманна. Не принимая во внимание тип общества и соответствующий ему тип революции, Коминтерн считал, что основной вопрос, который предстояло решить, одинаков для всех типов обществ: как добиться исключительной власти для коммунистической партии – партии, которая была и остается особой партией. По мнению Г. Фишера, коммунистическая революция должна быть организована посредством «сосредоточения власти у малочисленной, упорно держащейся за власть полувоенной организации с тщательно подобранным штатом сотрудников и со строгой дисциплиной»1.

Если захват власти коммунистами оказывается основной целью, средства завоевания и удержания власти неизбежно являются делом первоочередной важности: использование в своих интересах социальных волнений и националистических выступлений, формирование временных союзов даже с представителями вражеского лагеря, быстрое изменение в стратегии и тактике, чтобы реагировать на новые обстоятельства, привнесение нового, недемократического содержания в традиционно демократические понятия. Эти методы и другие им подобные развиваются и совершенствуются. Атмосфера борьбы за власть, даже когда используются чисто легальные средства, становится для коммунистов атмосферой постоянного напряжения, из-за чего нежелательно достигать настоящих компромиссов, или это не считается возможным. Для коммунистов не существует разграничений между легальными и нелегальными средствами борьбы. Главное для них то, что эти средства могут принести успех, поэтому их можно рассматривать только в этом ключе.

В коммунистической теории первым этапом революционного процесса является этап подготовки к захвату власти. Основанная на признании марксизма-ленинизма как единственно правильного мировоззрения, объясняющего социальные изменения в прошлом, настоящем и будущем, философия Коминтерна представляла мир двуединым, состоящим из социалистического сектора (то есть сектора, находящегося под коммунистическим правлением) и несоциалистического сектора. С одной стороны, Советский Союз представлялся реальным воплощением идей марксизма-ленинизма – то есть страной, строившей под руководством коммунистов сначала социализм, а позднее, после «победы социализма» в 1934 году, коммунизм. С другой стороны, коммунисты представляли мир капитализма ареной борьбы с целью решительных социальных изменений этого мира в направлении социализма и коммунизма. Этот несоциалистический лагерь был довольно сложным по структуре и охватывал разные страны: страны с высоким уровнем развития капитализма, страны со средним уровнем развития капитализма (среди которых, согласно теории Коминтерна, выделялись два типа), колониальные, полуколониальные, зависимые и отсталые страны. Несоциалистический лагерь (сектор), в котором преобладали капиталистические отношения, был объявлен непродуктивным, неэффективным и негуманным. По мнению Коминтерна, этот сектор находился на стадии империализма, который характеризовался как умирающий, загнивающий, находящийся во власти сильных кризисов и склонный обращаться к войнам как средству разрешения споров. Между социалистическим и несоциалистическим секторами существовали непреодолимые противоречия. Однако этот антагонизм не должен был быть постоянным, и ему «неизбежно» пришел бы конец после победы социализма.