Читать онлайн «Коминтерн и мировая революция. 1919-1943». Страница 28

3. Ячейки как самая лучшая форма организации. Фактически партийные ячейки должны были быть образованы по месту работы пролетариата и других «тружеников». Работа по созданию партийных ячеек должна проводиться в «главных городах и центрах, где сосредоточены трудящиеся массы, работающие в тяжелой промышленности»95. Это требование, обращенное ко всем партиям, конечно, служит для того, чтобы подчеркнуть ведущую роль пролетариата, независимо от того, является ли существующее общество капиталистическим, полукапиталистическим или даже феодальным. Фабричные или заводские ячейки были привилегированными единицами первичной партийной организации. Настойчивое требование Коминтерна о соблюдении этого пункта имеет длинную историю. Неоднократно превозносились достоинства фабричной ячейки по сравнению с теми недостатками, которые имели ячейки по месту жительства96. Коммунистическая партия Китая, отрезанная от городских центров в течение долгого периода своей истории перед Второй мировой войной, может послужить примером при описании тех трудностей, которые стояли перед организаторами фабричных ячеек в колониальных и полуколониальных странах97. В очень отсталых в экономическом отношении странах, где фактически не было пролетариата, конечно, не существовало никаких фабричных ячеек. В этих регионах партии обычно не назывались «коммунистическими» и принимались в Коминтерн только как «сочувствующие» (с совещательным голосом)98.

4. Сочетание легальной и нелегальной работы. Находящиеся на легальном положении коммунистические партии не должны были ограничивать свою деятельность рамками «буржуазных» законов; «революционная» законность должна была отвергнуть ограничения, наложенные «буржуазной» законностью. Партии, находящиеся на нелегальном положении, не должны были пренебрегать возможностями любой легальной деятельности, однако она должна быть ограничена. В действительности Коминтерн стремился создать партии, способные функционировать как легально, так и нелегально.

Упомянутые выше идеологические и организационные черты «идеальной» коммунистической партии, в соответствии со стандартами Коминтерна, не должны, конечно, создавать впечатление, что такие «идеальные» партии существовали в период между 1928 и 1943 годами (конечно, за исключением Коммунистической партии Советского Союза, которая сама была объектом чисток). Материалы Коминтерна предлагают значительное количество свидетельств о том, что во всех секциях Коминтерна состояние дел было неудовлетворительным. Все же обсужденные выше особенности надо рассматривать как нечто желаемое каждой коммунистической партией в ее борьбе за захват власти.

Итак, нами закончен анализ общих предпосылок, необходимых для захвата власти коммунистами в любом обществе. Теперь мы должны обсудить те предпосылки, которые изменяются в соответствии с этапом развития общества.

Если коммунистическая партия действовала без поддержки со стороны беспартийных, считалось, что она была неспособной осуществить захват власти в любом обществе. Такая поддержка должна быть массовой и должна исходить от определенных социальных классов и групп. Последовательный в своем отказе от авантюризма путчистов, Коминтерн неоднократно подтверждал важность массовой деятельности в любой попытке под руководством коммунистов захватить власть. Коминтерн точно не называл те социальные слои в обществе, от которых партия должна получить поддержку, но всегда настаивал, что такая поддержка обязательна.

К социальным группам, которые должны поддержать коммунистов при попытке захватить власть, относятся: 1) пролетариат, 2) союзники пролетариата и 3) «нейтральные» группы. Мы можем обсудить их роль.

В обществах с высоким уровнем развития капитализма. В них, насколько мы знаем, на повестке дня стояла «пролетарская» революция. Коммунистическая партия должна быть лидером и осуществлять контроль над пролетариатом и также над всеми другими революционными силами. Пролетариат был назван главной «движущей силой» революции. Она требовала лидерства коммунистической партии, активной поддержки от определенных социальных групп и нейтрализации (то есть сведения активности к минимуму) других социальных групп. Само собой разумеется, что ожидалась воинственная оппозиция определенных элементов, особенно буржуазного класса, и она действительно расценивалась как неизбежная, так как Коминтерн всегда отрицал возможность мирного перехода от капитализма к социализму (см. главу 9).

Из чтения материалов Коминтерна становится ясно, что он придерживался определения пролетариата, данного Марксом. Пролетариат был социальной группой, обеспечивающей современные капиталистические предприятия рабочей силой; он не обладал никакими существенными средствами производства, средства к существованию были получены исключительно или почти исключительно за счет заработной платы взамен своей рабочей силы. Этим термином всегда называли индустриальных рабочих (рабочие, получавшие заработную плату в сельском хозяйстве, именовались сельскохозяйственным пролетариатом и никогда просто пролетариатом). Авторы программы 1928 года, очевидно, считали, что термин так хорошо был понятен, что они не предложили никакого определения99. Термин «рабочие» или «рабочий класс» часто использовался в материалах Коминтерна как альтернативная форма. Но под «тружениками» или «трудящимися массами» Коминтерн подразумевал более широкие группы населения, включавшие помимо пролетариата другие «эксплуатируемые» категории населения.

Время от времени Коминтерн недвусмысленно оценивал политическую роль пролетариата: он считался главной революционной силой в передовых капиталистических странах. Что же тогда было нужно коммунистической партии от пролетариата в тот момент, когда власть должна была быть вырвана из рук буржуазии, правящего класса в капиталистическом обществе? Ответ на этот вопрос неоднократно давался в материалах Коминтерна: большинство пролетариата должно оказывать партии активную поддержку. Как будет продемонстрировано ниже, термин «большинство» не должен был пониматься буквально. В программе Коминтерна говорилось о том, что для того, «чтобы разрешить историческую задачу завоевания диктатуры пролетариата», партия как авангард пролетариата должна завоевать под свое влияние «большинство членов собственного класса, в том числе женщин-работниц и рабочей молодежи»100. Коминтерн неукоснительно следовал этой формуле. При этом он стремился сделать абсолютно ясной главную предпосылку захвата власти. «Неправильно думать, – заявлял Мануильский в 1935 году, – что не надо опираться на большинство рабочего класса»101.

Что же тогда означала фраза «завоевание поддержки большинства пролетариата»? Какое свидетельство могло бы убедить Коминтерн, что определенная коммунистическая партия обладала такой поддержкой? (Другой вопрос: с помощью каких средств надо было завоевать это большинство – относится к стратегии и тактике и будет рассмотрен в главах 5 – 8.)

Термин «большинство» не объяснялся в программе. Весьма вероятно, что у многих рядовых коммунистов создавалось впечатление, что имелось в виду простое численное большинство, статистически обоснованное. Однако теоретики и ораторы Коминтерна часто уравнивали термин «большинство» с термином «самые решительные слои» пролетариата. Например, Мануильский в 1928 году писал, что задача завоевания большинства рабочего класса означает завоевание авангарда этого класса102. В передовице журнала «Коммунистический интернационал» в 1929 году использовался термин «самые решительные слои» как эквивалент понятия «большинство»103. Часто делались заявления, что такое толкование термина является ленинским. Например, в передовице журнала «Коммунистический интернационал» говорилось о защите Лениным захвата власти большевиками в 1917 году. Ленин неоднократно повторял, что до и после Октябрьской революции для решительной борьбы за власть вполне достаточно было заручиться поддержкой большинства из числа самых решительных представителей пролетариата в главных центрах страны104. Мартынов, член редакционного комитета журнала «Коммунистический интернационал», подтвердил эту точку зрения в последующей статье, в которой он определил большинство в «ленинском смысле слова, как завоевание самых решительных слоев пролетариата»105.

На десятом пленуме в 1929 году Мануильский выступил с интересной речью, полностью посвященной проблеме завоевания большинства пролетариата106. Его замечания проясняют многое. Поднимая вопрос о том, могла ли при капитализме коммунистическая партия самостоятельно охватить большинство рабочего класса «организационно», то есть чтобы они стали членами партии, он ответил, что это было бы невозможно107. Вопрос здесь ставился о влиянии, а необходимое влияние над большинством пролетариата могло быть установлено через беспартийные организации под партийным руководством. Мануильский также возражал, что поддержку рабочего класса можно измерить цифрами. Коммунистическая партия не нуждалась в формальной поддержке большинства; кроме того, при капитализме нельзя ожидать полностью свободных выборов. Критерии Мануильского в основном сводились к результатам: если коммунистическая партия могла бы возглавлять массовые забастовки, марши и другие демонстрации, в которых участвовало бы большое количество рабочих, на основании этих данных партия могла бы сделать заявление, что она выражает чувства большинства рабочего класса.