Читать онлайн «Древний Египет. Храмы, гробницы, иероглифы». Страница 54

Допустим, однако, что студент пережил первый год изучения египетского языка. То, что он выучил (не слишком твердо), есть только одна из форм языка, и не самая ранняя форма. Классический диалект египетского мы называем среднеегипетским, хотя его использование не ограничивается эпохой Среднего царства, и за него-то студент и берется вначале. В период раннего Древнего царства тексты писались в другой языковой форме, и древнеегипетский не вполне идентичен диалекту, который мы находим в «Текстах пирамид». При Эхнатоне для письменных текстов начинает использоваться форма, известная как позднеегипетский язык. Вероятно, ранее этого времени он был разговорным языком; письменный язык нередко с опозданием отражает изменения, имевшие место в разговорной идиоматике; типичным примером служат итальянский и латинский.

До сих пор мы говорили о различных формах египетского языка, записывавшихся иероглифическим письмом. Но они записывались также и другим письмом – скорописной формой, которую мы называем иератической. Иероглифы выглядели красиво на стенах гробниц или храмов, но для занятого египетского писца они были так же неудобны, как и для нас. Как мы упрощаем иероглифические картинки, чтобы писать их быстрее, так и древние писцы начинают использовать скорописные формы. За годы – а процесс начался очень рано, почти одновременно с появлением самой письменности – формы становились все более и более скорописными, пока наконец у иератических значков осталось только отдаленное сходство с их иероглифическими предками. Иератические тексты писались пером на пергаменте или керамике, но даже этот шрифт был слишком утомителен для загруженных работой писцов позднейшей бюрократии. Около 700 г. до н. э. они разработали другой шрифт – демотический. Иератическое письмо – детская игра по сравнению с демотическим; в наихудшем варианте демотический текст состоит из ряда за рядом нервозных запятых, каждая из которых представляет свой, совершенно отличный от других значок. Для чтения это совершенно ужасная штука. Взгляните на правую колонку на рисунке, приведенном ниже, и представьте, как вы пытаетесь расшифровать страницу такого текста, да не на чистой белой бумаге, а на пожелтевшем, выгоревшем, крошащемся гнилом папирусе.

Примеры иероглифических, иератических и демотических знаков

Ссутулившись, страдая от близорукости, головной боли и боли в спине, наш гипотетический студент освоил, допустим, все формы египетского языка и письма, отмеченные до сих пор. Но это еще не конец. Последняя форма египетского языка – коптский – записывалась не иероглифами, не иератическим и не демотическим письмом, а греческим алфавитом, дополненным несколькими значками, выработанными из демотического письма, чтобы выразить звуки, в греческом не встречающиеся. Как национальный язык Египта, коптский после мусульманского завоевания был заменен арабским, но он сохранился в литургии коптской (египетской христианской) церкви. В Египте еще встречаются люди, говорящие на языке Тутмоса III, хотя сомнительно, чтобы его тень могла понять их; в отдаленных районах страны маленькие группы, говорящие на коптском, несомненно, существовали еще в 1930-е гг.

В коптском используется греческий шрифт, но это египетский язык, хотя к словарю добавлены многочисленные греческие слова. Литература не слишком увлекает египтолога, который обычно закрывает книгу на персидском завоевании. Но это один из предметов, в которых кандидат на докторскую степень должен продемонстрировать сноровку (забавное слово), как и в демотическом, иератическом, позднем, среднем и древнем египетском, археологии, искусстве, истории, а также в археологии, истории и языках соседних регионов, которые он также изучал.

Коптский язык предлагает египтологу, который преимущественно лингвист, а не историк или археолог, один великий дар. Поскольку в этом языке используется греческий алфавит, в нем воспроизводятся гласные. Таким образом, для этой формы языка мы знаем произношение, которого в других формах египетского мы не знаем. Иероглифическое письмо выражает только согласные, а поскольку иератическое и демотическое письмо произошло от иероглифов, то же относится и к ним. Поэтому, когда египтологи транслитерируют египетский, они пишут слово только согласными: nfr или bn. Когда студенты в классе читают вслух египетский текст, они следуют условности, которая, чтобы способствовать артикуляции, вставляет между согласными «е»: nefer, ben. Но если вы слушаете человека, читающего на египетском вслух согласно этой условности, вы слышите не тот египетский, на котором говорили в 1750 г. до н. э. Условность допускается только потому, что подлинная артикуляция еще вызывает сомнения. В сущности, поскольку мы имеем только согласные, поразительно уже то, что мы сумели достигнуть состояния сомнений, сменивших полное невежество. У нас есть коптский, но он был записан спустя почти 3 тысячи лет после того, как были составлены первые тексты на древнеегипетском. А за 3 тысячи лет язык может очень сильно измениться. С помощью сложных и нудных приемов, таких, как осторожная экстраполяция коптских примеров в прошлое, мы получили теперь смутное представление о том, как, возможно, произносились слова на древнем языке. Другой полезный, но ограниченный ключ дают примеры египетских слов, написанных на других древних языках: имена царей и сановников, написанные в амарнских письмах клинописью, которая, как слоговое письмо, состоит из согласной плюс гласная.

Когда мы подходим к проблеме передачи египетских имен на английском, мы сталкиваемся с другим противоречием. Между собой египтологи транслитерируют, приводя только согласные, которые даны в иероглифических значках. Но вы не можете назвать Тутмоса III Dhwty-nht и ожидать, что вас поймет кто-нибудь, кроме египтолога. Имя «Тутмос» – одна из самых неприятных условностей. Элемент «Thut» происходит от греческого слова, обозначающего бога мудрости Тота, египетское имя которого было Dwhty, «mose» означает «сын (кого-то)». Так мы получили форму, полугреческую, полуегипетскую, которая неточна и неэстетична, но так хорошо известна, что невыгодно пытаться изменить ее. В этой книге я пошла по легкому пути, используя варианты, которые сразу приходили мне в голову, даже когда я знала лучшие. Сэр Алан Гардинер в вышеупомянутой «Египетской грамматике» говорит, что имя Хатшепсут должно писаться как Хатшепсоуи, и раз он говорит, это, наверное, так и есть. Но я была не способна заставить себя это сделать. Я пыталась избежать таких устаревших форм, как Ихнатон, каковым именем Брэстед называл великого еретика; начальный слог, вероятно, произносился скорее «эх», чем «их» («х» – гуттуральное). Но когда доходит до Амона против Амена, читатель может сам сделать выбор.

Поскольку упомянутый читатель – человек интеллигентный и образованный, я не буду оскорблять его, рассказывая, что иероглифы не алфавит. Первые шаги в процессе записи были, вероятно, основаны на целых словах. Изображение пчелы означало «пчела», изображение наконечника стрелы означало «наконечник стрелы». Но полезность письменности можно сильно расширить, применяя то, что мы называем принципом ребуса. Слово «брат» имеет те же согласные, что и слово «наконечник стрелы» – «s» и «п». Тогда египтяне могли использовать слово «наконечник стрелы», чтобы написать слово «брат». Но на письме возникала двусмысленность, которой не было в речи. Два слова произносились по-разному, но поскольку гласные не писались, на письме они выглядели совершенно одинаково. Типично египетское решение этой проблемы было изобретательным – и сложным. Когда они хотели написать «брат», они добавляли к «наконечнику стрелы» второй знак – сидящего мужчину, означавшего класс «человек». Используя классовые значки или, как мы их называем, детерминативы, египтяне могли различать много слов, которые по своим согласным были идентичны.

Значки согласных, в противоположность детерминативам, означали звуки – один, два или более согласных звуков. Один значок согласной мог представлять целое слово или мог объединяться с другими значками, чтобы составить слово. Взглянем на несколько примеров.

Различное использование иероглифических знаков

Значок, который транслитерируется как nfr и читается «нефер», изображает сердце и гортань животного, но по какой-то причине означает «хороший» или «красивый». Нефер – это трехбуквенный знак, в одиночку выражающий три согласных, без всякой посторонней помощи (рис., а). Но когда египтяне пишут слово «красивый», они обычно добавляют значки для «ф» и «р» (b). Слово читалось не как «неферер», а как «нефер»; дополнительные значки просто подтверждали прочтение. Однако значок «нефер» мог быть использован и в одиночку, в составном слове, таком, как «нефер-хат» (с), «диадема»; второй значок в этой группе изображает переднюю половину льва и означает, как вы и могли ожидать, «перед». Теперь, когда «нефер» используется как существительное, к значку добавляется детерминатив – свиток папируса, связанный с луком, который обозначает класс абстрактных понятий (d). «Неферет» может также быть женским именем – дополнительное «т» есть женское окончание, – и в этом случае добавляется детерминатив для класса «женщина» (e). Достаточно логично, что этот детерминатив обозначается фигуркой сидящей женщины. Как показывает этот пример, иероглифы вовсе не были таинственными эзотерическими знаками, как думали ранние исследователи. Иногда они даже слишком конкретны для утонченного вкуса. Детерминатив для «родить» (возьмем достаточно безобидный пример) ясен из картинки (f). Жаль, что другие слова не так очевидны.