Читать онлайн «В защиту науки». Страница 39

Замечу, что если бы Солнце действительно сжималось с такой скоростью, как сообщает нам отец Тимофей, то из-за выделения гравитационной энергии его светимость была бы в 500 раз выше, чем она есть на самом деле (школьники могут проверить это собственными вычислениями).

В заключение урока "Креационная астрономия" отец Тимофей пишет: "Имеются и иные, не менее яркие свидетельства малого времени существования космоса" [3. С. 51].

Признаюсь, я рад, что отец Тимофей ограничился лишь указанными «свидетельствами». Как говорится, он старался… Не его вина, что Мир устроен иначе, чем это казалось две тысячи лет назад авторам Ветхого завета.

Итак, Богом данные законы природы убеждают нас в том, что возраст Вселенной — миллиарды лет, но Богом же продиктованное Писание говорит, что Мир сотворен 7500 лет назад. Разрешимо ли это противоречие? Вполне. Но для этого следует принять идею «декорации»; суть её проста: Бог создал Мир недавно, но таким, как будто бы он существует уже миллиарды лет. С этим приемом мы постоянно встречаемся в театре и кино, наблюдая, как действие разворачивается в старинном замке, построенном декораторами за несколько часов до съемок. Чтобы убедить нас в правдоподобии происходящего, хороший декоратор предусмотрит всё: и пыль на предметах, и паутину в углах, и отсутствие телеграфных проводов в пейзаже за окном. Может ли сомневаться христианин, что Творец способен создать идеальную декорацию, в которой все будет «самосогласованно» (как любит выражаться отец Тимофей)? Вопрос лишь в том, зачем Всевышнему этот театр? Избыток творческого начала? Возможно. Но почему спектакль не доведен до совершенства, почему декорация (Вселенная) и либретто (Писание) противоречат друг другу?

Таким образом, по своему естественнонаучному содержанию лейтмотивом рассмотренных нами книг апологетов является ложь: либо нам лжёт их автор, либо… Всевышний. Пусть авторы указанных книг сами определятся в этой альтернативе.

Вообще говоря, критика не бывает бесполезной. В частности, я разделяю претензии, высказанные священником Тимофеем к формальному изложению научных взглядов в школьных учебниках: «В заключении к школьному учебнику физики (Мяки-шев Г.Я., Буховцев Б.Б. Физика 10–11. М.: Просвещение, 1991) читаем: "Фундаментальные законы не нарушаются никогда, ни при каких условиях. Всё большее и большее число людей осознают, что объективные законы, которым следует природа, исключают чудеса, а познание этих законов позволит человечеству выжить" .

Заключение довольно странное. Во-первых, объективные законы природы, которые нам представляются надёжными при всех условиях, не могут, тем не менее, «запретить» появление случаев нарушения этих законов. Факт такого нарушения законов должен говорить сам за себя. И если он действительно имел место, его нельзя отрицать как таковой, хотя бы и нарушились законы природы. Скорее, надо подумать: верен ли сам открытый нами закон и при всех ли условиях он верен, чем с порога отрицать факт по известной поговорке: этого не может быть, потому что этого не может быть никогда» [3. С. 7].

Священник Тимофей, как видим, хочет сказать, что фундаментальным закон природы может считаться лишь до тех пор, пока надежно не выявлено ни одного факта его нарушения. Если же такой факт ("чудо") выявлен, требуется поиск нового, более общего закона. Это путь науки. С этим трудно не согласиться.

К сожалению, нужно признать, что школьные учебники на десятилетия отстают от науки. Мне как астроному это легко увидеть на примере учебника «Астрономия-11». Но и школьный учебник биологии даже для неспециалиста выглядит весьма «залежалым», не отражающим современного уровня науки. Для примера посмотрим на эмбриологические доказательства эволюции. Действующий школьный учебник[10] трактует их по Э. Геккелю, пересказывая его "биогенетический закон", или "закон эмбриональной рекапитуляции", гласящий, что "в своем развитии зародыши как бы кратко повторяют те основные изменения, которые происходили в течение миллионов лет у сменяющих друг друга животных" [C. 231], одним словом, — онтогенез повторяет филогенез. Продвинутое пособие для подготовки к экзаменам[11] также повторяет биогенетический закон Геккеля, хотя и уточняет, что, по современным взглядам (ссылка на А.Н. Северцова), "в индивидуальном развитии повторяются признаки не взрослых предков, а их зародышей" (С. 483). Университетский же курс упоминает о Геккеле и его законе лишь с иронией и только в историческом плане.

Разумеется, апологеты сконцентрировали свою критику на школьном учебнике биологии, выдавая цитаты из него за последнее слово эволюционной науки. Таким образом, в этой «борьбе» они получили себе "в союзники" всю действующую биологию. Пример находим в книге С. Головина, рекомендованной Отделом религиозного образования и катехизации Московского Патриархата. Оставляя в стороне прочие утверждения Сергея Головина, приведем одно, с которым трудно не согласиться по существу: "Хотя уже прошло сто лет с тех пор, как теория рекапитуляции признана научной ложью, портреты геккелевских эмбри-ончиков продолжают кочевать из одного школьного учебника в другой" [С. 38].

Профессиональная наука нашего времени ушла уже так далеко вперёд, что критика наивных взглядов христианских апологетов и креационистов не представляет для неё интереса. Однако педагогика в полной мере должна быть готова к столкновению с этими взглядами, весьма привлекательными для юных умов и обывательского мировоззрения. Существуют ли пособия для учителей, в которых можно почерпнуть материал для разоблачения креационных «открытий» и найти ответы ведущих учёных на "трудные вопросы" эволюционной теории? На русском языке я пока не встречал таких материалов; хотелось бы их увидеть! Но западные педагоги, раньше нас столкнувшиеся с креационизмом, уже несколько лет заняты этой работой. Национальная Академия наук США сформировала "Рабочую группу по обучению эволюционной теории" и с привлечением известных специалистов — биологов, геологов, опытных педагогов, — издала книгу "Учение об эволюции и природа науки", полный текст которой можно найти на сайте http://www.nap.edu/readingroom/books/evolution98/. На другом сайте этой же академии создана специальная страница "Science and creationism" (http://www4.nas.edu/opus/evolve.nsf) с большим количеством справочного материала.

Разумеется, не наше дело давать советы православным апологетам и креационистам. Но все же хочется заметить, что развитые религии западных стран, в частности католичество, уже переросли наивные методы "борьбы с наукой", методы эпохи Джордано Бруно и Галилея. Сегодня католики пытаются размежеваться с наукой, поделить поле деятельности на физическое и духовное. В странах, благополучие которых основано на высоких технологиях, уже несколько столетий не модно критиковать науку в чистом виде. Однако православная религия, отражающая уровень развития нашего общества (в целом еще далекого от западной культуры), до сих пор видит своего соперника в школьном научно-техническом образовании. Найдет ли эта церковная инициатива поддержку в массах, покажет время. Если найдет, то мы окажемся на пороге нового средневековья.

Западные коллеги священника Тимофея с большим, чем он, уважением относятся к науке. Несколько лет назад бродячие проповедники подарили мне книжечку американских апологетов

"Жизнь — как она возникла? Путем эволюции или путем сотворения?" (Watchtower Bible and Tract Society, 1992); в ней читаем: "Справедливым будет проявлять уважение к научным достижениям, так сильно расширившим наши знания". Хотя по своей аргументации книги западных и наших апологетов- близнецы-братья, всё же православные авторы (не только отец Тимофей) позволяют себе более грубые нападки на науку. В частности, обращаясь к младшим школьникам, отец Тимофей пишет: "Безбожными же учениями лишь отравили науку люди довольно пустые, не сделавшие собственно никаких настоящих открытий, но укравшие и перетолковавшие на свой лад чужие открытия и мысли" [2. С. 72].

Священник Тимофей упорно отождествляет религию (как веру в Творение) и науку (как веру в эволюцию) и призывает при этом не заигрывать с эволюционными учениями: "Хранение верности Истинному Богу требует аскетических усилий, требует ограничения полета мысли, то есть вольнодумства… Пора уже нам, православным, твердо стать на ноги в вопросе мировоззрения, исключив всякие сделки c религией вражией" [1. С. 155]. Ещё шаг и, кажется, автор потребует учредить Святую инквизицию.

Избавившись от воинствующего атеизма, мы приобрели в лице апологетов воинствующее богословие. Своим плацдармом они избрали среднюю школу, особенно её младшие классы:

"Казалось бы, естественное и первейшее требование к христианину — веровать простым сердцем в истину Священного Писания. Но первые страницы Библии у современного человека, только приходящего к вере, вызывают наибольшие затруднения. Это особенно заметно, на тех, кто с детства привык верить в науку и прогресс человечества. Проще для тех, кто с наукою мало знаком и никогда ею не интересовался" [4. С. 12].