Читать онлайн «100 великих тайн». Страница 138

На «челюстях обоих черепов» отыскались крохотные осколки стекла. Судя по их толщине и форме, речь могла идти «об осколках ампул или колб». Похоже, что погибшие приняли яд, раскусив для этого по небольшой ампуле.

Изучив челюсть «скелета номер один», следователи были единодушны: здесь, на этой улице, были найдены останки доктора Людвига Штумпфеггера. Во втором случае мнения разделились. Не сохранилось ни одного рентгеновского снимка, который запечатлел бы зубы Мартина Бормана. Потому пришлось полагаться лишь на память Хуго Блашке – врача, который когда-то лечил рейхсляйтера. Для кого-то его слова звучали убедительно, кто-то сомневался.

Абсолютно уверен был прокурор Иоахим Рихтер, руководивший следствием: «Обвиняемый так же, как и доктор Людвиг Штумпфеггер, скончался 2 мая 1945 года в Берлине в предутренние часы – в промежутке между 1.30 и 2.30». А вот писатель и бывший спецагент Ладислав Фараго придерживался иного мнения. Он сообщил прокурору, что у него есть неоспоримые доказательства, которые «торпедируют все выводы, сделанные комиссией». Вот только представить эти «веские улики» Фараго так никогда и не соизволил, хотя и заявил в 1973 году, что Борман стал миллионером и живет в Аргентине.

Постепенно вокруг имени Бормана воцарилось молчание. Призрак беглого нациста уже не тревожил ни парагвайские дебри, ни датские города. Похоже, и впрямь его останки были отысканы строителями в те декабрьские дни. Вот только окончательно доказать это ученые пока не могли.

Осенью 1996 года появилась еще одна книга, посвященная Борману: «Операция Джеймс Бонд». В ней говорится, что рейхсляйтер не покорялся судьбе, не глотал яд «в предутренние часы». В последнюю секунду ему все же удалось бежать из Берлина. Так утверждал не газетчик, не автор приключенческих историй, а бывший британский агент Кристофер Крейтон, он же Джон Эйнсуорг-Девис.

Впрочем, беглец, спасавший свою жизнь, в конце концов, оказался марионеткой в чужих руках. Судьба его интересовала самого Черчилля.

Ведь только Мартин Борман мог раскрыть англичанам тайну нацистских вкладов в Швейцарии, он знал номера счетов, он мог их выдать. Чтобы его исчезновение осталось незамеченным, британская разведка пошла на хитрость. Из Лондона в осажденный Берлин направили «двойника» – человека, точь-в-точь похожего на Бормана: те же шрамы, та же бородавка, те же зубные пломбы. В ту майскую ночь по улицам Берлина пробирался двойник. Он и погиб от разорвавшегося рядом снаряда. Итак, новый поворот в биографии Бормана? Но где же веские аргументы?

Еще в 1996 году семейный адвокат Бормана Флориан Безольд обратился к генеральному прокурору Франкфурта Хансу Кристофу Шеферу. Он попросил, благо теперь это можно, провести генетическую экспертизу останков неизвестного мужчины ростом 168—171 сантиметров, найденных в 1972 году.

Прокурор, как и министр юстиции земли Гессен, был не против.

Пожалуй, это была «последняя возможность… внести полную ясность» в судьбу Мартина Бормана.

За это дело взялись судебные медики из Франкфурта и Берна. Однако их постигла неудача. Выделить ДНК из клеточного ядра не удалось, потому что кости неизвестного пребывали в плачевном состоянии. Простой и надежный метод подвел. Неужели тайна Бормана так и не будет раскрыта?

И тогда ученые из Института судебной медицины при Мюнхенском университете попробовали пойти другим путем, куда более сложным. Они решили выделить так называемые митохондриальные ДНК. Получилось!

Дальнейшее уже не составило труда. Профессор Вольфганг Айзенменгер обратился за помощью к одной из родственниц Бормана, даме восьмидесяти трех лет, внучке Амалии Фольборн, а та была тетей Бормана по материнской линии. Так, в распоряжении ученых оказались две ампулы крови. Анализ показал родство пожилой дамы, живущей ныне близ саксонского городка Гельнхаузен, и человека, чей скелет обнаружили в декабре 1972 года. Значит, им был Мартин Борман.

Четверть века назад следователь Хорст фон Глазенапп писал, что судьба Мартина Бормана, как и участь Каспара Хаузера, «еще долго будет волновать людскую фантазию». Он обрел свое тело, а вместе с ним и свою подлинную биографию. В ту майскую ночь он пытался бежать из Берлина. Но было уже поздно, всюду он встречал советских солдат. Тогда в страхе, что его вот-вот опознают и схватят, он раскусил капсулу с ядом и замертво рухнул на землю. Феерические «Сумерки богов» закончились подле сточной канавы.

То, что не смогли сделать оснащенные новейшими приборами суда, занимавшиеся многие годы поиском самолета Антуана де Сент-Экзюпери на дне Средиземного моря, быть может, случайно удалось простой рыболовецкой шхуне «Горизонт».

26 сентября была сильная гроза, – рассказывал владелец «Горизонта» 54 летний Жан-Клод Бьянко, – когда они рыбачили в бухте неподалеку от берега между Марселем и Кассисом. Достав из сетей поблескивающий предмет, он ножом очистил его от наслоений и увидел толстый серебряный браслет, почерневший от времени и морской воды, в котором не хватало нескольких звеньев. На его пластине сначала проступило имя «Антуан», а потом фамилия «Сент-Экзюпери». «Этого не может быть, – воскликнул в тот момент Жан-Клод Бьянко. – Это мне приснилось!» Полная надпись, выгравированная в три строчки, гласила: «Antoine de Saint-Exupery (Consuelo), с/о Reynal and Hitchcock Inc., 4th Avc, N.Y City, USA».

Подлинность находки не вызвала у специалистов никаких сомнений. Консуэло – имя молодой аргентинки, жены знаменитого писателя, с которой он обвенчался незадолго до начала Второй мировой войны. Рейнал и Хичкок – американские издатели, опубликовавшие впервые на английском языке «Маленького принца» в апреле 1943 года, затем следует адрес их издательства.

За 54 года, прошедших со дня гибели Сент-Экзюпери, когда 31 июля 1944 года он вылетел с военной базы на Корсике, найдено первое вещественное доказательство того, что его самолет упал в Средиземное море. По поводу причин и места гибели Сент-Экзюпери существовала масса гипотез, основывавшихся на свидетельских показаниях: механическая неисправность самолета, воздушный бой, катастрофа в Альпах… В течение пятидесяти с лишним лет рождались все новые и новые версии, но ни одна из них не получила подтверждения. Несколько раз в Средиземном море в рыболовецкие сети попадали обломки самолетов, но то были «чужие» обломки. О загадочной гибели Сент-Экзюпери слагались легенды.

За месяц до последнего полета писатель чудом избежал смерти. Его физическое состояние было неблестящим, а левая рука оказалась наполовину парализована. Многие не понимали, почему 43 летний Сент-Экзюпери, которого по возрасту должны были списать, не прекращал боевые полеты. Некоторые его близкие были убеждены в том, что он «искал смерти». Перед своим последним полетом Сент-Экзюпери оставил записку своему другу Пьеру Даллозу: «Если меня собьют, я абсолютно ни о чем не жалею».

…Вместе с браслетом в рыболовецких сетях оказались два алюминиевых обломка. Они, вероятнее всего, принадлежат самолету «Лайтинг Р 38 № 223», на котором вылетел Антуан де Сент-Экзюпери. По мнению американских экспертов, эти обломки могут относиться к кабине пилота. Найден также кусок ткани, который, возможно, был частью его комбинезона. О своей находке рыбак Ж.-К. Бьянко сообщил президенту марсельской компании «КОМЕКС», которая специализируется на подводных поисковых работах.

Команда подводников тут же приступила к поиску самолета. Поскольку рыбаки не могли знать, в какой момент в сети попал браслет, предстоит обследовать морское дно площадью в 100 квадратных километров, где глубина составляет от 300 до 600 метров, не считая впадины в 2,7 километра. Океанографическое судно «Минибекс» с мощными гидролокаторами, которые «прощупывают» морское дно, зафиксировало более 200 сигналов, поступивших от металлических предметов, лежащих на морском дне. После каждого зафиксированного сигнала место обследуется с помощью небольшого робота, оснащенного видеокамерой. Дно в этом районе усыпано обломками военной техники времен Второй мировой войны. Поиск пока не дал никаких конкретных результатов, но работы будут продолжаться.

«Наша семья с огромным волнением узнала о том, что найден браслет, принадлежащий Сент-Экзюпери, который был подарен ему в Нью-Йорке в 1943 году, – заявил племянник писателя Фредерик д’Агэ. – Но мы не хотим, чтобы кто-то занимался поисками самолета и тревожил его морскую гробницу. Именно такова была воля его матери Мари Сент-Экзюпери».

15 декабря 1944 года на военном аэродроме близ Лондона на борт одномоторного «Нортмэна» поднялся майор американских вооруженных сил Гленн Миллер. Согласно предписанию, он летел в освобожденный Париж, чтобы дирижировать оркестром американских ВВС на рождественском концерте для союзных войск. В самое последнее мгновение майор попросил изменить предписание с таким расчетом, чтобы попасть в Париж прежде остальных оркестрантов, а случайная встреча в офицерском клубе накануне вечером помогла ему получить место на борту маленького самолета, который, несмотря на дождь и туман, намеревался наутро совершить бросок через Ла-Манш.