Читать онлайн «Военно-морской флот Третьего рейха. 1939–1945». Страница 86

В Эгейском, Адриатическом и Тирренском морях продолжали действовать итальянские и французские торпедные катера с германскими экипажами, и они вместе с минными заградителями, сторожевыми кораблями и быстроходными десантными баржами сражались до последнего. Эти корабли, несмотря на превосходство противника, обеспечивали доставку грузов на фронт и охрану транспортов при эвакуации войск, устанавливали мины и поддерживали связь между населенными пунктами по побережью. Они понесли тяжелые потери в боях с торпедными катерами и самолетами противника. В Адриатическом море, как раз перед прекращением военных действий, они перевезли к устью реки По большое количество немецких войск, отрезанных в районе Триеста.

В течение последнего года войны Балтика была важнейшим театром действий для немецких ВМС. Здесь характер морских операций определялся ходом военных действий на суше. Вдали от моря русские всегда наступали быстрее, чем на побережье. В результате образовалось несколько плацдармов, на которых были отрезаны значительные силы немцев, и задачей флота являлось их снабжение – или эвакуация.

Первое русское наступление в зоне Балтийского моря произошло в январе 1944 г., когда германский фронт был отброшен от Ленинграда и Ораниенбаума к Нарве и озеру Пейпус[119], но оно мало изменило обстановку на море. Сохранилась возможность ставить минные поля в Финском заливе, чтобы плотно блокировать его внутреннюю часть. Русские не воспрепятствовали установке двойной противолодочной сети вблизи Ревеля, так что в итоге их лодки не появлялись в Балтийском море до октября 1944 г.

Оборонительные бои, которые вели немногочисленные немецкие войска в районе озера Пейпус, поддерживала флотилия быстроходных десантных барж и торпедных катеров, до тех пор пока немецкие войска не обошли с юга.

Весной и летом 1944 г. усилились удары русских самолетов и торпедных катеров по кораблям, охранявшим минные поля. Массированные атаки русских торпедных катеров порой оказывались успешными, например, когда были потоплены «М-37» и «Т-81». Более неприятными были постоянные массированные воздушные атаки противника, так как немецкие корабли быстро расходовали запас зенитных снарядов и оказывались беззащитными. В результате в Нарвском заливе погибли три тральщика типа М и два сторожевика, а много других кораблей были повреждены. Поэтому в июле 1944 г. минный дозор пришлось снять. Крейсер ПВО «Ниобе» (бывший голландский крейсер «Гельдерланд»), вооруженный восемью тяжелыми зенитными орудиями, был направлен в финские шхеры в начале июля, а уже 16 июля он был потоплен в результате атаки примерно 130 русских бомбардировщиков, торпедоносцев и истребителей.

18 августа 1944 г., в ходе минных постановок по продлению заграждений в Финском заливе, установленных, как оказалось, не очень точно, 3-я флотилия миноносцев наскочила на мины в водах, которые считались безопасными. Корабли «Т-22», «Т-30» и «Т-32» погибли. При схожих обстоятельствах 12 декабря 1944 г. во время минных постановок в западной части Финского залива были потеряны эсминцы «Z-35» и «Z-36». Усиление удаленных минных полей – сложная операция, требующая специальных мер безопасности.

В августе 1944 г. русские дивизии сначала достигли побережья Рижского залива вблизи Тукумса, но 19 августа они были выбиты оттуда ударом танков, превосходно поддержанных орудиями второго оперативного соединения в составе крейсера «Принц Евгений», четырех эсминцев и четырех миноносцев под командованием вице-адмирала Тиле. Немцы сохранили узкий участок земли, связывавший их с Эстонией, но большинство автомобильных и железных дорог было разрушено или перерезано противником, поэтому морские пути приобрели особо важное значение.

Этот факт не был должным образом оценен в некоторых штабах. Так, командир 9-й дивизии кораблей береговой обороны, отвечавший за безопасность судоходства в зоне от Данцигского залива до Финского, утверждал, что острая нехватка топлива и боеприпасов на фронте в начале августа вызвана не малым объемом морских перевозок, а тем, что армейские штабы в Германии и на фронте слишком медленно переходили от железнодорожного транспорта к морскому. В августе 9-я дивизия охраны водного района обеспечила сопровождение без каких-либо потерь 414 судов и военных транспортов общим тоннажем 2,4 млн т.

Когда в июле и августе 1944 г. русские начали большое наступление на Карельском перешейке, немецкие миноносцы, подводные лодки и торпедные катера снова появились в финских шхерах, поддерживая слабый флот финнов, но не смогли найти достойных целей.

Когда Финляндия в середине сентября 1944 г. вышла из войны, немецкое соединение, состоявшее из тральщиков типа М и малых кораблей, действуя по личным приказам Гитлера, попыталась отбить у финнов остров Гогланд в Финском заливе. Но гарнизон оказал сопротивление и был настолько эффективно поддержан русской авиацией, что немцы вынуждены были отойти, потеряв четыре быстроходные десантные баржи, один дизельный тральщик и четыре меньших корабля. Это была одна из наиболее бесполезных операций за всю войну, поскольку немецкие войска на сухопутном фронте отступали, и невозможно было обеспечить снабжение небольшого острова или использовать его в качестве базы для действий против судоходства русских в Финском заливе.

Прикрывая эвакуацию войск из Финляндии «Т-18» был потоплен бомбой с русского самолета. В середине сентября русские наконец прорвались к Рижскому заливу, отрезав, таким образом, Эстонию, откуда пришлось срочно эвакуировать немецкие войска. Последние суда и корабли покинули Таллин 22 сентября. Вереница тяжело загруженных и плохо охраняемых судов двигалась на запад под непрерывными ударами русских с воздуха, но был потоплен только один пароход.

В октябре русские высадились на Балтийских островах[120] и захватили их, за исключением полуострова Сворбе[121] в южной части Эзеля. В то же самое время они вышли к морю между Либавой и Мемелем[122]. Их попытка продвинуться по побережью к Либаве была отбита огнем немецких крейсеров и эсминцев, и это дало немецкой армии в Курляндии время для организации обороны.

Чтобы как можно дольше обеспечить безопасность района обучения и тренировки подводников в Данцигской бухте[123], войскам в Курляндии было приказано удерживать там большой плацдарм вместо того, чтобы прорываться в Восточную Пруссию. Влияние Гитлера и ОКВ на боевые действия вылилось в ряд разрозненных и зачастую второстепенных мероприятий. Таким образом, плацдарм в Курляндии, где было сосредоточено более 500 тыс. человек, увеличил нагрузку на флот, не давая при этом каких-либо преимуществ. В то же время эти войска были крайне нужны в Польше и Восточной Пруссии, где людей не хватало.

Полуостров Сворбе удерживался до 22 ноября, потому что он получал поддержку от легких сил флота, дислоцированных в Рижском заливе, а также от 1-го оперативного соединения (включая карманные линкоры «Лютцов» и «Шеер»), прибывшего с запада. Многочисленные минные поля, установленные немецкими кораблями в Рижском заливе, доставили русским много затруднений, а активные действия немецких торпедных катеров препятствовали появлению флота противника. Здесь немцы вновь испытали на себе непрерывные и весьма неприятные удары русских с воздуха; в редких случаях, когда в отражении этих атак участвовали малочисленные люфтваффе, их удавалось успешно отражать.

«Лютцов» и «Шеер» с тремя эсминцами и четырьмя миноносцами, находясь к западу от полуострова Сворбе, в течение нескольких дней из тяжелых орудий обстреливали позиции русских на перешейке. Русские, как обычно медлительные в организации авиационных ударов, почти не нанесли им повреждений с воздуха, а подлодки противника так и не появились. Ночью 22 ноября при плохой погоде 19 быстроходных десантных барж, в сопровождении тральщиков типа М и R, эвакуировали с полуострова 4,5 тыс. человек и часть артиллерии и военного имущества, потеряв только одну баржу.

Хотя операция у Сворбе потребовала большого напряжения сил от кораблей береговой обороны, в ноябре они без единой потери провели по Балтийскому морю 704 судна грузоподъемностью 1,6 млн т. В декабре было проведено 575 судов (1,1 млн т), а потери составили только один траулер. Стоит также отметить, что в последние шесть месяцев войны в Балтийском море не было видно ни одного русского эсминца или более крупного боевого корабля, хотя для них имелись привлекательные цели – тихоходные германские конвои со слабым охранением. Активные действия у русских вели авиация, подлодки и торпедные катера. Если учитывать благоприятные возможности, предоставляемые им обстановкой, то признаем, что достигнутые ими результаты были чрезвычайно скромными. Наибольшего успеха они добились в середине декабря 1944 г., когда во время двухдневного массированного воздушного удара по Либаве были потоплены четыре судна и повреждены еще восемь. Однако эти налеты обошлись русским в 100 сбитых самолетов. После них ПВО порта была усилена и последующие удары с воздуха оказались безуспешными.