Читать онлайн «Армяне. Народ-созидатель». Страница 69

Другим значительным центром армянского просвещения является Лазаревский институт в Москве. Основанный в 1815 году армянской семьей из Персии, Лазаревский институт стал ведущим русским центром изучения Востока. Первоначальное здание еще сохранилось, теперь это Институт стран Азии и Африки Академии наук.

По мере приближения к современности история армянской литературы и интеллектуальной жизни становится все более динамичной и многосторонней. Целое созвездие талантливых писателей в Константинополе, Тбилиси, а также Русской и Турецкой Армении способствовало возрождению армянского самосознания, ставшего отличительной чертой конца XIX века.

Отцом современной армянской интеллигенции был Хачатур Абовян (1805–1848 гг.), учившийся в Дерпте (ныне Тарту). По окончании учебы он стал смотрителем уездного училища в Тифлисе, а затем в Ереване. Абовян является автором патриотического романа «Раны Армении», басен, стихов и рассказов. Кроме того, он никогда не уставал подчеркивать необходимость просвещения народа и возрождения гордости славным прошлым Армении. Это патриотическое рвение привело к тому, что он был уволен с должности царским Министерством народного просвещения. Он умер при загадочных обстоятельствах, возможно, в результате убийства или самоубийства: он ушел из дома и пропал. Его труды продолжил Михаил Налбандян (1830–1866 гг.), знаменитый поэт и романист, один из первых армянских просветителей и социальных реформаторов. При царе Александре II он был заключен на три года в тюрьму, где заболел туберкулезом, от которого безвременно скончался.

Видным деятелем армянской церкви в те годы был епископ, позднее католикос, Мкртич Хримиан, известный как Хайрик, то есть «отче». Он родился в Ване в 1820 году, стал учителем, а затем посвятил себя церкви и стал настоятелем Варага и епископом Ванским. Он установил в Ване печатный станок и с 1856 года издавал там патриотический журнал «Орел Васпуракана». Он учредил в районе несколько школ. В 1869 году Хримиан был избран патриархом Константинопольским, но занимал этот пост лишь четыре года, а затем подозрительное турецкое правительство потребовало его отставки. В 1889 году красноречивый оратор-патриот был отправлен в почетную ссылку в Иерусалим, но три года спустя его избрали примасом армянской церкви в Эчмиадзине. Католикос Хримиан Хайрик скончался в 1907 году, но по сей день его почитают как выдающегося зодчего армянского духовного возрождения.

Заметное место среди армянских деятелей культуры занимает Габриэл Сандукян (1825–1912 гг.), режиссер и драматург, на протяжении многих лет бывший душой и сердцем армянской театральной жизни Тбилиси. Широкой известностью пользовался в XIX веке романист Раффи (псевдоним Акопа Мелик-Акопяна, 1835–1888 гг.), уроженец Салмаса в Иранском Азербайджане. Этот плодовитый писатель прославился своими историческими романами, а также яркими описаниями панорамы жизни армян того времени. Несколько романов Раффи были переведены на русский, французский, английский, немецкий, чешский и грузинский языки. Среди множества поэтов необходимо выделить Ованеса Туманяна (1869–1923 гг.), чей дом-музей ныне является одной из достопримечательностей Еревана. Поэзия Туманяна дала темы для двух знаменитых опер: «Ануш» Армена Тиграняна и «Алмаст» Александра Спендиарова.

Среди многочисленных представителей армянской интеллигенции Константинополя можно выделить две фигуры, чья жизнь была оборвана в 1915 году чудовищной политикой убийств, проводимой хунтой младотурок. Это Даниэл Варужан и Сиаманто (литературный псевдоним Атома Ярджаняна). Варужан учился в Бельгии в Гентском университете. Там сейчас воздвигнут памятник этому талантливому поэту, погибшему в 31 год. Варужан прославился своими патриотическими поэмами, такими, как «Сердце нации», посвященной вековой борьбе армянского народа, и «Пастух», в которой дед поэта спускается с гор зимой с отарой и рассказывает множество историй о прошлых временах. Другие поэтические шедевры Варужана – это «Языческие песни», «Песня хлеба». Сиаманто был поэтом оригинального стиля, который иногда называют «декадентским». Его стихи полны пессимизма, даже ощущения катастрофы. Такова его «Агония и факел надежды», посвященная аданской резне 1909 года, в которой погибли тысячи армян. Сиаманто воспевал также героическую борьбу армянских повстанцев: Андраника, Албиура, Христофора и им подобных.

Аветик Исаакян, поэт, перекинувший мост между старой и новой Арменией (1875–1957 гг.), родился в Алек-сандрополе (Ленинакан, ныне Гюмри). Он учился в Германии, много лет жил во Франции. В Советский Союз он вернулся в 1928 году. В 1945 году Исаакян был награжден орденом Ленина. Будучи близким другом композитора Комитаса, Исаакян может по праву претендовать на роль продолжателя традиций таких любимых народом бардов, как Саят-Нова, армянский трубадур XVIII века, придворный поэт грузинского царя Ираклия II. Исаакян – блестящий эрудит, сочетающий в своих стихах строгую простоту с живой лиричностью. В его жилах течет крестьянская кровь. До конца своей долгой жизни он не забывал о том, как босоногим мальчишкой бегал по жаркой Ширакской степи, смачивая пересохшие от солнца губы водой родников, текущих с горы Арагац. Он помнил, как зимними вечерами слушал мудрых деревенских стариков, пересказывавших народные легенды о праотце Армении, Гайке, о царице Семирамиде и Аре Прекрасном, о Давиде Сасунском и его волшебном коне Джалали. Бесконечно преданный родной земле, Исаакян был одним из тех редких армянских поэтов, кто мог слить воедино национальные мечты с надеждами общечеловеческими. Таким путем обрел Исаакян истинную всемирность, достиг философской глубины мыслей, которая выделила его из толпы современников. Лучшим образцом его видения мира стала большая поэма «Абул Ала Маари», в которой поэт принимает образ одного из классиков арабской литературы, чтобы выразить собственное глубокое и проникновенное понимание человеческой судьбы. Впервые опубликованная в 1909 году, эта поэма была переведена на русский язык Валерием Брюсовым, на французский – Жаном Минасяном, на чешский – Владимиром Голаном и Людмилой Моталовой.

С образованием Советской Социалистической Республики Армении в 1920 году открылись огромные возможности для достижения поголовной грамотности, и писатели получили широчайшую аудиторию. Один из пионеров советской армянской литературы особенно дорог нынешнему читателю: это поэт Егише Чаренц (1897–1938 гг.). Пройдя обычную для символистов стадию «ускользающих чувств» и «зыбких грез» в мире, «погруженном в тусклый сон», Чаренц радостно приветствовал революцию 1917 года и вступил в новую фазу поэтического созидания, пропаганды новой советской родины. Он написал несколько стихотворений о Ленине, заслужил прозвище «армянский Маяковский», принимал активное участие в организации Армянской ассоциации пролетарских писателей. Он писал прекрасные стихи, любовные и патриотические. Но все это не помогло ему избежать гибели в пучине сталинско-бериевского террора 1930-х годов, который собрал огромную жатву среди интеллигенции Армении и Грузии. В процентном отношении число писателей Кавказских республик, погибших при этом тотальном уничтожении, было выше, чем в Европейской России.

Однако достаточное количество писателей Армении уцелело, чтобы сохранить и передать дальше литературное наследие нации. Так что интеллектуальная сцена сегодняшней Армении разнообразна и волнует, как и прежде. Поскольку эта книга посвящена главным образом культуре Армении древних и классических времен, из современных авторов мы отметим лишь живого и оригинального Гарегина Севунца, роман которого «Тегеран» переведен на 20 языков. В 1966 году именно в его обществе мы с женой впервые увидели собственными глазами озеро Севан.

Разумеется, есть несколько широко известных писателей-армян, пишущих на английском и других иностранных языках. Из них, пожалуй, самый оригинальный – это Майкл Арлен (литературный псевдоним Дикрана Куюмджяна), скончавшийся в 1956 году. Его лучшая книга – роман «Зеленая шляпа». Он был опубликован в 1924 году и не переиздавался до 1968 года, когда был воспринят с большим интересом, как сатирическое отражение скандальной жизни богемы 1920-х годов. В истории действительно присутствует зеленая шляпа, которую носит бойкая дамочка по имени Айрис Сторм. Она одевается «по-спортивному», садится в свою желтую «испано-сюизу» и в конце концов, когда ее жизнь рухнула, совершает на ней самоубийство, врезаясь в дерево. При первом появлении книгу эту сочли скандальной. Литературный критик Алан Прайс-Джонс вспоминает, как юношей он презентовал ее своему отцу, отдыхавшему на морском курорте в Йоркшире.

«Жестом Персея, убивающего дракона, отец швырнул ее в горящий камин (необходимое удобство в йоркширском августе у моря) и придержал ее в пламени кочергой. Жест был великолепным, но малодейственным. Через минуту или две он сменил кочергу на каминные щипцы. Края переплета слегка обуглились. Больше об этом мы не говорили».