Читать онлайн «100 великих афер». Страница 96

Поначалу мыслилось, что банк Абеди будет существовать на средства богатых арабов из стран Персидского залива. В то же время близкие к «МБКК» источники утверждают, что с первых же дней Абеди предлагал арабам с хорошими связями любое количество акций банка, ссужая их деньгами и не требуя возмещения.

Начальный капитал в размере 2,5 млн долларов предоставил Абеди «Бэнк оф Америка», подписавшийся на 25 процентов акций «МБКК». Остальные акции были оформлены на шейха Зайеда бен Султана аль-Нахайяна. Через несколько лет «Бэнк оф Америка» выйдет из состава акционеров, а контрольный пакет акций таинственным образом перейдет к группе компаний, зарегистрированных на Каймановых островах и управляемых Абеди.

Основные принципы операций «МККБ», утверждал его основатель, сводились к «доброте и вере в то, что все религии и народы едины в своей сути. У нас в банке работали представители 87 национальностей. Потому и дело пошло так быстро. Я заложил основы его философии, а банк уже рос сам по себе».

В «МБКК» работали в основном пакистанцы, безоговорочно преданные своему лидеру. В самом банке царил культ личности Абеди, руководители высшего ранга подражали ему в манере одеваться, повторяли его изречения. На рабочих столах шефов отделений красовались взятые в рамки девизы «МБКК» и фотографии лидера.

Абеди – личность непредсказуемая, гипнотическая, из года в год он жертвовал миллионы на благотворительность, обхаживая многих мировых лидеров, которых сумел привлечь к участию в деятельности по оказанию помощи «третьему миру». В числе близких знакомых Абеди был генсек ООН Перес де Куэльяр. Бывший премьер-министр Великобритании лорд Каллагэн занимал пост экономического советника «МБКК» – с соответствующим вознаграждением. Банк числил среди своих верных сторонников пакистанского президента Зия-уль-Хака. Будучи премьер-министром Индии, Индира Ганди вручала премию, учрежденную «МБКК».

Ага Хасан Абеди на приеме у Папы Римского

Абеди добивался политического влияния столь же простыми и безотказными методами, что и в чисто финансовых делах. Рецепт один – деньги. После того как Джими Картер покинул Белый дом, Абеди «преподнес» бывшему президенту США реактивный самолет, пожертвовал полмиллиона долларов на Картеровский центр при Университете Эмори в Атланте и начал регулярно перечислять деньги созданному президентом «Глобальному фонду 2000» (проблемы здравоохранения в «третьем мире»). Абеди перечислил миллионы долларов. В знак признания Картер рекомендовал пакистанца своим друзьям – правителям развивающихся стран.

С каждым годом империя Абеди расширялась. Он купил швейцарский банк, учредил финансовые компании в различных странах мира, а также создал целую сеть офшорных компаний для проведения «особых» операций. В 1980 году Банк Англии выдал Абеди разрешение на прием вкладов от населения, хотя и отказал ему в полноценной банковской лицензии. По всем меркам Абеди оказался блестящим банкиром-мыслителем, а его финансовая империя постоянно расширялась, чтобы замаскировать процесс перемещения денег.

Документы внутренней отчетности «МБКК», изученные журналом «Тайм», и беседы с его сотрудниками свидетельствуют, что этот международный банк вел двойную, причем глобальную бухгалтерию. Через подставных лиц «МБКК» располагал собственностью во многих странах. Расчетливо используя политическое влияние чуть ли не по всему свету, банк вовлекал в сомнительные финансовые комбинации правительства суверенных государств. «МБКК» сотрудничал с центральными банками более чем 30 стран «третьего мира»: предоставляя щедрые кредиты, он превратился, по сути, в монопольный источник финансирования сотен национализированных компаний.

«МБКК» охотно «проглатывал» крупные суммы сомнительного или даже заведомо преступного происхождения, а благодаря своей всемирной филиальной сети стал идеальным инструментом для финансирования деятельности наркодилеров, торговцев оружием, террористов. Панамский диктатор Мануэль Норьега держал на счетах «МБКК» 33 миллиона долларов. С помощью банка Абеди осуществлялись поставки оружия колумбийскому Меделинскому наркокартелю и боснийским боевикам. Через «МБКК» тайно финансировались ядерная программа Пакистана, палестинская террористическая организация «Абу Ниджал». По оценкам бывших служащих банка, от 15 до 20 процентов многомиллиардного банковского оборота составлял «беглый» капитал – «неофициальные средства», как предпочитали именовать его там. Экономисты назовут «МБКК» банком кокаина и международных преступников.

Спецслужбы США активно использовали империю Абеди для проведения секретных операций, таких, как знаменитая операция «Иран-Контрас» (нелегальная операция Белого дома по продаже оружия Ирану с использованием вырученных средств на финансирование боевиков в Никарагуа).

Настоящим золотым дном для Абеди стала советско-афганская война. Именно через пакистанское отделение «МБКК» осуществлялась финансовая помощь афганским моджахедам. Один только саудовский принц Турки переправил повстанцам около миллиарда долларов. Банк Абеди обслуживал и афганский героиновый бизнес.

В 1988 году Абеди перенес сердечный приступ. Джимми Картер лично хлопотал о донорском сердце для банкира. Операция по пересадке сердца прошла успешно, но после нее Абеди удалился от дел. И почти тут же гигантская империя начала разваливаться. «МБКК» были предъявлены обвинения в отмывании наркодолларов во Флориде. Заплатив 14 млн долларов штрафа, банк избежал дальнейшего расследования, признав факт нарушения, но представив его как исключительный случай.

После вывода советских войск из Афганистана иссяк главный источник дохода «МБКК». Западные службы потеряли к банку всякий интерес. В 1990 году правители Абу-Даби шейх Зайед бен Султан аль-Нахайян и его сын, принц Халифа, приобрели 77 процентов акций банка. Штаб-квартира «МБКК» переехала из Лондона в Абу-Даби, и туда же перебрались сотрудники головного офиса вместе с документами.

Неожиданно выяснилось, что «МБКК» долгие годы тайно владел крупнейшим вашингтонским банком «Ферст Америкэн». Граждане Соединенных Штатов были в шоке: никому не подконтрольный международный банк сумел уйти из-под надзора американских аудиторов и хозяйничал в крупнейшем американском банке с 297 отделениями по всей стране, от Нью-Йорка до Флориды. В марте 1991 года «МБКК» признал факт приобретения 25 процентов акций «Ферст Америкэн» без разрешения регулирующих органов. По требованию Федеральной резервной системы «МБКК» пришлось вернуть эти акции.

Тем временем аудиторская фирма «Прайс Уотерхаус» обнаружила 600 млн долларов, внесенных на депозит клиентами «МБКК», но не нашедших отражения в отчетности. Вывод был однозначен: «масштабное мошенничество и подтасовки». Причем махинации, направленные на завышение прибыли банка, велись с 1976 года, а их масштаб измерялся сотнями миллионов долларов. Получив доклад от аудиторов, Банк Англии в начале июля 1991 года закрыл «МБКК».

Власти нескольких стран хотели судить Абеди, однако благодаря связям финансового мага с политическим и военным руководством Пакистана он так и не был выдан другой стране. Пережив два сердечных приступа и удар (была нарушена мозговая деятельность, повреждены голосовые связки), Ага Хасан Абеди в моменты просветления вспоминал времена, предшествовавшие болезни, когда он завтракал с президентами, а обедал с арабскими шейхами. Ага Хасан Абеди скончался в 1995 году в возрасте 73 лет.

Экономические реформы, проводимые правительством России в начале 1990-х годов, требовали все больше и больше денег. Вот и «Роскомдрагмет» («Российский комитет по драгоценным металлам и драгоценным камням») во главе с Евгением Бычковым искал на Западе солидных посредников для получения Россией кредитной линии. Деньги срочно требовались для модернизации и развития отечественной алмазодобывающей промышленности.

Кредиты искали через своих людей в богатых зарубежных странах. Тогда-то и появился в кабинете Бычкова напористый Андрей Козленок. Он заявил, что крупнейшее финансовое учреждение США «Бэнк оф Америка» готово предоставить кредит в размере 500 млн долларов. Залоговым обеспечением кредита могли бы стать алмазы, ювелирные изделия и прочие драгоценности из российских государственных хранилищ.

«Россия торговала алмазами через южноафриканскую компанию “Де Бирс”, которая контролирует более 60 процентов мирового рынка, – говорил впоследствии Козленок. – Я считал, что на этом Россия теряет ежегодно миллиарды долларов, и предложил создать собственную компанию, которая сама занималась бы огранкой и продажей российских алмазов. У меня было только два условия: компания должна была располагаться в США – крупнейшем в мире потребителе алмазов – и должна быть частной. Потому что на свободном рынке государственная компания не может работать успешно. Господин Бычков согласился с моим предложением и получил на это “добро” от Гайдара – тогдашнего главы правительства».