Читать онлайн «100 великих афер». Страница 106

В США сразу несколько банков, зарегистрированных и лицензированных в Доминионе, выпустили на сотни миллионов долларов мельхиседекских облигаций. Самым ловким мошенникам удалось обменять их на настоящие ценные бумаги или использовать в качестве залога для получения кредита.

В 1995 году человек, представившийся кронпринцем Мельхиседека, попытался открыть несколько счетов в гонконгских банках, депонировав на них чеки, выпущенные Азиатско-Тихоокеанским банком Мельхиседека, на общую сумму 500 тыс. долларов. «Его светлостью Джеральдом-Деннисом Сейн-Витгенштейн-Гогенштейном» оказался 22-летний безработный пекарь из Австрии, который ночевал в пассажирском терминале гонконгского аэропорта. По мельхиседекскому дипломатическому паспорту он объездил половину Азии. Суд отверг доводы адвокатов, что это была всего лишь неудачная шутка, и приговорил «кронпринца» к шести месяцам тюрьмы.

В следующем году власти Техаса пресекли деятельность группы мельхиседекских страховых компаний, действовавших из офиса в Хьюстоне и успевших собрать около 145 тыс. долларов страховых премий. Финансовое состояние компаний подтверждалось перед клиентами депозитным сертификатом мельхиседекского же банка.

Американские власти призвали к ответу Бренча Вайндрессера. Но создатель виртуального государства заявил, что банки и корпорации Доминиона – это самостоятельные юридические лица, за деятельность которых его правительство ответственности не несет. Правда, пообещал отобрать у недобросовестных банков лицензии. Каково же было удивление американских полицейских, когда выяснилось, что Бренч Вайндрессер не кто иной, как находящийся в розыске Марк Педли. Его продержали в тюрьме восемь месяцев за нарушение условий досрочного освобождения (выезд из Калифорнии без разрешения властей).

Между тем аферы, связанные с Доминионом Мельхиседека, продолжались. В 1998 году полиция Филиппин арестовала «официальных лиц» виртуального государства, вовсю торговавших мельхиседекскими паспортами. Сборы мошенников превысили миллион долларов. Сотни граждан Филиппин, Бангладеш и Китая выложили по 3500 долларов за документы, «признанные на международном уровне». А некоторые даже заплатили по несколько десятков тысяч за обещанную им государственную должность в Доминионе.

По этому делу были арестованы британский адвокат Стюарт Мейсон-Паркер («судебный чиновник» ДоМа), австралиец Деннис Оукли («министр ВМФ и береговой охраны») и малайзиец Чу Чинь И («почетный консул в Гонконге» и «министр общественных работ и игорных заведений»). Их сообщник, австралиец Джон Гиллеспи, ранее судимый за мошенничество на скачках, «губернатор тихоокеанских территорий» Доминиона, был объявлен в розыск.

По всему миру всплывали чеки, выпущенные мельхиседекскими банками: Латинская Америка, Нигерия, Австралия… Названия банков Мельхиседека внушали доверие – «Цюрихский Евробанк», «Морган-гарант», «Кэмбриджский коммерческий банк». Доверчивые бизнесмены принимали от клиентов липовые платежные документы в обмен на настоящие товары. Поиски мошенников обычно ни к чему не приводили.

В середине 1990-х некая английская компания устроила настоящую распродажу Мельхиседекских банков. В Лондоне у компании был лишь почтовый адрес. В международных изданиях размещались объявления следующего содержания: «Продается офшорный банк, от 15 000 долларов». Кроме того, шла активная рассылка рекламы по почте и по факсу. От покупателей не было отбоя…

Реклама мельхиседекских банков публиковались и в российской прессе. В Москве открылась фирма, регистрирующая банки ДоМа, ее офис находился в шикарной гостинице. Руководили фирмой очень солидные калифорнийцы российского происхождения. Клиенты выкладывали мошенникам до сотни тысяч долларов за набор «документов». Как рассказал директор компании «DS Express» Алексей Чанов, многие наши соотечественники в 1990-х годах попадались в сети псевдогосударства: «Зарегистрировав в Мельхиседеке банки, несколько российских граждан, приехав в Люксембург, попытались открыть в местных банках корреспондентские счета. В результате все оказались в тюрьме, где им пришлось провести несколько месяцев, пока не выяснилось, что они ни в чем не виноваты, а их попросту надули». Возмущенные клиенты бросились за разъяснениями к регистраторам, но их уже след простыл…

В 1998 году более двух тысяч инвесторов из Доминиканской Республики и нескольких карибских островных государств, из Португалии, Сингапура, США и Великобритании вложили несколько миллионов долларов в так называемую «Инвестиционную программу 60/40», предлагаемую Международным кредитным банком. Клиентам гарантировалась высокая прибыль по вкладам – 300 процентов за несколько месяцев. Банк был зарегистрирован в Мельхиседеке, а инвестиционная программа являлась разновидностью мошеннической схемы Понци. Деньги вкладчиков – более 1,2 млн долларов – бесследно исчезли.

Всего в ДоМе было зарегистрировано более трехсот банков. Цена банковской лицензии подскочила до 50 тыс. долларов.

Власти США, Великобритании и других стран неоднократно выпускали официальные предупреждения о незаконности деятельности мельхиседекских банков, корпораций, а также их продавцов, и о фиктивности самого Доминиона. Но это не очень-то помогало. Сам же организатор аферы Педли-Вайндрессер и не думал скрываться. Напротив, он всегда готов предоставить любую информацию о своем государстве и лишний раз подчеркнуть, что к мошенникам, действующим под прикрытием Доминиона, не имеет никакого отношения.

Марк Педли принял новое имя – Цемах Бен Давид Нецер Корем («цемах корем» значит «ветвь виноградаря»). Он выпустил акции некоей компании, которой принадлежат все права на разработку полезных ископаемых в прибрежных водах Доминиона. Цемах Корем «управляет делами» своей страны из роскошной плавучей виллы на озере Тахо в Северной Калифорнии, а члены правительства Доминиона или его послы разбросаны по всему миру…

Импозантная Валентина Соловьева, хозяйка фирмы «Властилина», любила позировать перед фото– и телекамерами вместе со звездами политики и шоу-бизнеса. В газетах отмечали ее организаторский талант. Писали, что она закончила музыкально-педагогическое училище, работала бухгалтером. Впоследствии получила диплом американской школы бизнеса. Так писали. И все верили. Действительность же была куда более прозаичной.

Валентина Ивановна Соловьева, в девичестве Самойлова, родилась весной 1951 года на Сахалине. Ее мать работала на лесозаготовках, а отец проходил срочную военную службу. Позже семья осела в Куйбышеве (ныне Самара). Образование Валентины свелось к восьмилетней школе и году в куйбышевском педучилище. Вместе с мужем Шкапиным она переехала в подмосковную Ивантеевку, где устроилась работать кассиршей в парикмахерской. Родила сына и дочь. В сорок лет подыскала себе другого мужа и стала Соловьевой.

В 1991 году Валентина Ивановна открыла в Люберцах торгово-закупочную фирму «Дозатор». Через несколько месяцев она перебралась в Подольск и заключила с руководством местного электромеханического завода договор о посредничестве по сбыту холодильников и стиральных машин. В 1992 году Соловьева зарегистрировала ИЧП «Властилина». Она предложила работникам подольского завода сдать ей по 3,9 млн рублей и через неделю получить автомобиль «москвич», стоивший в то время 8 млн рублей. И действительно, первых счастливчиков посадили в автобус и привезли в торговый центр АЗЛК. Представитель Соловьевой раскрыл чемоданчик, набитый пачками денег, и расплатился за машины на общих основаниях. Получив ключи от новеньких «москвичей», радостные вкладчики лишних вопросов не задавали.

Слава о подольской волшебнице пошла гулять по всей Руси великой. И потекли к ней деньги все новых и новых вкладчиков. Правда, сроки получения машин были уже иными – месяц, три, полгода. В день Соловьева продавала до 500 машин. Директора заводов и госчиновники привозили ей на «прокрутку» зарплату трудовых коллективов и миллиарды бюджетных денег.

Помимо автомобилей хозяйка «Властилины» предлагала клиентам квартиры и целые особняки. Только с работников подольского электромеханического завода она собрала более двадцати миллионов долларов под обещания построить им дешевое жилье.

Со временем «Властилина» перешла на депозитные вклады – просто собирала деньги, обещая гигантский процент. Но при условии минимального вклада не менее 50 миллионов рублей, чуть позже эта сумма увеличилась до 100 миллионов. С мелочью возиться уже не было ни времени, ни сил. Чтобы набрать нужную сумму, люди скидывались и отправляли в Подольск с деньгами своего представителя – «бригадира».

Соловьева с особым старанием засылала своих «агентов влияния» во властные структуры. Не прошло и двух лет, как по спискам «Властилины» (если бы они велись) можно было составлять адресный справочник административных и правоохранительных учреждений. Деньги привозили не только из городов России, но и с Украины, из Белоруссии и Казахстана.