Читать онлайн «Бомба. Тайны и страсти атомной преисподней». Страница 72

А с буковками Левши сегодня становятся сравнимы разве что целые миниатюрные агрегаты — например, микродвигатели. Крутящий момент таких двигателей невелик, он, конечно, уже несколько превышает момент, развиваемый ресничкой бактерии сальмонеллы, но еще не «вытягивает» нагрузку, достаточную, чтобы крутить стрелки часов. Зато, как предполагают разработчики, микромотор может раскрутиться до 2–5 млн. оборотов в минуту.

А микрогенератор тока Гукеля, созданный в Висконсинском университете уже сегодня в состоянии обеспечить электроэнергией микросхему, причем работает он от движений воздуха при размахивании им, используя «сквозняки». Уже довольно-таки давно, с начала 80-х, действуют в Карлсруэ (Германия) микроцентрифуги с криволинейной формой миниатюрного сопла для разделения изотопов урана (изготовленные методом LIGA).

Надеясь совершить новую промышленную революцию, микромеханики изобретают механизмы размером с простейшие одноклеточные организмы — насосы, клапаны, зубчатые коробки передач и тому подобное. Перечисление рекордных достижений в этой области на одной из международных конференций пятилетней давности заняло список в 1000 страниц — от устройства, управляющего давлением пузырька газа, до «живого» датчика, который как человеческая рука может различать материалы по степени их твердости.

Многие из этих миниатюрных чудес сегодня еще не находят применения, но завтра они окажутся востребованными, причем в совершенно неожиданных областях. Например, микронных размеров мембраны, поднимающиеся и опускающиеся к поверхности кристалла. Может быть, они станут искусственными «жабрами» для человека, которые будут улавливать растворенный в воде воздух и подавать его в легкие. Тогда люди станут автономными при исследованиях и освоении океана.

А изготовленная в Далласе матрица из двух миллионов микронных зеркал, отклоняющих световой луч по заданной программе, имеет все шансы стать основой нового телевидения с экраном любого размера и яркости.

Комбинация же микродатчиков, «чувствующих» ускорение в одну миллионную долю земного, атмосферное давление, температуру, влажность и состав воздуха дает человеку прибор размером в обычные наручные часы, который покажет точнейшее географическое положение, экологическую чистоту атмосферы и предскажет будущую погоду.

Миниатюрность современных изделий микромеханики, как уже говорилось, поразила бы даже выдающихся умельцев блошиного периода. Но возможности еще более значительного уменьшения этих изделий далеко не исчерпаны.

Однако, микромеханика, считают ученые, пойдет вглубь не простым масштабным сокращением. Нельзя, утверждают они, сократить слона до мухи (как и наоборот), такой объект будет нежизнеспособен. И обычные механизмы — двигатели, турбины, насосы — нерационально уменьшать до молекулярных размеров. Тут нужны новые идеи, новые конструкции — возможно те, что созданы микромиром живой природы.

А также новые технологии, которые позволят создавать элементы микромеханики сразу в громадном количестве, причем агрегатированными — то есть собранными в один функциональный узел — и интегрированными на одном кристалле. Такие технологии, как, например, фотолитография с использованием рентгеновского излучения синхрофазотрона. Она прекрасно себя показала при создании интегральных схем микроэлектроники, она станет, похоже, базой развития микромеханики. На одном кристалле можно будет вырастить целую лабораторию, цех и фабрику. И, хотя «станки», насосы и турбины этих фабрик будут меньше пылинки, суммарная продукция их станет вполне ощутима.

Эксперимент показал, что миллион микронасосов, выращенных на одном кристалле, перекачивает за минуту почти литр воды!

Вероятно, микромеханика пойдет по тому же пути, что и электроника, которая в свое время от отдельных макродеталей: резисторов, ламп, катушек и конденсаторов, «доросла» до микроэлементов, интегрированных на одном кристалле. Путь известный, накатанный, а потому несравнимо более короткий, чем пятидесятилетний путь, который прошла микроэлектроника.

Человек приручил электричество намного позже, чем механику. Более трех миллионов лет он применял очень примитивную механику — палку, копье, нож, лук. Но и человек разумный за пятидесятитысячелетний срок только в последние лет триста разобрался с электричеством. И за это мгновение кардинально преобразил свою жизнь.

Теперь очередь механики дать землянам поразительные результаты. Надо думать, что она не остановится на ближайшем этапе — микромеханике, а стремительно начнет осваивать новую область — наномеханику. Ее преимущества видны уже сегодня.

Предел применению изделий механики — станков, оружия, транспорта — обычно ставила инерционность. Максимальная частота механических перемещений достигала десятков, в лучшем случае сотен колебаний в секунду.

Но с уменьшением масс на 20–25 порядков эта частота резко растет, и в наношкале механические элементы объемом не более одной стомиллионной доли кубического микрона выполняют до 1010 инструкций в секунду.

Если удастся решить проблему теплоотвода в таких системах (около 1 вт), то быстродействие подскочит до 1016 инструкций в секунду.

Компьютер из элементов такой наномеханики (чей прообраз советский арифмометр «железный Феликс») составит серьезнейшую конкуренцию электронному компьютеру.

Трудно сказать — чей суперкомпьютер окажется совершеннее — у наноэлектроники или наномеханики. Вполне возможно, что будет синтез того и другого.

Но совершенно точно, что «сожительство этих двух составляющих нанотехнологии даст совершенно необычных помощников человеку — микророботов. Или, как автору хотелось бы их назвать, нанороботов.

Действительно, микропроцессор в один микрон или менее, станет компьютерным «мозгом» наноробота, а исполнительные механизмы ему даст наномеханика. Управляться он будет заложенной в нем программой или по радиосигналам извне. Впрочем, возможно комбинированное управление.

Сделать такой наноробот весьма и весьма непросто, хотя сегодня уже на рынке вовсю продаются тунельные и зондовые микроскопы, которые позволяют разглядеть вирус, группу атомов, отдельный атом и даже электрон. И не только разглядеть, но и «ощупать», перенести и уложить атом в нужное место. А стоит собрать хотя бы один наноробот с заложенной в него программой воспроизводства себе подобных, как они начнут множиться в геометрической прогрессии. И в скором времени этому гигантскому количеству можно поручить такую неподъемную, казалось бы, задачу, как моделирование человеческого мозга с его колоссальным количеством нейронов и синапсов — давнюю и так не реализованную мечту Староса.

О неограниченных возможностях самовоспроизводящихся нанороботов говорил в 1959 году на собрании американского Физического общества один из творцов ядерного оружия и квантовой электродинамики нобелевский лауреат Ричард Фейнман. Он надеялся увидеть это еще при своей жизни и был просто потрясен, когда специалисты фирмы IBM сотворили самую ничтожную, а по сути деля самую грандиозную рекламу своей фирмы, «написав» три буквы IBM в нанометрической шкале, когда каждая буковка стала размеров в пять атомов!

Американские ученые уже всерьез обсуждают программу создания нанороботов размером менее микрона, чтобы впрыснуть их в кровеносные сосуды человека или животного. Такие невидимые глазом устройства обойдут с током крови все внутренние органы, дадут оттуда информацию об их состоянии, а заодно им будет поручено соскребание полестериновых бляшек с внутренних стенок сосудов. Что спасет жизнь миллионам людей. А потом, по внешней команде они будут выведены вместе с естественными выделениями из организма.

О том, как преобразят нанороботы жизнь человека можно написать целую книгу. Но сейчас речь пойдет о роли, которую они сыграют в ракетно-ядерном щите, в его возможной ликвидации.

Но сначала о некоторых военных «специальностях» нанороботов…

Почти первые, кто воспользовался плодами нанотехнологии, были, конечно, военные.

Тому, кто ухитрится проникнуть в архисекретные армейские лаборатории, уже сегодня покажут действующие электронные приборы размером в 10 нм. И вообще, вся нанотехнология явилась таким подарком для военных, о котором они даже и не мечтали. Существенное ослабление противостояния между сверхдержавами привело к тому, что общественность стабильно настаивает на сокращении военных расходов, к этому же будет подталкивать и стремительно растущая межгосударственная конкуренция. В итоге расходы на вооружения почти не растут, а кое-где уменьшаются. Чтобы не снижать выпуск вооружений, ВПК стараются переходить на максимально автоматизированные и роботизированные заводы, существенно экономя на зарплате рабочим. Созданный таким образом «технологический резерв», как его именуют в томе № 6 «секретного Пентагона» (№ 12 от 23.03.1990), позволит в случае осложнения международной обстановки быстро нарастить поставки вооружений от нулевого уровня до требуемого.