Читать онлайн «Детский мир императорских резиденций. Быт монархов и их окружение». Страница 35

После отречения в марте 1917 г. Николая II и изоляции всей семьи в Александровском дворце образование младших детей продолжалось усилиями тех, кто остался при семье. Буквально до последних дней жизни Александра Федоровна преподавала Алексею катехизис, гоф-лектрисса Трина Шнейдер – математику, лейб-медик Е.С. Боткин – русский язык. Фрейлины также занимались преподаванием. Графиня Гендрикова давала Татьяне уроки искусства, а баронесса С.К. Буксгевден обучала трех младших сестер игре на фортепиано и давала Алексею уроки английского языка369. Кроме этого, с семьей остались учителя П. Жильяр и С. Гиббс, которые продолжали заниматься с мальчиком. Расстрел всей семьи со слугами остановил эту учебу…

Поскольку императорские семьи на протяжении всего XIX в. были многодетными, то для родителей и воспитателей всегда актуальной становилась проблема организации здорового досуга детей. Как правило, ежегодно с мая по ноябрь императорская семья жила вне Санкт-Петербурга, в пригородных резиденциях, или выезжала на курорты.

Дети остаются детьми вне зависимости от социального и материального положения их родителей. Им всем надо дружить со сверстниками, играть, развлекаться и учиться, драться и дурачиться. Другое дело, что у состоятельных родителей возможностей для того, чтобы обеспечить все необходимое своим детям, значительно больше. Так было и в царской семье. Детей буквально с момента рождения окружал внушительный штат слуг и воспитателей, одной из задач которых было обеспечение царственным детям досуга. Конечно, этот досуг жесточайшим образом контролировался, и детей ни на минуту не оставляли вне поля зрения. В досуг царских детей все время стремились внести различные воспитательно-развивающие элементы, что, наверное, стало бы для «обычного» ребенка весьма утомительным.

Для того чтобы дети отдыхали, учились и развивались, в каждой из императорских резиденций сознательно формировались «детские зоны отдыха». Проще говоря, родители и воспитатели создавали детские уголки, по возможности внешне изолированные от взрослого влияния. Это были своеобразные «детские территории», где они чувствовали себя полноправными хозяевами, куда они могли «пригласить в гости» своих родителей. Во всех пригородных резиденциях отводилась специальная территория, на которой для детей строились различные сооружения для детских игр. Как правило, это были достаточно

капитальные сооружения, игры на них должны были не только развлекать, но и образовывать детей. В основу всех игр закладывался принцип «Обучать играя». Следует отметить весьма высокий уровень преемственности в детских играх царских детей. Фактически каждое новое поколение, с теми или иными изменениями, воспроизводило игры своих, ставших взрослыми предшественников. И подчас дети играли теми же игрушками, которыми играли их родители.

Не менее важным для родителей и воспитателей становился подбор для их детей компании ровесников, способных разделить с ними эти игры. При этом родители царственных детей хорошо понимали, что детская дружба легко перерастает в дружбу на всю взрослую жизнь, со всеми вытекающими карьерными последствиями. Поэтому товарищи детских игр не только тщательно подбирались, но и безжалостно «выбраковывались». Когда осенью 1865 г. великого князя Сергея Александровича, «здоровья ради», оставили на три месяца в Москве, то его мать, императрица Мария Александровна, лично назначила, кого из детей московского общества, сверстников Сергея Александровича, можно к нему приглашать для игр370.

В Царском Селе для игр детей отводились значительные парковые территории. На территории Александровского парка таких игровых «пятен» имелось несколько. Еще во времена детства младших сыновей Павла I Николая и Михаила для них возвели традиционную крепость с земляными бастионами и куртинами. Несмотря на «детские размеры», с точки зрения фортификации это сооружение построили безупречно, и мальчики буквально на подсознательном уровне впитывали основы фортификации. Эту игрушечную крепость они попеременно то брали штурмом, то обороняли. Для того чтобы дети занимались гимнастикой, рядом с Александровским дворцом установили сетку-батут с лестницами, канатами и высокими мачтами «гигантских шагов».

При Николае I на территории Александровского парка для детей выделили специальную изолированную «детскую территорию», названную Детским островом.

Царское Село. Детский остров. Фото начала XX в.

Как вспоминала дочь Николая I Ольга Николаевна, в 1824 г. «Папа подарил нам остров»371, на котором «Саша и товарищи его соорудили… домик из четырех комнат с салоном… нам подарили лодки. Матрос следил за нашей маленькой гаванью и учил нас морским обычаям. В кухне мы готовили настоящие обеды… Небольшое возвышение было названо «мысом Доброго Саши»»372.

Конечно, Ольга Николаевна «слегка» преувеличила, написав, что домик был «сооружен Сашей». В действительности небольшой домик с комнатами, обставленными миниатюрной мебелью, в 1830 г. построили профессионалы по проекту архитектора В. Горностаева. Этот домик сохранился по сей день.

Дети, как могли, обустраивали «собственный» остров. Не все воспитатели были довольны таким положением, поскольку дети, играя, невольно нарушали правила этикета. Воспитатели пожаловались на детей отцу – Николаю I, однако тот со свойственным ему прагматизмом заметил: «Предоставьте детям забавы их возраста, достаточно рано им придется научиться обособленности от всех остальных»373.

Детский остров каждое лето становился местом детских игр, которые по мере взросления детей менялись. Там не только играли, но и справляли детские праздники. В июне 1829 г. по случаю возвращения наследника Александра Николаевича из-за границы, где он провел два месяца, на Детском острове устроили праздник.

Царское Село. Детский остров. Современное фото

В 1830 г. воспитатель цесаревича К.К. Мердер предложил составить девиз для ставшего родным Детского острова. В результате совместного творчества родился рисунок с изображениями «промытой скалы, муравья и якоря», что символизировало «постоянство, деятельность и надежду». Видимо, муравей, как символ Детского острова, дал название рукописному журналу «Муравей», который начал «издавать» цесаревич с друзьями в 1831 г.

Когда у Александра II и его братьев подросли собственные дети, то они немедленно начали осваивать территорию, которую ранее «занимали» их родители. И новое поколение так же любило Детский остров, как и их родители. В 1860-е гг. на острове сохранялся домик, «собственноручно» выстроенный Александром II и его товарищами. Там бережно сохранялась мебель, сделанная руками Александра II во время его занятий «по ремеслу». Но происходили и изменения. На Детском острове в 1854–1855 гг., по приказанию Александра II, установили мраморные бюсты К.К. Мердера и В.А. Жуковского374.

Судя по воспоминаниям Ольги Николаевны, в 1830-х гг. на Детском острове уже существовал павильон «Фермочка».

Царское Село. Детский остров. «Фермочка»

Она писала о событиях 1831 г.: «По воскресеньям мы обедали на Сашиной молочной ферме со всеми нашими друзьями, гофмейстерами и гувернантками, за длинным столом на 30 приборов»375.

Стоит напомнить, что увлечение «сельскими пасторалями» в загородных императорских резиденциях распространилось в XVIII в., когда в обществе широкую популярность приобрели идеи Ж. – Ж. Руссо. В подобных молочных фермах в сельскую жизнь играли придворные. Например, в парке Павловского дворца в конце XVIII в. сооружается павильон «Молочный домик» с небольшим скотным двором и птичником. При этом все овечки и голландские коровы на скотном дворе были всегда тщательно вымыты и надушены376. И только в XIX в. сельская пастораль превратилась в «игрушку» для детей, став частью воспитательного процесса.

Летом 1861 г. на Детском острове Малого пруда в Царском Селе архитектор И. Монигетти возобновил для восьмилетней дочери Александра II Марии Александровны детскую «Фермочку», состоявшую из двух изб, коровника и птичника. Аналогичную «Фермочку» уже построили для княжны

в Александрии, поблизости от Коттеджа. Небольшую усадьбу возвели в русском стиле: чистая изба состояла из одной комнаты и кухни, обставленных дубовой резной мебелью детских размеров, в красном углу находился образ Знамения в дубовой раме, с шитым русским полотенцем и т. д. До нас дошли несколько фотографий Детской фермы, двух ухоженных «игрушечных» домиков, обильно украшенных резьбой.

В детской усадьбе было предусмотрено все для ведения «молочного» хозяйства: под крышей чистой избы помещалась светелка с наружной лестницей со двора; в темной кладовой молочной избушки хранились дубовые ведра для молока; под кладовой создан небольшой ледник; за «молочной» избой построен маленький коровник; дворик фермы занят птичником с голубятней. На чистой половине «Фермочки» хранились столовый, чайный и стеклянный сервизы, изготовленные на императорском Фарфоровом и Стеклянном заводах, также по эскизам Монигетти. Эта «Фермочка» была разрушена до основания в период немецкой оккупации Детского Села (Царского Села) в 1941–1943 гг.