Читать онлайн «Они сражались за Родину: евреи Советского Союза в Великой Отечественной войне». Страница 71

Можно предположить, что оперативная группа «Гавриса» в Рудницкой пуще еще в конце сентября – начале октября 1943 г. поспешила отправить в литовский партизанский штаб отчет о приходе в лес вооруженных евреев. Информацию передали в Центральный штаб партизанского движения. В письме из Центрального штаба от 16 октября чувствуется настороженность по отношению к беглецам из Вильнюса, подозрение в их связи с немецкой полицией. Литовский штаб этого не опроверг, а предпочел написать об отсутствии у него информации об источниках оружия у евреев. Вероятно, распоряжение о расформировании еврейских отрядов в Рудницкой пуще стало либо результатом указаний из центра, либо решением командования в пуще, которому передались опасения штаба.

Зиманас организовал подчиненных ему партизан в три бригады: Вильнюсскую, Каунасскую и Тракайскую. В конце ноября 1943 г. в Рудницкую пущу начали приходить каунасские подпольщики, и до мая 1944 г. их собралось около 200 человек. Большинство включили в отряды «Вперед» и «Смерть оккупантам», являвшиеся подразделениями Каунасской партизанской бригады. Каунасских евреев не ждала сердечная встреча. Вот как описывал свой приход в отряд «Смерть оккупантам» Нехемия Эндлин:

Это отношение к евреям со временем изменилось благодаря их участию в военных операциях, приобретенному партизанскому опыту, а также общей судьбе.

Взаимоотношения среди еврейских партизан в Рудницкой пуще омрачило событие, происшедшее в ноябре 1943 г. Шесть евреев, которые прежде в гетто служили полицейскими, были расстреляны. Решения о расстрелах в партизанских подразделениях принимались совершенно своевольно командирами отрядов и «спецотделами» при штабах бригад. Расстреливали за сон на посту, за потерю оружия и за невыполнение приказа, часто не учитывая обстоятельств.

Спецотделом Вильнюсской бригады в Рудницкой пуще командовал литовец Станкевич. Первыми казненными стали В. Зельцштейн и Л. Зальвасер, пришедшие в лес из Вильнюса в середине октября 1943 г. Двое еврейских партизан обвинили их в том, что во время акции в гетто в декабре 1941 г. они открыли места, где прятались евреи. Станкевич приговорил их к смерти без проведения серьезного расследования по их делу; они получили приказ выйти на задание вместе с другими партизанами, и спутники застрелили их в пути. Так же поступили с четырьмя бывшими полицейскими Рингом, Кевасом, Ицковичем и Шварцбергом. Они были членами «Боевой группы Иехиеля», и на них донесли, что они сотрудничали с немецкой полиций во время акций. В лесах такой донос не требовал доказательств, даже если обвинение было сомнительным: партизаны считали, что казнить подозрительных людей лучше, чем рисковать. Кроме того, Натан Ринг и его товарищи в прошлом были членами организации «Бейтар», считавшейся антисоветской. Казнь этих партизан, в особенности Натана Ринга, отличившегося в боевых операциях и пользовавшегося уважением среди евреев, вызвала у последних бурную реакцию: многие считали наказание несправедливым. В своей речи перед бойцами отряда Абба Ковнер оправдал этот приговор. Александр Риндзенский, слышавший речь, писал:

Вследствие реакции евреев и после обращения Ковнера и Боровской к Зиманасу приговоры бывшим еврейским полицейским, находившимся в отрядах, больше не выносились.

В Рудницкой пуще не создавалось семейных лагерей, так как там практически не оказалось их обычного населения – детей и пожилых людей. Евреи, бежавшие из Вильнюсского и Каунасского гетто, были в основном молодыми людьми. Еврейские отряды принимали всех, даже безоружных.

Осенью 1943 г. и в начале 1944 г. советские партизаны Рудницкой и Начской пущ были вынуждены противостоять еще одному врагу – Армии Крайовой (АК) [160] , вооруженным формированиям польского правительства в изгнании, претендовавшего на Западную Белоруссию и Западную Украину. Во второй половине 1943 г. из Восточной Белоруссии в Западную были переведены дополнительные советские партизанские отряды для борьбы с АК. C приближением Красной армии в октябре – ноябре 1943 г. командование АК приступило к операции «Буря» с целью захвата Западной Белоруссии до прихода советских войск. Для этого требовалось изгнать оттуда советских партизан [Bor-Komorowski 1989: 172–175, 188–191; Boradyn 1999: 125–127, 206–207] [161] . Кроме того, некоторые командиры АК пошли на соглашение с немцами. Прошли бои между партизанами и АК; не обошлось без жертв среди гражданского населения, подозревавшегося в оказании помощи той или другой стороне.

Партизаны-евреи также принимали участие в боях против АК и понесли потери. Боевики АК убивали и тех евреев, которые искали убежища в районах действия АК, – из антисемитских соображений и как просоветский элемент [Корчак 1965: 263, 278–279, 284–286, 292, 298; Лазар 1950: 284] [162] . Командир АК в районе Столбцов на востоке от Новогрудка и в Налибокской пуще Адольф Пилх по прозвищу «Гура», под командованием которого находились 850 бойцов, писал, что с декабря 1943 г. по июнь 1944 г. его люди убили около 6 тыс. «большевиков» [Turonek 1993: 207–208] [163] (вероятно, среди них были евреи). В донесениях немецкой полиции безопасности с территории Литвы упоминаются случаи убийства евреев «польскими бандами», ср. рапорт от 1 декабря 1943 г. и донесение от 1 апреля 1944 г.:

Кровавые стычки между подразделениями АК и советскими партизанами, в частности в Рудницкой пуще, продолжались до прихода Красной армии в июле 1944 г. Время от времени между партизанами и АК достигалось перемирие.

В Рудницкой пуще находилось всего 600–700 еврейских партизан, в подавляющем большинстве – из Вильнюсского и Каунасского гетто. Если общее число партизан в пуще составило 1 700–2 000 человек, то евреи составляли среди них 30–40 % [Палецкис и др. 1966: 274] [165] .

Волчьенорские леса, Налибокская и Липичанская пущи

Налибокская и Липичанская пущи в центре Западной Белоруссии (Барановичский и Новогрудский районы) занимают тысячи квадратных километров и сливаются с Койдановскими лесами на юге от Минска. В нескольких километрах от пущи находятся Новогрудок, Лида и многие другие населенные пункты, где проживали десятки тысяч евреев. По центру этого лесного массива протекает Неман с притоком Щарой.

«Дикие» банды и неорганизованные группы партизан действовали здесь еще с весны 1942 г.; на протяжении этого года партизаны организовались в отряды и бригады, хотя у них и не было связи с руководством в советском тылу. Перелом в партизанской деятельности произошел в марте 1943 г., когда в Налибокской пуще появился генерал В.Е. Чернышев («Платон»), секретарь областного комитета компартии. Он и его штаб стали представителями советской власти в этом лесном массиве, и постепенно под их контроль попали все действовавшие там партизанские подразделения [Партизанские формирования 1983: 24–25].

С весны 1942 г., когда по Западной Белоруссии прокатились акции уничтожения, в Налибокскую пущу стали приходить сотни евреев из Новогрудка, Лиды, Миоры, Колдычева, Налибок и других населенных пунктов. Кроме того, после скитаний по другим лесам в пуще оказались сотни евреев из Минского гетто. В Липичанскую пущу стекались евреи из Дятлова, Белицы, Козловщины, Новоельни, Молчади и Деречина, а также из рабочего лагеря в местечке Дворец. Некоторые, в основном молодежь, будучи членами подполья, покидали гетто организованно и имели оружие. Их принимали в партизанские подразделения, и они участвовали в военных действиях. Семьи, включавшие женщин, детей и стариков, а также не принятая в отряды молодежь создавали семейные лагеря. Жизнь евреев в этих лесах не отличалась от жизни евреев в Козянских и Нарочских лесах. Особенностью Налибокской пущи были большие семейные лагеря Тувии (Анатолия) Бельского и Шолома Зорина, ставшие своего рода еврейскими местечками в лесу.

Семейный лагерь Тувии Бельского начался с поисков спасения семьей Бельских из деревни Станкевичи под Новогрудком. Тувия и его младшие братья Асаэль, Зусь и Арчик, а с ними и другие родственники – дети, женщины и старики, не пошли в Новогрудское и Лидское гетто и с конца 1941 г. бродили по деревням и лесам в поисках убежища у знакомых крестьян. Их родители и часть родственников погибли в Новогрудке во время акции 7 декабря 1941 г. В мае 1942 г. Бельские вместе со своими родственниками, 30 человек, собрались в Бочковичских лесах Новогрудского района. Часть людей была вооружена. Они назвали свой лагерь отрядом им. Жукова, командиром избрали Тувию.