Читать онлайн «Нил и египетская цивилизация». Страница 55

Самые бедные простолюдины, выполнив три этих условия, делались равными самым знатным и состоятельным и после смерти, благодаря осирисовским обрядам, становились членами царской и божественной семьи.

Тот факт (историческая и социальная значимость которого до настоящего времени не была оценена по достоинству), что начиная с эпохи Среднего царства каждый умерший египтянин отождествлялся с царем и богами, указывает на социальную трансформацию, величайшую из всех, что открыла нам история Египта. Уступка, на которую пошел фараон для своего народа, беспрецедентна. Объяснение ей можно найти, если мы признаем полный триумф народных масс, достигнутый в описанном в предыдущей главе событии смуты. Кроме того, в силу того, что таинства религии, магии, самой личности фараона были раскрыты, путь к реставрации царской власти в ее прежней форме был закрыт, ведь в ее основе лежали таинства, которые таковыми более не являлись. Фараоны смирились с утратой своей монополии, с распространением ритуалов на все население страны, а также с политическими и социальными последствиями, которые это повлекло за собой.

Дарованные таким образом религиозные права принесли с собой то, что мы называем правами политическими, а именно участие в управлении страной, доступ к административным постам и секретам царской администрации.

Феодалы и жречество, которыми теперь руководили царские чиновники, все общество в целом – знать, жрецы и простолюдины стали помощниками царей. Каждый, невзирая на происхождение и материальное благополучие, играл определенную роль в государстве сообразно своему положению – как жрец, судья, воин, землепашец или ремесленник, так же как играл он определенную роль в религиозных церемониях, составлявших основу государственных институтов. Отец царя Мерикары признает это равенство: «Не проводи различий между сыном знатного и человеком незнатного рода. Принимай людей на службу по их способностям».

Следовательно, распространение заупокойных церемоний на все без исключения классы сопровождалось демократичной политикой. Получив религиозные права, простолюдины в Египте, как в Греции и Риме, получили возможность занимать административные должности, то есть участвовать в управлении государством, и до некоторой степени получили свою долю собственности[223]. Здесь снова встает земельный вопрос.

Каково было положение крестьян и ремесленников в эпоху Среднего царства? Как им удалось добиться права участвовать в управлении и даже получить в собственность землю и производство? Документальные источники, которые могли бы пролить свет на этот вопрос, весьма скудны и отрывочны. Мы вынуждены обрисовать общую картину и строить свои умозаключения, основываясь на нескольких частных фактах. По этой причине я должен предупредить читателей, что в такой работе, как эта, подобные обобщения могут быть крайне рискованными.

Сначала кратко рассмотрим социальное положение народа в эпоху Древнего царства. Крестьяне (mertu) по-прежнему были прикреплены к земле. Они оставались привязаны к ней, даже если менялся владелец земельного участка. Когда царь, владевший всей землей в Египте, передавал участок земли своим родственникам, фаворитам или сановникам, «люди и скот» отходили им вместе с землей. В таком же положении находились колоны в Римской империи и средневековые крепостные, неразрывно связанные с землей. Ремесленники в царских мастерских продолжали работать на храмы или знать, которым царь уступал мастерские. В сельском хозяйстве, промышленности и даже торговле работники были неотделимы от полей, мастерских или лавок.

Работники делились на «руки», то есть на бригады по пять человек под началом kherp (надсмотрщика)[224]. Kherpu собирал продукты работы землепашцев или ремесленников для наместников городов или деревень, которые затем отправляли их номархам или в царские закрома. Бригады из пяти человек группировались в партии из десяти и ста человек, находившиеся под руководством «декурионов» и «центурионов».

Возможно, вначале работники, составлявшие бригады из пяти и десяти человек, принадлежали к одной семье. По крайней мере, так обстояло дело в эпоху XII династии. В этом случае kherp был, по всей видимости, отец или старший брат. По такому же образцу строилась жизнь знати, когда члены рода занимали посты жрецов. Но могли ли низшие слои общества долгое время обрабатывать семьями один и тот же участок земли или трудиться в одной мастерской? Поскольку они были привязаны к земле и к своему ремеслу, каприз административных чиновников или продажа земельной собственности, которую царь разрешал привилегированным лицам, могли расколоть семью, разбросав ее членов по разным хозяевам и владениям.

Крестьяне выполняли всю работу по выращиванию зерна и скота, а также отвечали за инженерные работы, необходимые такой стране, как Египет, – строительство дамб, рытье каналов и прокладывание дорог на насыпях. Кроме того, 1) они подлежали «принудительному труду» (kat), не связанному с сельским хозяйством. Например, перевозка камней и строительство пирамид, храмов, дворцов и т. п.; 2) они облагались «налогами» (mezed), включавшими поставку зерна в виде снопов или хлеба, а также промышленных изделий (золота, серебра, бронзы, кожи, текстиля, канатов); 3) содержание царских гонцов, двора и царя, когда те проезжали через провинцию. Иногда родственники царя, чиновники или чернокожие союзники (наемные войска) могли реквизировать труд ремесленников и крестьян. Все эти обязанности выполнялись под надзором Дома Земледелия (per-shenв, буквально – Дома Житницы) военнопленными и наемными работниками. Каждый ремесленник (hemutiu) и служащий выполнял работу в мастерской или учреждении царя, жрецов или знати, подданным которых он был.

Мы не почерпнули эти сведения из документальных источников, описывающих обязанности каждого работника, а узнали о них из хартий вольностей Древнего царства, сравнив «простых людей» с теми, кто получил свободу. До тех пор эти «простые люди», судя по всему, не имели какогото определенного правового статуса. На практике они облагались налогами и могли направляться на принудительные работы без каких бы то ни было ограничений. Нам не известны ни пределы их обязанностей, ни размер платы, которую они получали за свой труд.

Как мы видели, еще в Древнем царстве существовало определенное количество крестьян и ремесленников, которым удалось уйти из-под деспотичной власти царя. Это были те, кто трудился на землях, отданных родственникам царя,

Привилегированным и жрецам. Царские указы говорят нам, что владения Привилегированных обладали хартией, определявшей статус крестьян и ремесленников. В реестры местных чиновников (Saru) были включены: 1) «список названий» (im ren-f) земель, зданий и т. д.; 2) «перечень людей» (upet remtu), принадлежащих им. В текстах Среднего царства эти люди сгруппированы по семьям (zam) или по группам родственников (smait), работавших вместе. Опись и перечень должны были заверяться свидетелями и скрепляться печатью у визиря. Неизвестно, для чего составлялись эти документы, можно лишь предположить, что на их основании определялись налоги и принудительный труд на благо царя, с одной стороны, и на владельца земли – с другой. Эти документы «обуславливали положение людей и земель» и являлись первым шагом на пути к получению простыми людьми правового статуса.

После VI династии подобные домены становились «вольными городами», получившими хартию, которая упраздняла труд на благо царя и ограничивала обязанности крестьян и ремесленников работой на их владельца. В тех же условиях находились простолюдины «новых городов», основанных феодальными правителями. Таким образом, положение простолюдинов значительно улучшилось. Mertu в этих городах были уравнены с Сару царского домена. Хартии свободных городов были зарегистрированы в архивах визиря, в них перечислялись все формы принудительного труда и налоги, которые упразднялись в этих городах. Мы видели, что в феодальном обществе Гераклеопольского периода эти хартии вольностей отмечали первый этап в освобождении крестьян и ремесленников. Предоставляя привилегированный статус немногим, они создавали прецедент, на котором остальные основывали свои требования.

Революция позволила народным массам в отдельных местах и на некоторое время разрушить социальную и политическую структуру Древнего царства. Бедняки врывались в административные помещения, выбрасывали на улицу указы, отчеты и прочие документы, похищали для своих нужд документы, подтверждающие право собственности и «перечни» товаров и людей. Они силой брали то, что принадлежало царю и знати.

Реорганизация египетского общества, в отличие от Греции и Рима, не достигла кульминации в виде полной, ничем не ограниченной демократии. Едва ли можно представить себе фараонов, царей-богов, властелинов по божественному праву, создающих выборные должности, советы старейшин или созывающих народные собрания. Тем не менее в рамках патриархальной системы им удалось улучшить социальное и политическое положение простолюдинов, наделив их правовым статусом и открыв им доступ к административным должностям.