Читать онлайн «АПРК «КУРСК» ПОСЛЕСЛОВИЕ К ТРАГЕДИИ». Страница 79

Покоится «Курск», как известно, на глубине 108 метров, в то время как в нескольких километрах к югу рельеф дна понижается до 170 м. Это указывает на то, что перед аварией лодка проплывала над многометровым склоном дна моря, вне всякого сомнения, тектонического происхождения. Позже, когда стали известны более точные координаты места гибели АПЛ, на тектонической карте Баренцева моря была однозначно установлена приуроченность данного геоморфологического элемента к мощному глубинному разлому. Наше предположение заключается в том, что данный тектонический разлом КМП и был источником сейсмо-гравитационного удара подводного землетрясения, погубившего «Курск».

Ранее мы приводили и другие случаи «гидроударов» по корпусам подводных судов, провоцировавших аварийные ситуации. Все они реализовывались в сходных геолого-географических и метеорологических условиях. Аварии на ПЛ, как показывает статистика, не происходят во время штиля на море, поскольку тектоника в это время «не работает», но горят, взрываются и тонут лодки, как правило, во время штормов. И ситуация с «Курском» — лишнее тому подтверждение.

В пользу сейсмической версии катастрофы АПЛ «Курск» говорит и такой факт, оставшийся не востребованным исследователями. Во время первого обследования места аварии ПЛ с помощью телекамер на морском дне были обнаружены купола, которые потом исчезли и при последующих погружениях не наблюдались. Такие образования в рыхлых донных осадках — явление весьма распространенное. Например, они наблюдаются над активным разломом в Азовском море и называются «грязевыми вулканами». Песчаные купола или бугры иногда образуются во время землетрясений также и на суше с той лишь разницей, что последние подолгу не рассасываются. Они появляются в результате гравитационных «вздохов» глубинных разломов при землетрясениях.

Кроме того, по словам ген. конструктора НПО «Рубин» И. Спасского, в районе аварии имела место некая магнитная аномалия, также со временем исчезнувшая. Хотя документального подтверждения в отличие от визуально зафиксированных куполов данному факту нет, тем не менее заметим, что электрические и магнитные аномалии всегда сопутствуют сейсмике, а иногда и предваряют землетрясения.

Остается не проверенной до сих пор информация и о двух «мощных взрывах» в районе «Курска», сигналы от которых зарегистрированы американцами 18 августа. Если это не «отпугивающие взрывы», устроенные военными, в то время как на «Курске» взрываться было уже нечему, то происхождение данных сигналов загадочно. При прочих равных условиях, когда идентификация регистрограмм взрывов и близких маломощных землетрясений затруднительна, можно преположить, что источником этих сигналов могли быть афтершоки. Наверняка ситуация во многом бы прояснилась, если своевременно был бы организован сейсмический мониторинг с помощью морских сейсмографов, установленных в районе ПЛ после аварии.

В настоящее время изучаются инструментальные записи двух сейсмических событий, полученных тремя станциями, расположенными в Норвегии и на о. Шпицберген. Одно из них было зафиксировано в 11 ч 29 мин и имело магнитуду М 1,5, а второе — в 11 ч 31 мин с магнитудой М 3,5, что в несколько сотен раз мощнее первого. Достоверно установлено также, что источник сигналов находился в районе аварии лодки, в то время как природа их остается не выясненной в полной мере. Если учесть, что сигнал был зафиксирован также с/станцией на Аляске, в 4500 км от эпицентра взрыва, то техногенное происхождение его весьма сомнительно, даже если предположить, что все торпеды взорвались одновременно. К тому же сейсмический эффект взрыва должен был быть в значительной мере ослаблен прочным корпусом.

Между тем характер регистрограммы второго, «основного», события свидетельствует скорее о природном, нежели техногенном источнике сигнала — сейсмическом толчке. Взрыв же, судя по записи ближней станции, произошел через 12 секунд, а его сигнал наложился на землетрясение и достаточно хорошо выделяется.

Заметим, что эти выводы носят вариационный характер, поскольку основаны на изучении «статичных» сейсмограмм, к тому же с малой временной разверткой, не позволяющих проанализировать частотные особенности сигналов и определить их истинный источник. Надежную интерпретацию сейсмографических данных можно сделать только на основе компьютерной обработки цифровой записи событий, которой мы на сегодня не располагаем.

Однако если наши предварительные результаты анализа сейсмограмм верны, то события перед аварией могли развиваться следующим образом. В 11 ч 29 мин, когда лодка проплывала над разломом, произошел небольшой сейсмический толчок. В 11 ч 31 мин происходит второй, более сильный толчок. Гидродинамический удар и мини-цунами, неизбежные при сейсмогравитационных процессах, подбросили лодку и вызвали продольный крен корпуса. Поскольку глубина моря в этом месте была незначительной, лодка ударилась носовым отсеком на большой скорости о дно. Спустя примерно 12 секунд после землетрясения от удара или иной причины произошел взрыв. Но аварийная ситуация могла быть спровоцирована и первым, относительно слабым толчком.

Однако судно могло погибнуть не только от динамического эффекта землетрясения, но и от тектонического излучения из глубинного разлома, сопутствующего любому сейсмическому процессу. (Заметим, что если бы эти события происходили ночью, то над местом аварии наблюдалось бы ионизационное свечение атмосферы.) Малоизученное всепроникающее тектоническое излучение, если судно попало в его поток, способно инициировать воспламенение и взрыв, например, водорода с его низким порогом ионизации, которого на «Курске» было более чем достаточно. Кроме того, на борту находилась одна торпеда с топливом на водородной основе, которое также могло легко возгореться из-за ионизационного воздействия на него.

Между тем неизбежным следствием воздействия плотных потоков тектонического излучения должны были быть наводки и сбои в маломощных системах компьютерного регулирования или даже электрическое замыкание в высоковольтных системах лодки. Поэтому наряду с другими ионизационный фактор сейсмотектоники, от которого могут происходить и происходят аварии на судах, также следует учитывать при разработке версий гибели таких сложных и в геофизическом отношении уязвимых объектов, как подводные лодки. Впрочем, «геофизику» желательно учитывать еще раньше — на стадии проектирования подводных судов.

В заключение еще раз перечислим возможные факторы сейсмотектонического воздействия, которые в принципе могли вызвать аварийную ситуацию на «Курске», если предположить, что лодка попала в эпицентр подводного землетрясения.

1. Сейсмогравитационный удар по корпусу и внутренней инфраструктуре судна и его последствия. Например, лодка могла удариться о дно, могли сорваться торпеды. Импульсные гравитационные ускорения непосредственно над разломами могли достигать значений 10 — 2- м/с даже при маломощном землетрясении.

Гидродинамическое (мини-цунами) воздействие на корпус лодки с неизбежным продольным креном и последующим ударом о дно носовым или кормовым отсеком.

Ионизационно-термическое воздействие тектонического излучения в процессе землетрясения на внутреннее пространство лодки с возможным возгоранием водорода, ракетного топлива или других легкоинициирующихся веществ.

4. Электрическое перекрытие воздушных зазоров и замыкание в высоковольтных узлах и схемах электрооборудования вследствие резкого снижения омического сопротивления воздуха, ионизированного потоком глубинной энергии при землетрясении.

5. Наводки и сбои в контрольно-измерительных схемах и маломощных системах компьютерного регулирования под воздействием все тех же тектонических излучений и их последствия.

Геофизическая версия причины гибели «Курска» должна рассматриваться наряду с другими, сугубо «техногенными». Она основана на результатах изучения обстоятельств катастрофы и анализе сейсмо- и картографического материалов. Но даже если в данном случае она окажется неверной, тем не менее ее изучение будет полезно, поскольку сейсмотектонический фактор аварийности на морском флоте никогда ранее не рассматривался.

Нам представляется совершенно недостаточным поиск причин аварийности только в системе ЧЕЛОВЕК — МАШИНА (плохой оператор — плохая техника). Правильнее было бы искать причины катастроф в рамках триады факторов: ЗЕМЛЯ — ЧЕЛОВЕК — МАШИНА.

Наш опыт изучения «сухопутных» природно-техногенных аварий и катастроф в рамках новой геофизической парадигмы позволяет заключить, что любая подводная лодка или надводное судно, оказавшееся точно в эпицентре подводного землетрясения, хотя бы и маломощного, не имеют ни малейшего шанса остаться в штатном состоянии».