Читать онлайн «Диверсанты. Легенда Лубянки – Павел Судоплатов». Страница 125

На спецгруппу возлагались задания по индивидуальной подготовке особо ценных сотрудников для последующей выброски с самолета в тыл противника. Базой группы в Москве служил особняк на Гоголевском бульваре, почти напротив памятника Гоголю. На базе укладывались парашюты, подготавливались техника, оружие и другое специальное снаряжение.

Война все ближе подступала к Москве, и было принято решение подготовить специальные группы и мероприятия на случай занятия столицы противником. Подразделение, возглавляемое Квашниным, получило задание обеспечить секретное минирование трех объектов: Большого театра, гостиницы «Москва» и здания Госплана (сейчас в нем располагается Государственная дума РФ). Работы проводились в режиме строжайшей секретности – так, что ни персонал, ни даже сотрудники контролирующих органов не знали о них. Операция по минированию наиболее важных объектов в Москве проходила в октябре. Документации по минированию многих объектов не сохранилось, так как в конце октября, примерно в 20-х числах, многие бумаги были сожжены – на Лубянке вокруг здания несколько дней висела пепельная завеса.

В начале XXI в. при разборе гостиницы «Москва» и реконструкции Большого театра Константина Константиновича приглашали для определения ненайденных мест закладки взрывчатых веществ, которые пролежали в конструкциях здания более 65 лет!

Останавливать работу по подготовке нелегальных разведывательных и диверсионных групп нельзя было ни на минуту, и после завершения операции по минированию московских объектов Квашнин и его товарищ по IV Управлению по фамилии Гражюль были откомандированы П. А. Судоплатовым в город Горький (Нижний Новгород) для подготовки резервной базы обучения и тренинга специалистов.

При этом продолжались интенсивные разработки глушителей к стрелковому оружию, создавались специальные виды оружия, камуфлированные под бытовые предметы, испытывались новые виды взрывчатых и горючих веществ. Привлекалось много ученых и специалистов, которые, к великому сожалению, сидели в различных тюрьмах НКВД. Они были определены в спецгруппы по принципу формирования знаменитой «шарашки». Многие из них отдали свою жизнь в боях или при испытании новых и очень опасных технологий тайной войны.

Но жизнь шла своим чередом даже несмотря на военное время. Одна из коллег Константина Константиновича – выпускница Института иностранных языков Сара Хидекель – участвовала в языковой подготовке разведчиков, отправляемых за рубеж. Их встреча состоялась, как и у многих молодых людей, совершенно случайно, но оказалась решающей для обоих. В годовщину создания Красной армии, 23 февраля 1942 г., они поженились.

С. С. Квашнина, в прошлом сотрудник ГБ

Сара Соломоновна, родившаяся в 1915 г. и пришедшая в органы государственной безопасности в 1937-м, работала в органах до 1954 г., но и потом занималась языковой подготовкой специалистов в военной среде, преподавая в Военном институте иностранных языков (ВИЯК), и лишь потом перешла в Институт иностранных языков им. Мориса Тореза. Она защитила кандидатскую диссертацию, стала доцентом, написала 14 книг по теории языка и иностранной лингвистике. Даже в свои 92 года она не прекращала педагогической и творческой деятельности, что неудивительно: люди, прошедшие такую серьезную школу, остаются целеустремленными в любом возрасте…

К 1943 г. в США и Англии были созданы службы по подрывной работе на территории противника. Эти службы в рамках союзнических антигитлеровских отношений вступили в официальный контакт с нашим разведывательным управлением. Договорились, что советская разведка будет оказывать помощь тем, кто боролся в тылу у фашистов, в том числе и предоставляя диверсионную технику, снабжая оружием и направляя специалистов. Квашнина, занимавшегося на протяжении года подготовкой и организацией выброски десанта, откомандировали в Лондон для установления официальных контактов с английской разведкой и организации совместных действий. Он участвовал в переброске наших агентов, которых готовили в Советском Союзе, а англичане на своих бомбардировщиках доставляли их в заданные районы Европы.

Английская военная миссия в Египте

Но все по порядку. Командировка началось в Москве с утверждения кандидатуры руководством службы и последующих «смотрин». После принятия окончательного решения Квашнина направили в офис английской военной миссии для знакомства, представления и собеседования. И вдруг – неожиданность! – его принимает сам бригадир Джорж Хилл. Это известный английский военный разведчик. Будучи слушателем спецшколы, Квашнин читал толстую книгу о его приключениях еще в Первую мировую войну на русско-германском фронте, об участии в борьбе против советской власти в первые годы после революции, о планировании и организации антисоветского мятежа на севере.

Хилл был другом и соратником другого крупного английского разведчика – Сиднея Джорджа Рейли, или Зигмунда Марковича Розенблюма, родившегося в Одессе в 1874 г. Он стал одним из первых кадровых сотрудников новой английской службы СИС. Авантюрная жизнь этого неординарного человека изобиловала как успешными, так и провальными операциями на фронтах русско-японской и империалистической войн, смелыми комбинациями и громкими любовными скандалами. Неоднократно разоряясь и вновь сколачивая состояние, Рейли никогда не оставлял своей основной деятельности – разведки. Он был одним из руководителей известного заговора Локкарта, или заговора послов, 1918 г., как его иногда называют историки. Но заговор заблаговременно был раскрыт чекистами, и Рейли пришлось уйти на нелегальное положение и скрытно покинуть Советскую Россию. Правда, в 1925 г. его выманили на территорию СССР, и заключенный № 73, как он именовался во внутренних документах, был ликвидирован…

Джордж Хилл начал свою военную карьеру еще в юности. Будучи раненным в начале Первой мировой войны, он был переведен в специальный резерв. Вскоре его, свободно владеющего русским и немецким языками, направили в Британскую службу безопасности МИ-5, где произвели в офицеры. Умело выдавая себя за болгарина, он проник в лагерь для интернированных на Балканах и собрал там необходимые для Англии сведения. Позже Хилл прошел летную подготовку в королевском авиакорпусе и вошел в число ведущих специалистов, осуществляющих заброску агентов в тыл противника. Затем его послали в Россию и прикомандировали к русской армии в качестве офицера связи. В задачу капитана Хилла входил сбор информации по передислокации германских войск. Он получил оперативный псевдоним IQ-8.

Осенью 1917 г. Хилл был переведен в МИ-6 и направлен в Петроград – бывший Санкт-Петербург – для сбора информации о большевиках. Ему удалось войти не только в контакт, но и в доверие, и некоторое время он даже был советником по авиации у Льва Троцкого.

В то же время Хилл заботился о выполнении собственной миссии, решив тайно вывезти из Москвы в Бухарест часть драгоценностей царской семьи и немалый валютный резерв. Ему удалось это сделать, но с большевиками пришлось порвать.

В апреле 1918 г. жесткая воля руководителей МИ-6 свела Хилла с капитаном Сиднеем Рейли. Однако задуманная миссия английской службы (она остается за скобками) на тот момент не удалась, и в августе 1918 г. оба перешли на нелегальное положение, продумывая варианты спасения. По некоторым сведениям, им удалось добраться морем до Швеции, где они поднялись на борт судна, направлявшегося в Шотландию. Сэр Роберт Брюс Локкарт – британский дипломат и разведчик, лично знавший обоих, – писал: «Хилл был столь же отважен и неудержим, как и Рейли».

Вскоре Хилл вновь вернулся в Россию – в годы Гражданской войны его направили на юг страны, где он безуспешно пытался координировать разведывательные действия различных белогвардейских формирований. А перед крахом белогвардейского движения он своевременно эвакуировался на острова Туманного Альбиона.

Во время Второй мировой войны Хилл обучал курсантов МИ-6 методам подрывной и диверсионной работы. Позднее он был направлен в Москву в качестве официального представителя британского Управления специальных операций (УСО) и офицера по связи с НКВД. Визит разведывательной миссии Великобритании в Москву в августе – сентябре 1941 г. для налаживаний связей и взаимодействия между британскими спецслужбами и НКВД получил название «Миссия СЭМ». Бывший сотрудник МИ-6 Чекмен Пинчер, репортер, специализирующийся на громких журналистских расследованиях, писал по этому поводу в своей книге «Слишком секретно, слишком долго», вышедшей в 1984 г.: «Выбор Хилла в качестве руководителя делегации был очень необычен, так как русским он был известен как разведчик, который в свое время вместе с другим разведчиком – Сиднеем Рейли – принимал участие в подготовке неудавшихся попыток покушения на лидеров большевиков. „Миссии СЭМ“ удалось заключить соглашение о полном сотрудничестве в организации подрывных и диверсионных акций на территории любых стран, кроме СССР и Британского Содружества наций. Итогом стало направление в Лондон официальных представителей НКВД и расширение полномочий военной миссии Великобритании в Москве, с включением разведки; вслед за первым соглашением последовал ряд других, впрочем, англичане получили от них немного пользы».