Читать онлайн «Религия древних кельтов». Страница 58

Эта сила в значительной степени реализовывалась как власть над стихиями, о которых друиды утверждали, что они их сотворили. Так, друид Катхбад защитил равнину, по которой Дейрдре бежала с «бурлящим морем». Друиды также порождали слепящие метели или превращали день в ночь – подвиги, приписываемые им даже в житиях святых. Или они разряжают «огненные облака» на противостоящие воинства, как в случае с друидом Мэг Руйтхом, который создал магический огонь и направил его на врага, чей друид тщетно пытался отклонять его. Когда друиды Кормака высушили все воды в стране, другой друид выстрелил стрелу, и там, где она упала, стал выходить поток воды. Друид Матхген хвалился способностью бросить во врага горы, и часто друиды превращали деревья или камни в вооруженных людей, ужасая таким образом вражеское воинство. Они могли также наполнить воздух лязгом сражения или ужасными криками сверхъестественных существ. Подобные силы приписывались и другим людям. Дочери Калатин поднялись вверх на заколдованном ветре и обнаружили Кухулина, когда он был далеко скрыт Катхбадом. Позже они породили магический туман, чтобы сбить героя с толку. Такие туманы часто встречаются в сагах, и в одном из них Туата Де Дананн пришли в Ирландию. Священнослужительницы Сены могли пробудить море и ветер своими заклинаниями, а позже на ту же роль претендовали кельтские ведьмы.

В народных сохранившихся обычаях практика вызова дождя связана со священными источниками, и даже значительно позже в сельской Франции к святыням, обычно связанным с чудотворным источником, приходили процессии во время засухи. Так, народ и священник шли к источнику Барантон в процессии, напевая гимны, и молили там о дожде. Затем священник опускал ногу в воду или бросал что-нибудь на камни. В других случаях к источнику несли изображение святого и опрыскивали, как раньше божественные изображения, или били по воде и обрызгивали ею воздух. Другой обычай состоял в том, что дева должна была почистить священный источник, как раньше она должна была быть обнаженной. Нагота тела также была частью старого ритуала, используемого в Галлии. Во время засухи девочки деревни следовали за самой молодой девой обнаженными, чтобы искать траву belinuntia. Ее вырывали с корнем и затем несли на реку и там ее опрыскивали водой. В этом случае опрыскивание было подражанием падающему дождю и, как предполагалось, автоматически его вызывало. Хотя некоторые из этих обрядов предполагали использование магии самим народом, в других случаях присутствие христианского священника указывает на тот факт, что раньше в качестве вызывателя дождя был необходим друид. Иногда священник через многие века унаследовал способности языческого священства вызывать дождь или усмирять бурю, и он часто молился, чтобы реализовать их.

Способность становиться невидимым посредством заклинания, называвшаяся фетх фиада, которая делала человека невидимым или скрывала его в магическом тумане, также использовалась друидами, как и христианскими святыми. Гимн святого Патрика, названный «Фаэд Фиада», был спет им, когда его враги поджидали в засаде, и очаровал их. Само заклинание, фитх-фатх, до сих пор помнят в долинах Нагорья. В случае со святым Патриком он и его последователи являлись в виде оленя, и этой способностью к превращениям владели и друиды, и женщины. Друид Фер Фидайл похитил деву, приняв форму женщины, а другой друид обманул Кухулина, приняв форму прекрасной Ниамх. Некоторые друиды, как считают, способны были принять любую форму, которая им нравилась, и эти способности отразились в мифах о богах, например, таких, как Талиесин или Амаргин, которые принимали многие формы. Священнослужительницы Сены могли принимать форму животных, а ирландская Цирцея в «Реннес Диндсенхасе», называемая Далб де Роугх (Грубая), своими заклинаниями превратила трех мужчин и их жен в свиней. Эта способность к превращению других часто описывается в сагах. Дети Лира были превращены в лебедей их жестокой мачехой; Саар, мать Ойсина, стала оленем силой друида Феар Дойрхе, когда она отвергла его любовь; и подобным образом Туиренн была превращена в шотландскую борзую прекрасной госпожой ее мужа Иолланна. В других случаях в сагах женщины являются в виде птиц. Эти истории превращений могут быть связаны с тотемизмом, поскольку, когда этот институт распался, существовавшая вера в превращения часто использовалась для того, чтобы выявить происхождение от животных или обосновать табу против поедания некоторых животных. В ирландских историях о превращениях мы обнаруживаем ссылки на эти табу. Так, когда дети Лира были превращены в лебедей, было объявлено, что никто не должен убивать лебедей. Вполне возможно, что друиды использовали гипнотическое внушение, чтобы убедить остальных, что они приняли иную форму. Подобным образом поступали краснокожие индейские шаманы или даже галлюцинировали насчет других, веря в то, что их собственная форма изменилась.

Посредством «напитка забвения» друиды могли заставить человека забыть даже самого дорогого возлюбленного. Так, Кухулина заставили забыть Фанд, а его жену Эмер заставили забыть свою ревность. Это – реминисценция знаний о мощных напитках из трав, которые вызывали галлюцинации, например об изменении формы. В других случаях это были природные наркотики, которые вызывали глубокий сон, как, например, в случае с глотком напитка, который Грайнне дала выпить Фионну и его людям. Опять же, «друидское сновидение» напоминает о гипнозе, который практиковался в далекие эпохи, а также современными дикарями. Когда Бодб заподозрил свою дочь во лжи, он ввел ее в состояние «друидского сновидения», в котором та открыла свою греховность. В других случаях заклинания произносятся таким образом, чтобы люди галлюцинировали, или обездвиживались, или, «благодаря ловкости рук предсказателей», девы утрачивали свое целомудрие, не зная этого. Это указывает на знание методов внушения. Или опять же призрачное войско противостояло силам врага, для которого это было галлюцинаторным явлением, что, возможно, было отражением природных гипнотических сил.

Друиды также создавали «преграду», айрбе друад, вокруг войска, возможно обходя его и произнося заклинания, чтобы нападающее войско не могло прорваться через это препятствие. Если кто-то мог перепрыгнуть через эту «преграду», то заклинание было нарушено, но он терял при этом жизнь. Так было сделано в сражении Кул Дремне, в котором присутствовал святой Колумба и помогал герою перепрыгнуть препятствие своими молитвами.

Примитивная симпатетическая (то есть основанная на внушении) магия описана в «Реннес Диндсенхасе». В этой истории один человек произносит заклинания над своим копьем и мечет его в тень своего противника, чтобы тот упал замертво. Таково же примитивное друидское «посылание» пучка соломы, над которым друид пел заклинания и бросал его в лицо своей жертвы, чтобы та стала безумной. Подобный метод используется эскимосскими ангекоками. Всякое беснование обычно приписывалось такому «посыланию».

Считалось, что друиды владели магией заклинаний, приводящих в замешательство врагов или порождающих другие магические результаты. Была принята особая поза: стоя на одной ноге, вытянув одну руку и закрыв один глаз, можно концентрировать силу заклинания, но сила была главным образом в произносимых словах, как мы уже видели при обсуждении кельтских формул молитвы. Такие заклинания использовались также филид, или поэтами, поскольку самая примитивная поэзия имеет магический аспект. Частично обучение барда состояло в изучении традиционных заклинаний, которые использовались с должным ритуалом, производившим магический результат. Некоторые из этих заклинаний мы уже рассматривали, и, вероятно, некоторые из стихов, которые говорит Цезарь, друиды не записали бы, если бы они имели природу заклинаний. Сила заклинания содержится в произносимой формуле, которая обычно представляла собой имя бога или духа, позже святого, взывающей к его вмешательству благодаря силе, присущей этому имени. Другие магические формулы говорят об уже произведенном эффекте, и это благодаря имитирующей магии, что, как предполагается, порождает его повторение. Древнейшие письменные документы, имеющие отношение к язычеству островных кельтов, содержат в себе обращение к «науке Гоибниу», предназначенной для сохранения масла, а другие – обращение к магическому исцелению, которое гласит: «Я восхищаюсь целитель-ством Дианцехта, дарующим здоровье тем, к кому он приходит на помощь». Они обнаружены в манускриптах IX или X веков и, в связи с их обращением к языческим богам, очевидно, использовались в христианские времена. Большая часть друидской магии сопровождалась заклинаниями – превращения, власть над стихиями, нахождение скрытых людей или вещей. В других случаях заклинания использовались в медицине или для исцеления ран. Так, Туата Де Дананн сказали фоморам, что им не нужно бороться с ними, потому что их друиды оживили бы убитых, и, когда Кухулин был ранен, мы слышим о лекарствах меньше, чем о заклинаниях, которые использовались для остановки кровотечения. В других случаях друид мог заклинаниями избавить от бесплодия.