Читать онлайн «Выжженное небо Афгана. Боевая авиация в Афганской войне». Страница 70

Адекватной оценки боевой эффективности МиГ-27 кратковременное использование в Афганистане дать не позволило. Тем не менее некоторые его достоинства удалось оценить: к их числу относились большой запас топлива и соответственно дальность, продуманная и прочная конструкция (особенно шасси, что было немаловажно на высокорасположенных аэродромах со сложным профилем посадки), а также надежность самолета и удобство в использовании оборудования летчиком.

«Ограниченный контингент советских войск», ввод которого в Афганистан начался 25 декабря 1979 года (знаменитая позднее 40-я армия), практически сразу был усилен вертолетными частями и истребителями-бомбардировщиками с баз ТуркВО и САВО. Как и вся операция по «оказанию интернациональной помощи афганскому народу», переброска авиационной техники и людей проходила в условиях строгой секретности. Задача – перелететь на аэродромы Афганистана и перебросить туда все необходимое имущество – была поставлена перед летчиками и техниками буквально в последний день. «Опередить американцев» – именно эта легенда позднее с упорством отстаивалась для объяснения причин ввода частей Советской армии в соседнюю страну. 24 декабря 1979 года в части авиации ТуркВО и САВО поступила директива Минобороны о приведении полков в полную боевую готовность «для возможного увеличения группировки советских войск в Афганистане». Поступивший в Генеральный штаб экземпляр этого документа имел пометку рукой министра обороны Д.Ф. Устинова – «Особой важности и секретности». По сравнению с обычной формой постоянной боевой готовности с ведением боевой учебы вводившаяся полная боевая готовность, по боевой тревоге, являлась наивысшей степенью, обеспечивая немедленный вылет на выполнение поставленных задач. О неординарности происходившего говорило уже то, что на памяти служивших подобного не случалось уже лет десять. Всему личному составу предписывалось находиться на своих рабочих местах: летчикам – в кабинах самолетов, техникам – у машин, боевым расчетам управления – у пультов на боевых постах. Самолеты должны были нести полный боекомплект, бомбы и блоки реактивных снарядов на подвесках.

Первыми Су-17 в авиации 40-й армии стали самолеты 217-го апиб

Ударные силы авиации 40-й армии были представлены истребителями-бомбардировщиками. В числе первых в ДРА перебазировалась эскадрилья истребителей-бомбардировщиков Су-17 из состава 217-го апиб из Кызыл-Арвата в западной части Туркмении. Она имела усиленный состав, насчитывая 16 боевых самолетов и одну «спарку». Командиром полка являлся полковник В.М. Горбенко, комэском 1-й эскадрильи – подполковник В.В. Будюкин, комэском 2-й эскадрильи – майор В.В. Гоняго. Ограниченный состав перебрасываемой части объяснялся тем, что возможности принимающего аэродрома по базированию были ограничены; тем не менее, при замене годом спустя в Афганистан отправилась следующая 2-я эскадрилья, а остававшаяся 3-я эскадрилья традиционно считалась учебной, и в ее составе преобладала молодежь, недавно прибывшая из летных училищ и только набиравшаяся опыта. Приказ о перебазировании стал самым нежелательным новогодним подарком – не дав задержаться ни на день, перелет в Афганистан назначили на 31 декабря, оставив семьи у опустевших праздничных столов… Местом базирования выбрали аэродром Шинданд, там же разместили и отдельную вертолетную эскадрилью.

При перебазировании никаких проблем не возникло – после полуторачасового ночного перелета первая группа Ан-12, доставившая технические экипажи и необходимые средства наземного обслуживания, приземлилась в Афганистане, следом были переброшены Су-17. Поспешность и неразбериха давали себя знать – никто не мог с уверенностью сказать, как встретит их незнакомая страна, в чьих руках находится аэродром и что ждет на «новом месте службы».

Условия Афганистана были далеки от комфортных и мало напоминали привычные аэродромы и полигоны. Как гласила ориентировка Генштаба, «по характеру местности Афганистан – один из самых неблагоприятных для действий авиации районов». Впрочем, действиям авиации не благоприятствовал и климат. Зимой 20-градусные морозы внезапно сменялись затяжными дождями и слякотью. Весной и осенью часто задувал «афганец» и налетали пыльные бури, снижавшие видимость до 200–300 м и делавшие полеты невозможными. Еще хуже приходилось летом, когда температура воздуха поднималась до + 52 °C, а обшивка самолетов под палящим солнцем накалялась до + 80 °C. Постоянная иссушающая жара, не спадавшая и ночью, однообразное питание и отсутствие условий для отдыха изматывали людей.

Все необходимое для обустройства, оборудования стоянок и обеспечения полетов – от продовольствия и постельного белья до запчастей и боеприпасов – пришлось доставлять из СССР. Сеть дорог была развита слабо, железнодорожного и водного транспорта попросту не существовало, и основная нагрузка легла на транспортную авиацию.

Схема Су-17. Типовые варианты вооружения Су-17 при работе в Афганистане

В марте-апреле 1980 года начались боевые действия армии ДРА и советских войск против группировок, не желавших примириться с навязанной стране «социалистической ориентацией». Специфика местных условий сразу же потребовала широкого применения авиации, поддерживавшей действия наземных войск и наносившей удары по труднодоступным местам. В целях повышения координации и оперативности действий авиационные части, расположенные в ДРА, поначалу входившие в «экспедиционный» 34-й смешанный авиакорпус, были реорганизованы в ВВС 40-й армии (единственной армии в советских вооруженных силах, получившей собственную авиацию) и были подчинены находящемуся в Кабуле командованию армии, при котором находился командный пункт (КП) ВВС. Истребители-бомбардировщики в это время были представлены, помимо 17 самолетов Су-17 в Шинданде, также чирчикскими Миг-21ПФМ 136-го апиб, одна-две эскадрильи которых «кочевали» между Кабулом, Баграмом и Кандагаром.

Су-17 над афганскими горами

Поначалу противником являлись разрозненные, малочисленные и слабо вооруженные группировки, не представлявшие практической опасности для боевых самолетов. Данные о наличии противника обычно предоставлялись вышестоящими штабами, располагавшими разведывательной информацией. Самостоятельный поиск целей был малорезультативен ввиду местных особенностей – как достаточно сложного рельефа, так и объектов противника. Горная местность изобиловала массой естественных укрытий и убежищ, а противником выступали вооруженные отряды без какой-либо тяжелой техники, оснащенные лишь стрелковым оружием. В традициях издавна водившихся здесь разбойников душманские отряды обитали в горах, скрывались в пещерах и использовали с давних времен стоявшие у караванных путей и перевалов крепости. Столь же часто душманы находились прямо в селениях, будучи неотличимыми от крестьянства (кем, собственно, и являлись – полагаться на государство здесь было не принято, и наличие в селениях вооруженных формирований, защищавших свой кишлак, являлось у пуштунов и афганских таджиков почти непременным). В здешних краях мало что изменилось со средневековых времен, когда английский путешественник Роберт Стилл писал: «Эти горы населены свирепым народом, именуемым авганы. Они очень сильны физически, большие разбойники и нередко захватывают целые караваны». Нравы и обычаи в племенных отрядах остались теми же, разве что сабли и допотопные кремневые ружья сменили «калашниковы» и гранатометы.

Снимок с воздуха: караван на стоянке

Первое время тактика была довольно простой – по обнаруженным вооруженным группам наносились удары бомбами и неуправляемыми ракетами (НАР) типа С-5 с малых высот (для большей точности), а основная трудность состояла в ориентировке на однообразной горно-пустынной местности. Случалось, что летчики по возвращении не могли точно указать на карте, где они сбросили бомбы. Другой проблемой стало само пилотирование в горах, высота которых в Афганистане достигает 3500 м. Обилие естественных укрытий – скал, пещер, каменных россыпей и растительности – заставляло снижаться при поиске целей до 600–800 метров.

Помимо прочего, горы затрудняли радиосвязь и усложняли руководство полетами. Затрудненным оказалось самолетовождение, особенно для летчиков одноместных боевых самолетов. Навигация для истребителей-бомбардировщиков, выступавших важнейшим ударным средством ВВС в афганских условиях и зачастую действовавших на значительных удалениях от баз, становилась первостепенным делом. Имевшиеся Су-17 и МиГ-21 располагали достаточно скромным набором навигационного оборудования, что возлагало наибольшую ответственность за самолетовождение на самого летчика, будь то полет по маршруту, перелет, поиск противника с выходом в район цели и само возвращение на свой аэродром. Тем не менее, летчик именовался «экипажем самолета», занимаясь также штурманским обеспечением полета. Афганские условия в этом отношении характеризовались как «сложные по типу физико-географических условий, ограниченному количеству площадных и линейных ориентиров, недостаточной оборудованности района боевых действий радионавигационным оснащением».