Читать онлайн «Германский Генеральный штаб. История и структура. 1657-1945». Страница 53

Недоверие, которое многие, а не только Сект, испытывали к массовой армии, было одной из причин, по которой Сект отдавал предпочтение небольшой элитной армии. Но само собой разумеется, что речь шла о высококвалифицированной армии, даже с учетом того, что Германия не будет вести войну на нескольких фронтах. Перед Германией стояла неотложная, трудновыполнимая проблема: защита собственных границ. На востоке на германскую территорию втискивались Польша и Чехословакия, и если отношения с Чехословакией постепенно становились относительно дружескими, то Польша претендовала на большие, относительно условий договора, территории в Восточной Пруссии и Верхней Силезии. Возникла реальная угроза конфликта. Решение о судьбе Верхней Силезии должен был принять народ. Польша попыталась ускорить это решение с помощью подготовленных восстаний. Понятно, что стотысячная армия была слишком мала для преодоления назревших проблем; вот почему мысль о всеобщей воинской повинности никогда не снималась с повестки дня. Теперь понятно, по какой причине Сект не расставался с идеей о мобильной элитной армии, усиленной призванной на военную службу милицией. На тот момент ближайшим воплощением этой идеи был проект пограничной охраны восточных границ («Grenzschutz Ost»).

Несмотря на условное ограничение армии до ста тысяч человек, Сект продолжал стремиться к увеличению даже своей отборной, элитной армии в два, а то и в три раза. По мнению Секта, это должен был быть медленный процесс (в свое время подобный метод встретит яростное сопротивление со стороны Гитлера). Можно сказать, что подготовительные мероприятия к созданию задуманной Сектом армии начались уже в сентябре 1921 года с системы тщательно продуманных, детально отработанных тренировок.

Сект, рассматривая рейхсвер как ядро будущей национальной армии, считал, что он ни при каких обстоятельствах не должен использоваться в гражданской войне. Использование армии в полицейских целях могло привести к разрыву между армией и народом, которого следовало избежать любой ценой, поэтому-то офицеры должны были оставаться абсолютно аполитичными. Офицеры не могли быть контрреволюционерами, но и не могли быть республиканцами.

Не все социал-демократические политики были настроены к армии столь дружелюбно, как Эберт и Носке. Несмотря на то что представители государства предпринимали решительные действия по защите интересов армии, Сект сохранял пропасть между армией и государством. Глава государства, по мнению Эберта, должен лично заниматься своими вооруженными силами и быть заинтересован в увеличении их дееспособности. Эберт стремился присутствовать на парадах и маневрах. Этот человек обладал качествами, которые притягивали людей, однако Сект пресекал все его попытки вмешиваться в дела армии. Президент республики не имел отношения к рейхсверу, и рейхсвер отвечал ему тем же.

В этом отношении Сект заметно отличался от Шлейхера, который заявлял, что офицеры должны соответствовать духу времени. Это было несложно, поскольку офицеры рейхсвера в основном были выходцами из буржуазии, хотя 9-й пехотный полк в Потсдаме, сохранявший черты традиционной прусской гвардии, и некоторые кавалерийские полки являлись исключением из этого правила.

Первый армейский список, изданный в 1923 году, показал успешность попытки перевести как можно больше знающих офицеров старой армии в рейхсвер, что способствовало, по мнению Секта, сохранению жизненно важных традиций. Сект хотел, чтобы каждая группа рейхсвера являлась преемником знаменитых полков прусской, баварской, саксонской и вюртембергской армий. В этом смысле Войсковое управление, как уже отмечалось, было неофициальным «переносчиком» традиций Генерального штаба. Правда, в силу малочисленности оно не могло оказывать такое же влияние, как его предшественник.

Сект всеми силами стремился сохранить дух прежнего Генерального штаба. В инструкциях, составленных Сектом для штабных офицеров, мы находим следующее: «Форма изменилась, дух остался. Это дух беззаветной преданности делу армии. У офицеров Генерального штаба нет имени. Но у нас нет времени ни сокрушаться, ни выдвигать обвинения. И конечно у нас нет времени на усталость. Наша честь не запятнана, пока мы выполняем свой долг».

Под началом главнокомандующего сухопутными силами, помимо Войскового управления, находились Общее управление (AllgeTeines Heeresamt), Управление кадров (Heerespersonalant), Административное управление (Heeresverwaltungsamt). Войсковое управление состояло из четырех отделов. Первый отдел под названием «Внутренняя оборона» выполнял функции прежних сходных отделов Генерального штаба, оперативного и развертывания. Вторым был организационный отдел, третий занимался иностранными армиями, а четвертый был учебным. Мы уже знаем, что один из наиболее типичных отделов Генерального штаба, занимавшийся изучением военной истории, был преобразован в Имперский архив для изучения опыта войны. Это гражданское учреждение находилось, тем не менее, в ведении ведущих экспертов Генерального штаба. Нечто подобное произошло и с отделом картографии и топографической службой. А вот функции отдела, занимавшегося личными делами, перешли Управлению кадров (Heerespersonalamt). Между тем такой институт, как прежний оперативный Генеральный штаб, продолжал существование в военных округах, в артиллерии и пехоте.

Весьма важно отметить дублирование штабов. Сект не только возглавлял Войсковое управление, но, кроме того, был начальником штаба. Мы уже знаем, что группы, военные округа и другие формирования имели не только свой Генеральный штаб, но и обычные штабы. Так, под началом дивизионного начальника 2-й пехотной дивизии Штеттина находился Генеральный штаб в составе девяти офицеров и дивизионный штаб в составе десяти офицеров. В связи с протестами со стороны контрольной комиссии от этого метода накапливания опытных генштабистов пришлось отказаться.

Однако основы были заложены, и офицеры, которые должны были повести за собой огромные армии Третьего рейха, уже служили в армии. В 1923 году фон Бломберг, фон Лееб, фон Бок, фон Фалькенхаузен, фон Рундштедт были подполковниками и дивизионными начальниками штабов. Фон Браухич и Кессельринг служили в учебном отделе Войскового управления. Крессенштейн был артиллерийским командиром; Бек служил в штабе артиллерийского полка, а Гальдер в штабе пехотной дивизии. Генерал-полковник Гудериан, знаменитый начальник Генерального штаба времен Второй мировой войны, в ранге капитана инспектировал автотранспорт. Среди штабных офицеров 7-й пехотной дивизии следует также отметить Эрнста Рема.

Оставалась проблема пополнения Генерального штаба свежими силами. Поскольку Военная академия закончила свое существование, были введены так называемые экзамены в военных округах. Они включали проверку знаний в области военной науки, железных дорог и коммуникаций, владение языками, знание истории и других предметов. По мнению Секта, штабной офицер должен был быть не только грамотным профессионалом, но и высокообразованным человеком.

Небольшое число вакансий предполагало строжайший отбор. К примеру, весной 1922 года в 4-м военном округе экзаменовалось сто шестьдесят четыре офицера. Осенью двадцать из этих офицеров были направлены для прохождения подготовки в качестве заместителя командира. Шестеро из этих двадцати перешли на следующую стадию подготовки. И наконец, в 1925 году всего один офицер занял должность в Войсковом управлении в Берлине. Когда Гитлер приступил к созданию крупномасштабной армии, он ощутил катастрофическую нехватку хорошо обученных штабных офицеров.

Трудно сказать, действительно ли эта система обеспечивала Генеральный штаб самыми лучшими офицерами.

Иногда выбор кандидатов диктовался скорее человеческими, нежели объективными соображениями. К этому следует добавить, что сравнительно небольшая группа офицеров Общего управления определяла политику при отборе кандидатов.

Это дало возможность энергичным, независимо мыслящим людям «вне системы», обладающим способностью адаптироваться в новой обстановке, приспособиться к системе. Известны примеры явного фаворитизма. Благодаря протекции откровенно бездарный брат Гаммерштейна-Экворда получил должность инспектора пехоты.

Мы уже упоминали о том, что в силу малочисленности Войсковое управление не оказывало такого же влияния, как прежний Генеральный штаб. Кроме того, в силу ограниченности его деятельности оно не обладало особой притягательностью Генерального штаба. К тому же бесконечные смены начальников штаба от Секта к Хейе, затем к Ветцелю, Бломбергу, Гаммерштейн-Экворду и, наконец, к Адаму вели к разрыву старых традиций. И все же существовало то, что принципиально отличало новое поколение генштабистов. Все офицеры должны были научиться одновременно выполнять два в какой-то мере противоречивых указания, а именно сохранять дух прусского офицерства и служить политическому строю, который в действительности был чужд их сокровенной сущности. Кроме того, они были обучены методам конспирации, и все испытывали негодование в отношении собственного правительства и иностранцев, подписавших договор, наложивший столь жесткие ограничения.