Читать онлайн «Эволюция войн». Страница 32

Места захоронений вождей и прославленных воинов часто становились объектами поклонения. Они были священными, потому что хранили души мертвых, и особенно высоко чтились, потому что мертвые были особенно известны. Спенсер проследил источник и развитие укрепленных замков от могил и специальным образом устроенных домов мертвых. Некоторые африканские племена хоронили старых вождей и предков в священных пещерах, и их могилы становились местами поклонения. В каждой деревне народа яо есть алтарь, который является центром поклонения жителей. Такие алтари отмечали могилы большинства вождей яо или их лидеров и воспринимались как обиталище их души. Часто они воздвигались в местах, где во время войны умерли вожди. Только могилы таких людей воспринимались как места для поклонения. В Импхале (Манипур, Индия) есть два дерева, позади которых лежат соплеменники, павшие в битве; следовательно, эта земля священна, и ни один член племени не осмелится пройти там.

Прославление воинов достигает своего апогея в их обожествлении – стадии развития религии, известной как преклонение перед героями. Они наиболее уважаемы при жизни, а после смерти к ним относятся даже с еще большим уважением и страхом. Более того, они обычно были вождями и лидерами и, поскольку духи ушедших сохраняют свое прежнее положение, считаются более важными, чем духи простых людей. Традиция сохраняла их память в качестве духов, стоящих гораздо выше обыкновенных предков и охраняющих судьбы и процветание людей. Так они плавно переходят в ранг богов. Поклонение умершим вождям, особенно самым древним, как богам, практиковалось почти повсеместно среди племен банту Восточной и Центральной Африки. Аборигены Британской Восточной Африки верили, что вожди продолжали оказывать прямое влияние на благосостояние племени; поэтому они поклонялись им и просили их благословения, прежде чем отправляться на битву. Племена Западной Африки, говорившие на языке чи, обращались к своим умершим вождям за советом и помощью, а самые древние вожди были обожествлены. Совершенно недавно один из вождей Верхнего Конго, «военный человек, жестокий воин, который дешево ценил жизнь» и приводил в ужас всю округу, стал после смерти считаться великим духом. Идеи переселения иногда ассоциируются с обожествлением вождей. Зулусы, например, верили, что духи их королей после смерти становятся смертельно опасными змеями. Бахима считают, что духи королей становятся львами, а духи мертвых князей – змеями. Поскольку львы считались реинкарнацией бывших королей, их охраняли и кормили специальные священники.

Известных вождей часто обожествляли в Меланезии. На островах Флорида (близ крупного острова Малаита. – Ред.) и на других Соломоновых островах отдельные боги являлись духами известных воинов, и к ним обращались люди для того, чтобы получить помощь во время войны. Боги жителей Фиджи были «вождями королевской крови, которые были искусными и беспощадными при жизни». Похожим образом в Бразилии воинственные храбрецы после смерти считались героями и позднее обожествлялись. То же самое можно сказать и о коренных жителях Чили и североамериканских индейцах, которые имели богов-героев.

Обожествленные воины и вожди обычно становились богами войны, хотя нельзя сказать, что все боги войны имеют такое же происхождение. Важным здесь является не вопрос происхождения бога, а его воздействие – следствие веры в них – на войну. Боги войны часто являлись главными богами, что было совершенно естественно для воинственного характера первобытных народов. Боги каждого народа отражают его характер, и воинственные народы более тесно связаны с воинственными богами. Главной целью культа было обеспечить божественную помощь во всех важных начинаниях. Война была одним из наиболее важных событий в жизни первобытного человека, и одним из таких, которые особенно требовали божественного вмешательства, в особенности с тех пор, как стал очень силен «элемент случайности». Следовательно, наиболее значимым богом был – по крайней мере, в военное время – бог битв, бог войны, и эту божественность он распространял на других.

Боги войны непременно представлялись очень воинственными, ужасными и кровожадными. Они требовали человеческих жертв, поэтому войны велись для того, чтобы удовлетворить их. Первобытные люди и их боги, как считалось, восхищались войной; следовательно, жестокость доставляла удовольствие и богам, и их земным подопечным. Этим и другими способами люди восхваляли войну и воздавали последние почести тем, кто доказал военную доблесть на земле.

Фуан-Фуан-Фо был богом войны мореев (Западная Африка). «Он человеческой формы, но огромного размера и очень черный. Он всегда представляется несущим в левой руке кремневое ружье, а в правой – кнут, которым он гонит своих людей в котел битвы. Прежде пленные, полученные во время войны, приносились ему в жертву... поскольку мореи верили, что, если его не обеспечат жертвами, он обернется против мореев». Богом войны дагомейцев был Бо, особый страж воинов. Так как Дагомея была военным королевством, Бо почитали сильнее, чем всех других богов. Главным божеством йоруба был Обатала, которого представляли верхом на лошади и вооруженным копьем. У этих людей был также особый бог войны и железа, Огун, которому во время войны приносили в жертву раба. У тангале было несколько богов, главным из которых был бог Бахима, который наказал им убить многих путешественников. Казоба был богом войны, ему молились во время несчастий, но в мирное время он практически не почитался и не использовался для других практических целей.

Бахима были относительно мирными, и, возможно, поэтому их бог войны был для них не особенно важен. Воинственные баганда, напротив, гораздо сильнее нуждались в боге войны. На самом деле их было даже двое: Ненде, который участвовал во всех военных экспедициях в северном направлении, и Кибука, который воевал на западном направлении. У первого было два жреца, у второго – пять. Эти боги войны даже принимали непосредственное участие в битве. У племени кикуйю, Британская Восточная Африка (Кения), было трое богов, двое из которых были связаны с их главным занятием – разведением скота и его угоном. Один давал богатство, например скот, и ему перед битвой приносили жертвы; второй считался причиной утраты скота из-за смерти или войны.

Индийские гонды считали войны проявлением деятельности и воли их военного бога, Лоха Пенну. «Когда случалась лихорадка или нападали тигры, это расценивалось как указание от Лоха Пенну, что ему давно не оказывали почета». Этот бог войны, «который умел входить в любое оружие таким образом, что орудия труда из инструментов мира становятся оружием войны, и который дал острый край топору и наконечник стреле», является сам по себе персонификацией племенной войны. Бог войны приморских даяков (остров Калимантан) считается самым главным, следом за ним по иерархии стоит бог, который обеспечивает добычу голов. В Сараваке (север острова Калимантан) бог войны считался превыше всех остальных по важности, и он «отвечал» за эту часть человеческой деятельности. Главным интересом людей была война, и само их существование зависело от успеха в битве; следовательно, бог битв стал доминировать над всеми остальными, и он получал практически эксклюзивную форму поклонения. На островах Самоа также был свой бог войны, на Маршалловых островах никто так не почитался, как божества войны, и ничто не является причиной для более обильных жертвоприношений.

В Новом Свете боги войны также занимали самое высокое положение. Канадские индейцы перед битвой молились Великому Духу. Великим небесным божеством ирокезов был Арескове, бог войны. «Для того чтобы он получил вкусную еду, они убивали пленных – за это он даровал им победу над врагами; чтобы ублажить его, они мучили пленных, в его честь военный вождь произносил торжественную речь, и, выкрикивая его имя, воины бросались в битву, а он смотрел на них сверху». Похожая ситуация доминировала у индейцев племени дакота, поскольку каждый мужчина и формально, и мистически принадлежал сонму военных духов, которые служат богу войны. Индейцы Флориды перед битвой молились своему верховному божеству, Солнцу. Название государства Мексика, очевидно, произошло от Мехитли (как ацтеки иногда называли бога войны Уитцилопочтли), который требовал человеческих жертв, что являлось главной целью военных кампаний ацтеков. Коренные жители Чили поклонялись Пиллану (в наших источниках – Ильяпа. – Ред.), богу грома, молнии и войны, в которого неким необъяснимым способом превращались вожди и воины, павшие в битве. Боливийское племя мбайя верило, что их божество, Великий Орел, обязал их жить воюя со всеми другими племенами.

Народы, находившиеся на более высокой стадии развития, также имели своих богов войны. В древних военных обществах Востока богов обычно представляли в роли захватчиков. Их имена обычно были «разрушитель», «мститель», «бог битв», «мастер вражды» и т. д. По их воле ассирийцы начинали войны, и, следуя пророчествам, они могли устраивать массовую резню. Бог евреев был богом войны, который приказывал вести как войны с иностранцами, так и гражданские войны. Он поощрял войны на уничтожение, подобно той, когда Иисус Навин «полностью уничтожил весь враждебный народ, как приказал Господь Израилев». Самым великим из тибетских божеств был бог, побеждающий врагов, похожий на древнегреческого Геракла. Его также во многом напоминает военное божество китайцев, обожествленный герой, Куан Те или Куан Тха, который при жизни, будучи военачальником, неоднократно отличился во время войн династии Хань (206 г. до н. э. – 220 г. н. э.). С тех пор императоры с восторгом прославляли его, добавляя к его обычному титулу все более почетные определения. Буддийские божества Тибета вели войны даже между собой, а бог войны возглавлял божественную армию. Войны за добычу и пиратство у древних греков поощрялись Зевсом и Афиной; военные функции Ареса и Марса общеизвестны. На севере культ Одина был тесно связан с военным делом, хотя культ Тора во время войны также был влиятельным.