Читать онлайн «Открытие Индии». Страница 86

Если маратхи, с их однородностью и групповым патриотизмом, отстали в области гражданской и военной организации, то другие индийские государства были еще более отсталыми. Раджпуты при всем их мужестве придерживались старофеодальных порядков, романтичных, но совершенно неэффективных; кроме того, их раздирали междоусобицы. Многие из них из чувства вассальной верности сюзерену, а отчасти в результате политики Акбара в прошлом, поддерживали слабеющую власть Дели. Но делийское государство было слишком хилым, чтобы использовать это, и раджпуты деградировали, становясь игрушкой в руках других сил, и в конечном счете попали в орбиту влияния маратхского правителя Синдхия. Некоторые из вождей радж-путов, спасая себя, пытались осторожно играть на равновесии сил. Различные мусульманские правители и вожди Северной и Центральной Индии были в такой же мере феодалами и такими же отсталыми в своих взглядах, как и раджпуты. Они не оказывали существенного воздействия на обстановку и лишь усиливали неразбериху и бедствия среди народных масс. Некоторые из них признали верховную власть маратхов.

Гурки, жители Непала, были прекрасными, дисциплинированными воинами. Они ие уступали любым войскам, которые могла выставить Ост-Индская компания, а возможно, даже превосходили их. Хотя организация турков была полностью феодальной, их привязанность к родной земле была огромна, и это чувство делало их отважными бойцами за независимость своей родины. Они наводили страх на англичан; однако это не могло повлиять на исход основной борьбы, происходившей в Индии.

Маратхам не удавалось утвердиться в обширных районах Северной и Центральной Индии, куда они проникли. Они приходили и уходили, не закрепляясь там прочно. Возможно,что в то время никто не смог бы закрепиться в этих районах ввиду переменного успеха военных действий; и действительно, многие территории, подпавшие под контроль англичан или признавшие их верховную власть, находились в значительно худшем положении, и англичане не могли там обосноваться и закрепить над ними свою власть.

Если методы борьбы маратхов (и это в еще большей степени относится к другим индийским правителям) были неумелыми и авантюристическими, то англичане в Индии действовали как настоящие профессионалы. Многие из английских руководителей были в значительной мере авантюристами, но в политике, которую они все вместе проводили, каждый в отведенной ему области, они ни в коей мере не были авантюристами. «Секретариат Ост-Индской компании,— писал сэр Эдуард Томпсон,— постоянно держал при местных индийских дворах такую группу выдающихся людей, какой даже Британская империя вряд ли располагала в течение какого-либо другого периода истории». Одна из главных обязанностей британских резидентов при этих дворах заключалась в том, чтобы подкупать и развращать министров и других должностных лиц. Как утверждает один историк, англичане создали совершенную систему шпионажа. Они располагали полной информацией о дворах и войсках своих противников, тогда как последние не имели никакого представления о том, что делают и намереваются делать англичане. «Пятая колонна» англичан действовала постоянно; поэтому в критические моменты, в разгар боя, имели место дезертирство и переход армий на сторону англичан, ослаблявшие индийские силы. Большую часть сражений они выигрывали еще до того, как начинались военные действия. Так было при Плесси, и подобные случаи повторялись часто, вплоть до войн с сикхами. Известным примером дезертирства был переход на сторону англичан крупного военачальника, находившегося на службе у правителя Гвалиора Синдхия; этот военачальник тайно договорился с англичанами и во время сражения перешел на их сторону со всей своей армией. В награду за это он был сделан впоследствии правителем нового индийского княжества, выкроенного из территории государства Синдхии, которого он предал. Княжество существует до сих пор, но имя этого военачальника стало синонимом измены и предательства, подобно имени Квислинга в наше время.

Таким образом, англичане обладали более совершенной политической и военной организацией, хорошо спаянной и имевшей очень способных руководителей. Они были значительно лучше осведомлены, чем их противники, и полностью использовали разлад и распри между индийскими государствами.

Их господство на море обеспечивало им надежные базы и возможности для пополнения своих ресурсов. Даже испытывая временные поражения, они имели возможность собраться с силами и вновь перейти в наступление. Овладев Бенгалией после битвы при Плесси, они приобрели огромные богатства и ресурсы для ведения войн с маратхами и другими народностями, и каждое новое завоевание увеличивало эти ресурсы. Для индийских же государств поражение часто было равносильно непоправимой катастрофе.

Этот период войн, захватов и грабежа превратил Центральную Индию, Раджпутану и некоторые части юга и запада в опустошенные районы, население которых было обречено терпеть насилие, горе и нищету. Вслед за армией шли разбойничьи шайки, отнимавшие деньги и имущество у населения этих районов. Некоторые районы Индии напоминали собой Центральную Европу периода Тридцатилетней войны. Плохо было почти везде, но хуже всего было в районах, находившихся под контролем или властью англичан. «... трудно представить себе что-нибудь чудовищнее, чем зрелище, которое являет Мадрас и вассальные государства Ауд и Хайдарабад,— это потрясающий кошмар нищеты. В противоположность этому районы, где правит Нана (маратхский вождь Фарнавис), являются оазисами спокойствия и безопасности»,— пишет сэр Эдуард Томпсон.

До этого времени, несмотря на развал Могольской империи обширные районы Индии, как это ни странно, не находились в состоянии беспорядка. В Бенгалии в долгое правление полунезависимого могольского наместника Алаверди царил мир и порядок, процветали торговля и ремесла, увеличивая огромное богатство этой провинции. Вскоре после смерти Алаверди, в 1757 году, произошла битва при Плесси, и Ост-Индская компания утвердила себя в качестве агента делийского императора, хотя в действительности она была совершенно независимой и могла делать все, что ей было угодно. Затем началось ограбление Бенгалии Компанией и ее агентами и комиссионерами. Через несколько лет после Плесси в Индоре (Центральная Индия) вступила на престол Ахалия Баи, правившая тридцать лет (1765—1795). Этот период стал почти легендарным, как период безупречного порядка, умелого управления и процветания народа. Ахалия Баи была очень способной правительницей и организатором. Она пользовалась при жизни большим уважением, а после смерти была причислена благодарным народом к лику святых. Таким образом, в то самое время, когда Бенгалия и Бихар под новой властью Ост-Индской компании испытывали упадок и подвергались организованному ограблению, когда в них царил политический и экономический хаос, приведший к ужасающему голоду, Центральная Индия, а также многие другие части страны процветали.

Англичане обладали властью и богатством, но они не считали себя обязанными хорошо или хоть как-нибудь организовать управление страной. Коммерсанты из Ост-Индской компании интересовались барышами и сокровищами, а не улучшением положения или хотя бы защитой тех, кто находился под их властью. В частности, в вассальных княжествах существовал полный разрыв между властью и ответственностью, налагаемой ею.

Когда англичане покончили с маратхами и закрепили свои завоевания, они занялись гражданским управлением, установив какой-то порядок. Однако в государствах, связанных с ними «субсидиарными» договорами, упорядочение шло очень медленно, ибо в так называемых защищаемых княжествах был постоянный разрыв между ответственностью за управление и правами, которые давала власть.

Нам часто напоминают, боясь, как бы мы не забыли, что англичане избавили Индию от хаоса и анархии. Это верно в том смысле, что они установили порядок после периода, который маратхи называли «временем ужаса». Но этот хаос и эта анархия были, по крайней мере частично, вызваны политикой Ост-Индской компании и ее представителей в Индии. Надо полагать также, что после окончания борьбы за власть, даже без добрых услуг англичан, которые так охотно были предоставлены, в Индии могли быть установлены мир и нормальное управление. Пятитысячелетняя история Индии, как и история других стран, знает такие примеры.

РАНДЖИТ СИНГХ И ДЖАЙ СИНГХ

Несомненно, что Индия стала добычей иностранных завоевателей из-за отсталости ее народа и в силу того, что англичане были представителями более совершенного и передового общественного строя. Контраст между руководящими деятелями обеих сторон разителен: индийцы при всех своих дарованиях не выходили за пределы узкой, ограниченной сферы мышления и действия, они не знали, что происходит в других странах, и не были поэтому в состоянии приспособиться к изменившимся условиям. Даже когда у отдельных лиц пробуждалась любознательность, они не были в состоянии выбраться из той скорлупы, которая держала в плену их самих и народ. Англичане же обладали гораздо более широким кругозором; события, происходившие в их стране, во Франции и в Америке, встряхнули их и заставили мыслить. Совершились две великие революции. Войны, которые вели французские революционные армии и Наполеон, совершенно преобразовали военную науку. Даже самые невежественные англичане, прибывавшие в Индию, знакомились в пути с различными странами мира. В самой Англии происходили великие открытия, предве щавшие промышленный переворот, хотя, пожалуй, в то время лишь немногие понимали их огромное значение. Но ферменты перемен вызвали сильное брожение, и люди испытывали это воздействие. Прорывалась наружу бурная энергия, заставлявшая англичан устремляться в дальние страны.