Читать онлайн «Шапками закидаем! От Красного блицкрига до Танкового погрома 1941 года». Страница 171

Широкое применение получили огнеметы, термитно-сегментные артснаряды, зажигательные ампулы. В те дни, когда немецкие танки рвались к Москве и когда в дело шли любые средства, чтобы их остановить, были разработаны «огневые мешки». Это были клеенчатые бензостойкие мешки вместимостью 30 литров, которые прямо на аэродромах заполняли вязкой огнесмесью, а затем сбрасывали их вручную с малых высот, используя самолеты У-2.

Основные силы группы армий «Центр» еще были скованы окруженными в районе Вязьмы советскими частями, а брошенные для преследования передовые части оказались слишком слабы, чтобы прорвать новую линию обороны. 15 октября командующий 4-й армией фон Клюге, оценивая обстановку, констатировал, что «психологически на Восточном фронте сложилось критическое положение, ибо, с одной стороны, войска оказались в морозную погоду без зимнего обмундирования и теплых квартир, а с другой – непроходимая местность и упорство, с которым противник обороняется, прикрывая свои коммуникации и районы расквартирования, чрезвычайно затрудняют продвижение наших, пока еще слабых, передовых частей».

Бок в своем дневнике вынужден был признать, что преследование не имело успеха, на который он рассчитывал. «В общей сложности все это можно оценить только как ничто. Расчленение боевых порядков группы армий и ужасная погода привели к тому, что мы сидим на месте. А русские выигрывают время для того, чтобы пополнить свои разгромленные дивизии и укрепить оборону, тем более что под Москвой в их руках масса железных и шоссейных дорог. Это очень скверно!»

23 октября немцы возобновили наступление в полосе 16-й армии и 27-го числа взяли Волоколамск. Удержать город советским войскам не удалось не из-за значительного превосходства противника в людях и технике, а вследствие неумелых действий командования. Генерал Панфилов поставил на наиболее угрожаемое направление не самый боеспособный, а самый слабый из полков дивизии, который еще не закончил формирования. А Рокоссовский не использовал для подкрепления панфиловцев кавкорпус Доватора, находившийся на пассивном участке фронта. Кроме того, в этих боях 16-я армия оставила немцам 62 из 125 полевых и 60 из 73 противотанковых орудий только потому, что пехота не прикрывала толком артиллерию.

Как отмечал начальник артиллерии армии генерал-майор В.И. Казаков, в ходе боевых действий на волоколамском направлении «артиллерия совершенно не имела потерь от танков и имела совершенно незначительные потери от авиации противника… как в личном составе, так и в материальной части до тех пор, пока не понесла тяжелых потерь от пехоты и автоматчиков противника, зашедших на фланги и в тыл боевых порядков артиллерии. При нормальном наличии нашей пехоты для прикрытия орудий артиллерия не имела бы таких тяжелых потерь, а противник имел бы большие потери в танках и пехоте…».

Особо ожесточенные бои развернулись на можайском направлении, которое обороняла 5-я армия. Основную тяжесть боев здесь вынесла 32-я дивизия полковника В.И. Полосухина, занявшая позиции на западных подступах к городу в районе Бородинского поля. Дивизию поддерживали 18, 19 и 20-я танковые бригады, имевшие еще в общей сложности 53 машины. Они четверо суток сдерживали 40-й мотокорпус генерала Штумме, но 16 октября немцы глубоко охватили фланги и вышли в тылы дивизии. Дело дошло до рукопашной схватки в расположении командного пункта армии, в ходе которой был ранен генерал Лелюшенко. «Под Бородином полки мотопехотной дивизии СС «Рейх» и «бригады Гауэншильда» из состава 10-й танковой дивизии впервые померились силами с сибиряками… – пишет немецкий историк. – Сибиряки располагали сильными частями ПВО и противотанковыми пушками, но самое главное – имели на вооружении большое количество 76-мм многоцелевых орудий. Они сражались стойко. Никогда не впадали в панику – не сдавали ни пяди земли без ожесточенной драки. Они убивали и умирали. Битва шла не на жизнь, а на смерть… Ад полыхал на земле. Потери оказывались огромными, вплоть до того, что 3-й пехотный полк мотопехотной дивизии СС «Рейх» пришлось расформировать. Командир дивизии генерал Хауссер получил тяжелое ранение. Ряд за рядом покрывали землю уже не способные сражаться солдаты – танкисты в черных комбинезонах, гренадеры в рваной полевой форме и военнослужащие войск СС в полевом камуфляже. Мертвые, тяжело раненные, обожженные или забитые до смерти. С обеих сторон воюющие зверели – все забыли слово «пощада».

В командование 5-й армией вступил генерал Л.А. Говоров. 18 октября, несмотря на категорические приказы и требования командующего и Военного совета Западного фронта, Можайск пал. Неоднократные попытки вернуть город не дали положительных результатов. В связи с этим Жуков потребовал от командования 5-й армии «безжалостно расстрелять» тех, кто «самовольно оставил фронт», «не останавливаясь перед полным уничтожением всех бросивших фронт». И не останавливались: за отход без приказа из района Рузы частей 133-й стрелковой дивизии перед строем были расстреляны ее командир полковник А.Г. Герасимов и бригадный комиссар Г.Ф. Шабалов.

Не знаю, что больше помогло, жуковские советы или переданные Говорову две дивизии и 22-я танковая бригада подполковника И.П. Ермакова, но фронт на этом направлении на какое-то время стабилизировался. Пополнились боевыми машинами и другие соединения. 23 октября в состав армии прибыли 82-я мотострелковая дивизия и 25-я танковая бригада, теперь в распоряжении Говорова было 4 дивизии и 5 танковых бригад. К 31 октября противник был остановлен.

На защиту Малоярославца в полосе 43-й армии были брошены 312-я стрелковая дивизия, курсанты подольского пехотного и пулеметно-артиллерийского училищ, шесть артиллерийских полков, полк реактивной артиллерии, семь отдельных огнеметных рот, два батальона запасного полка. Рубежи западнее города были заранее оборудованы и имели долговременные огневые точки. В общем, у командующего армией генерал-лейтенанта С.Д. Акимова было вполне достаточно сил и средств для того, чтобы отбить наступление одной моторизованной и одной пехотной дивизии 57-го мотокорпуса. Но все попытки сдержать продвижение противника в этом направлении оказывались тщетными. Тогда по приказу командования Западного фронта 13–14 октября был предпринят контрудар силами 110-й и 113-й стрелковых дивизий. Однако и он оказался безуспешным. Не изменил положения и дополнительный ввод в сражение 53-й стрелковой дивизии, 9-й танковой бригады полковника И.Ф. Кириченко и 17-й танковой бригады майора Н.Я. Клыпина.

Общее представление об организации и ходе этих боев может дать справка начальника штаба 43-й армии:

«8.20. 16.10. 12 стрелковому полку приказано наступать в направлении Черкасово, Большая Шубинка с целью восстановить положение на левом фланге Подольского пехотного училища с одновременным уничтожением противника в районе Черкасово. Полк эту задачу не выполнил. Продолжал топтаться вокруг Черкасово…»;

«…17.10. 17.00. 8 тяжелых танков и 6 средних танков с мотопехотой атаковали из Черкасово 12 стрелковый полк и прорвали фронт. 12 стрелковый полк, как доложили делегаты Штарма, разбежался и не принял боя»;

«В связи со сложившейся обстановкой и необходимостью ликвидировать прорыв командарм генерал-лейтенант Акимов в 4.00. 17.10 отдал 53 стрелковой дивизии приказ: в течение 17.10, подчинив себе Подольское пехотное училище, 108 запасной полк, восстановить положение на левом фланге… Приказ этот командиром 53 сд выполнен не был.

В 12.00. 17.10 новый командарм генерал Голубев подтвердил этот приказ и потребовал его выполнения. Командир 53 сд доложил, что приступил к выполнению, но, как оказалось впоследствии, только отдал приказ, а войска оставались на месте»;

«223 стрелковый полк 16.10 самовольно оставил фронт в районе Каверино и вошел в Доброе восточнее Малоярославца. Командир полка и комиссар полка расстреляны»;

«17.10 прибыла батарея «РС», которая дала один неудачный залп. Стреляли они по деревне Черкасово, но туда не попали, а попали в нашу пехоту и убили 7 красноармейцев».

Недостаточно гибкое управление войсками, плохое взаимодействие между родами войск привели к тому, что немцам удалось прорваться севернее города на Боровск; большинство подольских курсантов погибло, приняв на себя основной удар. Разбитые советские части отошли к Наро-Фоминску и на рубеж реки Протва. 17 октября в командование 43-й армией вступил генерал-майор Голубев.

18 октября немецкие танки ворвались и в Малоярославец. Однако в донесении 57-го германского мотокорпуса за этот период сообщалось, что «последние бои за овладение русскими позициями были самыми ожесточенными за весь период кампании в России, так как противник оказывает яростное сопротивление…». Поскольку немецкие подвижные силы сильно оторвались от своей пехоты, резко возросли потери в танках. 20-я танковая дивизия потеряла безвозвратно 43 танка. В общей сложности к 16 октября 4-я танковая группа насчитывала 710 танков. Причем речь здесь идет об имеющихся в наличии машинах, боеготовых было гораздо меньше.