Читать онлайн «Шапками закидаем! От Красного блицкрига до Танкового погрома 1941 года». Страница 128

Особенно тяжелое положение сложилось на флангах Западного фронта. На северном крыле танковая группа Гота нанесла удар в полосе 11-й армии и частично в стыке между Северо-Западным и Западным фронтами. Не встретив здесь организованного сопротивления, немцы форсировали Неман и глубоко охватили войска 3-й советской армии. Одновременно с фронта армию генерала В.И. Кузнецова атаковали пехотные соединения 9-й армии генерал-полковника Штрауса. Так, против 56-й стрелковой дивизии, которая обороняла полосу шириной 40 км, наступал 8-й армейский корпус в составе трех дивизий.

Положение частей 3-й армии усугублялось трудностями организации управления, так как проводная связь была нарушена в первые же часы, а радиосвязь организовать не удалось. Противник беспрестанно бомбил Гродно, где находился штаб армии, все узлы связи были разрушены. Управление войсками осуществлялось только через делегатов связи, поэтому соответствующим было и качество этого управления. С фронтом штаб армии не имел никаких контактов в течение двух суток. Генерал Кузнецов не имел понятия и об обстановке на своих флангах, так как связь с соседями также отсутствовала.

Вследствие того, что войска, поспешно выдвигавшиеся к границе согласно планам прикрытия, не успели мобилизовать автотранспорт и не могли взять необходимых запасов, быстро стала сказываться нехватка боеприпасов и горючего.

Основные бои разгорелись в районе Августов, Гродно. В районе Гродно, прикрывая неудержимый отход соединений 4-го стрелкового корпуса, сражался 11-й механизированный корпус генерал-майора Д.К. Мостовенко, имевший в своем составе 414 танков. Командующий армией поставил корпусу задачу нанести удар северо-западнее Гродно, уничтожить наступающего противника. К этому моменту соединения мехкорпуса были рассредоточены на большом пространстве. Непосредственно в районе Гродно находилась только 29-я танковая дивизия полковника Н.П. Студнева; 33-я танковая дивизия, которой командовал полковник М.Ф. Панов, не укомплектованная боевыми машинами, была сосредоточена в 40 км от района предстоящих боевых действий. 204-я механизированная дивизия полковника А.М. Пирогова и штаб корпуса располагались в Волковыске. 22 июня 11-й механизированный для нанесения контрудара смог привлечь лишь 29-ю танковую дивизию. Другие соединения и части корпуса вступали в бой с ходу, по мере их прибытия в район боев.

В первой половине дня они вели ожесточенное сражение с 20-м армейским корпусом противника в 15 км западнее Гродно. 29-я танковая дивизия, развернувшись на 6-километровом фронте, атаковала немцев и отбросила их на 6–7 км к западу. Однако добиться больших результатов корпус в течение дня не смог и поставленной задачи не выполнил. Произошло это главным образом потому, что противник наносил сильные авиационные удары по боевым порядкам соединений, а советская авиация не смогла прикрыть свои войска. Кроме того, корпус вел боевые действия без поддержки пехоты и артиллерии, так как из-за отсутствия тягачей она была оставлена в районах дислокации. И хотя у немцев на данном направлении вовсе не было танков, потеряв множество боевых машин от ударов пикировщиков и противотанковой артиллерии, советские танкисты вынуждены были отступить. Согласно донесению разведотдела 9-й армии Вермахта, в первый день войны под Гродно было подбито 180 советских танков.

В это время соседка справа – 11-я армия генерала Морозова – отходила на Каунас и Вильнюс, обнажая правый фланг 3-й армии. К исходу дня угроза охвата флангов армии и прорыва немецких войск к переправам через Неман у Лунно и Мостов стала вполне реальной. Поэтому в ночь на 23 июня командарм принял решение отвести войска на рубеж рек Котра и Свислочь. Предполагалось создать сплошной фронт обороны восточнее и южнее Гродно. К утру 23 июня советские части оставили город. Чтобы замедлить темп вражеского наступления, саперы взорвали мосты через Неман и железнодорожную насыпь. В течение всего дня соединения 11-го мехкорпуса, прикрывая отход армии, сдерживали атаки немцев южнее города. К вечеру части 56, 85 и 27-й стрелковых дивизий закрепились на рубеже юго-западнее и южнее Гродно.

За эти два дня 3-я танковая группа продвинулась в глубь советской территории на 100 км. Так как войска генерала Морозова отходили на северо-восток, а соединения генерала Кузнецова – в юго-западном направлении, между советскими фронтами образовался 120-километровый разрыв, который был использован Готом для развития наступления на минском направлении.

Прикрывавшая левое крыло Западного фронта 4-я армия генерал-майора Коробкова также оказалась в неблагоприятной обстановке. В полосе этой армии противник развернул 20,5 дивизии, или свыше 40 % всех сил группы армий «Центр», не менее половины артиллерии, инженерных и других средств усиления. В первом эшелоне немецкой ударной группировки находились три армейских корпуса, а также 24-й (генерал фон Гейер) и 47-й (генерал Лемельзен) мотокорпуса танковой группы Гудериана. Второй эшелон составляли 46-й (генерал фон Фитингоф) моторизованный корпус, дивизия СС «Рейх» и пехотный полк «Великая Германия». Здесь находился и резерв группы армий «Центр» – одна пехотная дивизия.

Таким образом, на брестско-минском направлении немцы создали мощную почти 460-тысячную группировку, имевшую 1021 танк и штурмовое орудие, 5953 орудия и миномета.

В 4.15, по окончании артиллерийской подготовки, войска первого германского эшелона начали форсирование Западного Буга. Главный удар немцы наносили на участке Янув – Подляски – Славотыче, то есть во всей полосе 4-й советской армии, охватывая Брестский район. Танковые соединения Гудериана переправлялись через реку по обе стороны Бреста. 12-й армейский корпус, составлявший центр ударной группировки, наступал на Брест.

Переправы через Буг немецкие штурмовые группы захватили еще до начала артподготовки. И вновь встает перед нами вопрос о мостах. В полосе армии Коробкова было шесть мостов, которые после раздела Польши стали пограничными, и потому в мирное время ими никто не пользовался. Германская сторона по понятным причинам не ставила вопрос об их уничтожении. Но и советская сторона этот вопрос не поднимала. «Взрывать мосты на границе с государством, подписавшим с нами договор о ненападении, было как-то противоестественно», – объясняет нам бывший начальник штаба 4-й армии. Не могли мемуаристы хрущевских времен написать, что сами собирались мыть сапоги в Висле. Вот и приходилось генералам и маршалам выставлять самих себя в 1941 году инфантильными институтками, которые, с одной стороны, чувствуют, что «фашистский зверь уже изготовился к своему коварному прыжку», а с другой – «…не желая проявить бестактность по отношению к немцам, мы не решались даже минировать переправы».

Все эти мосты были захвачены немцами, и в короткие сроки через них переправилось огромное количество войск. Кроме мостовых переправ, использовались броды, лодки, плоты. Отдельные группы танков, снабженные специальными приспособлениями, позволявшими преодолевать водные рубежи глубиной до 4 метров, перешли на восточный берег Буга по дну реки.

Северо-западнее Зачопки реку форсировали дивизии 43-го и 9-го армейских корпусов. Им безуспешно пытались противостоять уже потрепанные части 49-й стрелковой дивизии и пулеметно-артиллерийские батальоны.

17-я танковая (генерал-майор фон Арним) и 18-я танковая (генерал-майор Неринг) дивизии – 47-го мотокорпуса – преодолели Западный Буг на участке Зачопки, Мокраны и, не встречая сопротивления со стороны ошеломленных подразделений 6-й стрелковой дивизии РККА, начали развивать наступление в направлениях Лыщицы, Мотыкалы.

3-я танковая (генерал-лейтенант Модель), 4-я танковая (генерал-майор Лангерман) и 1-я кавалерийская (генерал-лейтенант Фельдт) дивизии – 24-го мотокорпуса – к 7 часам форсировали Западный Буг на участке Кодень, Домачево. Их удар пришелся по подразделениям советской 75-й стрелковой дивизии. Отбросив их, немцы повели наступление в обход Бреста с юго-востока.

Война застала войска 4-й армии врасплох. В первые же часы большие потери от воздействия германской артиллерии и авиации понес основной состав гарнизона Брестского укрепрайона.

Брестская крепость как фортификационное сооружение давно утратила свое значение. Ее постройки использовались для размещения войск и складов в мирное время. Оборона крепости не предусматривалась. Но поскольку нападение Гитлера не «планировалось», а войск в Западную Белоруссию собрали много, грех было не воспользоваться «богатейшим казарменным фондом». Поэтому в крепости разместились две стрелковые дивизии и многочисленные части окружного подчинения: военный госпиталь, инженерный полк, автохлебозавод и батальон конвойных войск, обеспечивавший депортацию «враждебных элементов». В случае военных действий гарнизон должен был выходить в районы сосредоточения, организованно занимать оборону на подготавливаемых позициях в 62-м Брестском укрепленном районе и готовиться к нанесению «контрударов». Какое-либо противодействие противника при этом не предусматривалось.