Читать онлайн «Великая война не окончена. Итоги Первой Мировой». Страница 86

Ее брат граф Маунтбеттен обратился к британскому королю. Афины отправили коммандера Джеральда Тэлбота, представлявшего малоизвестную тогда британскую секретную службу. Именно в тот момент, когда он убеждал главу военной хунты отпустить принца, в порт вошел британский военный корабль «Калипсо». Это показалось греческой хунте убедительным аргументом. На британском корабле в деревянном ящике для фруктов вывезли из Греции всю семью, в том числе десятимесячного Филиппа, будущего герцога Эдинбургского, мужа британской королевы Елизаветы II.

А Мустафа Кемаль сверг монархию и в октябре 1923 года основал современную Турцию на принципе отделения церкви от государства и на законах, позаимствованных у разных европейских стран. Он стал первым президентом страны и принял имя Ататюрк – «отец нации».

Он хотел подвести черту под прошлой враждой с Европой. Вспоминая о Первой мировой, сказал в 1933 году:

– Мы не видим разницы между джонами и мехметами. Теперь они лежат бок о бок в нашей земле. Матери, которые отправили сюда своих сыновей из дальних стран, утрите слезы. Ваши сыновья мирно покоятся на нашей груди.

Турция осталась самым мощным государством в регионе. Но, похоже, Турция сама не знает: европейская ли она страна, как того хотел Ататюрк? Или исламская, как того хотят турецкие исламисты? Или же некий конгломерат и того и другого, пантюркистское образование с европейским фасадом, как считают турецкие националисты?

Османская империя хотела стать частью Европы, но ей этого не позволили. Старый Свет, мыслящий категориями крестовых походов, так и не признал, что в его границах может существовать исламское государство. Турки обижаются: Европейский союз намерен остаться исключительно христианским клубом. Отторжение Турции объясняется прежними военными столкновениями исламского и христианского миров.

В 1863 году, когда австрийские солдаты остановили турок у ворот Вены, венские пекари отметили это радостное событие тем, что испекли круассаны – булочки в форме полумесяца – исламского символа Турции. С тех пор круассан – неотъемлемая часть европейского завтрака.

Турки поддерживают особые отношения с Соединенными Штатами. После того как Европейский союз отказался принять Турцию в свои ряды, премьер-министр Турции поехал в Вашингтон – жаловаться на злокозненных европейцев. Американцы обеспокоены тем, что, если Европа будет отвергать Турцию, она станет исламизироваться, поэтому Америка настаивает на том, чтобы с Турцией обращались как с европейским государством.

По территории Турции пролегло несколько линий разлома – между турками и курдами, между суннитами и шиитами. Есть раскол еще более фундаментальный. Кемаль Ататюрк провел на развалинах Османской империи революцию сверху. Модернизировал города, оставив деревню практически без внимания. Ататюрк и не пытался создать единое национальное сознание. Эта идеология не нашла отклика среди крестьян. Результат: раскол нации, создание двух культур – сельской, традиционалистской и недоразвитой, и городской, модернистской, развитой.

В последние годы турецкие города заполнились выходцами из деревни, это горючий материал, эти люди поддерживают исламистов. Одни турки злятся, видя пренебрежение со стороны Европы. Другие смотрят на это холодно-расчетливо. Раз Европа не хочет нас принимать, то Турция может считать себя свободной от необходимости соблюдать европейские правила поведения.

Ататюрк добился уменьшения влияния ислама в общественной жизни, но за этим не последовали реформы, которые привели бы к модернизации, как это происходило в Европе, где религия была отделена от государства. Политический ислам в Турции достаточно влиятелен и уступает только армии.

Борьба за будущее Турции продолжается. Генералы считают, что они в силах предотвратить торжество ислама, не допустить отдаления страны от Европы. Но всякий раз, когда армия вмешивается в политику, это наносит вред демократии и отдаляет Турцию от Европы.

Падение Оттоманской империи (крупнейшего в ту пору исламского государства) в результате Первой мировой войны имело еще одно важное последствие. Мусульманские радикалы стали думать о воссоздании исламского халифата, всемирного исламского государства, в котором все подчиняются шариату (исламскому праву). Уже в наши дни на Ближнем и Среднем Востоке исламисты возьмутся исполнить эту мечту силой оружия.

Британские войска под командованием лорда Эдмунда Алленби одолели турок, под властью которых находился Ближний Восток. 30 октября 1918 года для Оттоманской империи Первая мировая закончилась подписанием в порту Мудрос на греческом острове Лемнос соглашения о перемирии. Империя потерпела поражение. Судьбу находившихся под ее управлением народов и территорий определили победители, в первую очередь Англия.

5 декабря 1916 года премьер-министром Великобритании стал Дэвид Ллойд Джордж, решительный человек с репутацией борца за справедливость, министром иностранных дел – потомственный дипломат лорд Артур Джеймс Бальфур.

Бальфур был философом и спортсменом, обожал теннис и гольф. От отца он унаследовал состояние, которое сделало его одним из самых богатых людей в стране, от матери, происходившей из знаменитого аристократического рода, – традицию служения империи. Женщина, в которую он был влюблен, умерла от тифа. Он никогда не женился, хозяйство вела его сестра, посвятившая жизнь брату.

31 октября 1917 года на заседании британского кабинета министров обсуждалось будущее Палестины, принадлежавшей Оттоманской империи. Правительство постановило, что после войны Палестина станет британским протекторатом и еврейский народ получит право начать там новую историческую жизнь. Лорду Бальфуру поручили уведомить об этом решении сионистов – евреев, мечтавших вернуться в Палестину, откуда их когда-то изгнали.

Знаменитая декларация Бальфура от 2 ноября 1917 года – это его письмо лорду Уолтеру Ротшильду, президенту Сионистской федерации Великобритании: «Я очень рад уведомить Вас о полном одобрении правительством Его Величества целей еврейского сионистского движения, представленных на рассмотрение кабинета министров. Правительство Его Величества относится благосклонно к созданию в Палестине национального очага для еврейского народа и сделает все, от него зависящее, чтобы облегчить достижение этой цели».

Для Ллойд Джорджа, глубоко религиозного человека, возвращение евреев в Палестину было исполнением воли Бога:

– Я знаю историю евреев лучше, чем историю моего народа. Я могу перечислить всех царей израильских. Но я едва ли вспомню дюжину английских королей.

Премьер-министр пережил страшную трагедию – погибла его любимая дочь. Это еще больше настроило Ллойд Джорджа на религиозный лад. Он обещал сделать все, чтобы Палестина стала государством евреев. Для лорда Бальфура Библия тоже была живой реальностью. Он повторял, что христианский мир в неоплатном долгу перед еврейским народом, изгнанным из Палестины.

Но формула «национальный очаг» осталась непонятной. Англичане обещали помочь евреям создать собственное государство? Или всего лишь обеспечить им автономию в Палестине? В Лондоне не спешили отказаться от права управлять этой землей.

Говорят, что англичане в принципе не имели права делить чужую землю и отнимать Палестину у арабов, что Израиль – чужеродное тело в сердце арабского мира.

Державы-победительницы считали, что итогом мировой войны должно стать предоставление независимости народам, томившимся под чужим игом. Благодаря этому появились такие арабские страны, как Ирак, Сирия, Ливан… Ни сирийцы, ни иракцы, ни ливанцы не возражали против того, что европейские державы таким образом распорядились их судьбами.

25 февраля 1916 года в Петрограде министр иностранных дел Сазонов принял британского дипломата Марка Сайкса и бывшего генконсула Франции в Бейруте Франсуа Жорж-Пико. Они представили русскому министру карту будущего переустройства турецких владений.

«Сэр М. Сайкс своим открытым характером, основательными познаниями и явным благожелательством к России произвел на министра самое лучшее впечатление, – отмечено в дневнике МИД. – Нельзя сказать того же самого о г-не Пико, который показался С.Д. Сазонову несколько узким в своих воззрениях с известным клерикальным оттенком».

Через несколько дней к Сазонову пришли британский посол Джордж Бьюкенен и сэр Марк Сайкс – говорить о будущем Палестины. Сайкс сказал: «Английские евреи допускают возможность установления европейского контроля над Палестиной; они помирятся также и с мыслью об английском генерал-губернаторе, но будут для себя требовать свободы колонизации в Палестине. Евреи вообще будут добиваться возвращения им родины после войны…»

Сазонов заметил, что «Россия не относится к сионизму отрицательно и русское правительство, наоборот, сочувствовало бы водворению иудеев в Палестине».