Читать онлайн «Крах плана «Барбаросса». Сорванный блицкриг. Том II». Страница 78

Для обеспечения левого фланга от просачивания мелких групп противника через болото Свитский Мох занять стр. взводом Морозово, Усты Романовские и подготовить для движения тропу Свиты, Клины.

Граница слева прежняя.

242-й сд, с прежними средствами усиления, упорно оборонять район выс. 200,8, Орлово, Шелепы, Шестаки [17 км юго-юго-вост. – 25 км юж. Черный Ручей], имея сильное боевое охранение на линии Орлово, Стар. Морохово, Нов. Морохово, 500 м зап. Ерхово, Шелепы и передний край – Спиричено, Есенная, выс. 220,0, Лосиные Ямы, роща зап. Починок 2-й. Основная задача – не допустить прорыва пехоты и танков противника в направлении Долгое и прочно обеспечить стык с 251-й сд.

Граница слева прежняя.

251-й сд, с прежними средствами усиления, упорно оборонять район выс. 228,0, Ольховка, Ильино, имея боевое охранение на линии Шелепы, Шанино, 1 км зап. Сеченки, зап. окр. Городно и передний край основной оборонительной полосы – сев. опушка леса южн. Починок 2-й, зап. скаты выс. 220, 0, Сеченки, Бол. Репино, Ольховка. Задача – не допустить прорыва пехоты и танков противника в направлении Гордеенки с направления Славинка, Карпово и обеспечить стык с 244-й сд.

Граница слева прежняя.

162-я сд, без одного сп – резерв. Обеспечивая левый фланг армии, продолжать укрепление рубежа выс. 216,3, Подъезжалово, Крапивня, Лукашево. Во взаимодействии с 251-й сд подготовить контрудар в направлении Крапивня, Гордеенки и Половики, Львово.

ОРБ (отд. разв. б-н) армии – арм. резерв – к 15 сентября закончить доукомплектование и быть в готовности к выполнению боевых задач.

Командирам дивизий иметь в своем резерве не менее усиленного стрелкового батальона.

Начальнику инженерных войск армии выделить 251-й сд для усиления противотанковой обороны левого фланга армии 1000 ПТ мин. Подготовить плотину на р. Вотря район Погорельцы и в районе Лелимово на р. Осотня.

Командирам дивизий, полков и батальонов обратить особое внимание на оборудование наблюдательных и командных пунктов (надежность укрытия и возможность вести наблюдение и управление в любых условиях боевой обстановки).

Произвести окапывание и маскировку боевого обоза (повозок, лошадей, полевых кухонь, автомашин, зарядных ящиков).

Задача артиллерии (см. приказ № 057).

КП – 2 км сев.-вост. Подзайцево [14 км юго-юго-вост. Черный Ручей]»44.

Как видно из обоих приказов, оперативные формирования обороны 19-й и 30-й армий просто копировали многие из тех же недостатков, типичных для Западного фронта в целом, хоть в меньших масштабах. Армия Конева развертывалась только одним эшелоном стрелковых дивизий: четыре стрелковые дивизии (244, 166, 89 и 50-я) в первом эшелоне, каждая с собственной полосой обороны, и одна стрелковая дивизия (91-я) предназначалась для резерва армии. Однако в целях увеличения линии обороны в глубину Конев распорядился, чтобы его силы возвели два оборонительных рубежа, первый вдоль передового края и второй вдоль рек Вопь и Вотря, 10–12 км восточнее. Затем, направив 101-ю танковую и 64-ю стрелковую дивизии к фронту для создания резерва, Конев сформировал небольшой резерв противотанковых сил, сформированный на базе 874-го противотанкового артиллерийского полка.

Конев использовал опыт, накопленный в ходе отражения контратак 7-й танковой дивизии в середине августа, направив три батареи 874-го противотанкового артиллерийского полка в 89-ю и 50-ю стрелковые дивизии для создания противотанковых опорных пунктов, развернутых вдоль потенциально самых опасных направлений танковых атак противника.

Поскольку 30-я армия Хоменко была значительно слабее 19-й армии Конева, ее линия обороны была еще более уязвимой. Хоменко также ограничился одним эшелоном обороны, развернув 250, 242 и 251-ю стрелковые дивизии на передовых линиях, кавалерийская группа Доватора прикрывала правый фланг армии, 162-я стрелковая дивизия составила резерв армии, но с задачей обороны левого фланга армии, примыкавшего к 19-й армии. Хотя Хоменко переподчинил свою 107-ю танковую дивизию Тимошенко в целях использования ее в качестве резерва фронта, после она была развернута таким образом, чтобы иметь возможность оборонять правый фланг армии. Кроме того, что части передовых дивизий 30-й армии составили вторую полосу обороны, по-видимому, речь шла о полке или нескольких батальонах, Хоменко использовал усиленный разведывательный батальон своей армии для пополнения резерва.

Располагая весьма ограниченным количеством танков, а также средствами противотанковой обороны, как покажут будущие события, ни 19-я, ни 30-я армия не были способны выставить адекватную защиту в случае наступления совместных, включавших и танковые дивизии, сил немцев. Например, когда группа армий «Центр» приступила к реализации операции «Тайфун», то есть начала наступление на Москву 1 октября[13], 3-я танковая группа бросила три свои танковые дивизии (1, 7 и 6-ю) на прорыв обороны 242-й и 251-й стрелковых дивизий на левом фланге 30-й армии. Вследствие слабой противотанковой обороны и полного отсутствия танков оборона Хоменко, не выдержав натиска противника, тут же рухнула.

Кроме острой нехватки противотанковых подразделений и соответствующего вооружения, а также танковых сил в армиях Западного фронта, Тимошенко имел и массу других проблем. Как показали предыдущие бои с противником, офицерские кадры не располагали необходимой оперативно-тактической подготовкой и оказались не в состоянии организовать элементарные операции, как наступательные, так и оборонительные. К началу сентября, как свидетельствуют операции армий Конева и Рокоссовского, фронт и его армии все же в некотором смысле продвинулись на пути устранения описанных недостатков, однако ценой колоссальных потерь личного состава. Но, невзирая на имевшиеся улучшения, в ходе тщательного анализа уже проведенные и проводимых Тимошенко, его командующими армиями, а также различными управлениями и отделами их штабов операций, вскрылось множество и других проблем, которые только предстояло преодолеть для коренного улучшения ведения боевых действий Красной армией. И самими серьезными из них была некомпетентность разведки на всех уровнях и неумение организовать поддержку силами артиллерии.

Пока операции все еще были в стадии реализации, штаб Западного фронта, а также штабы его армий упорно работали над выявлением и устранением вышеупомянутых проблем, обобщая и анализируя боевой опыт, и работа эта продолжилась до самого конца войны. Два документа из многих наиболее наглядно представляют описанный процесс. Первый, постановление Военного совета 30-й армии Хоменко от 6 сентября, где перечислены проблемы, связанные с разведкой:

«6 сентября 1941 г. Действующая армия

Несмотря на целый ряд совершенно исчерпывающего порядка приказов и распоряжений об организации и ведении непрерывной войсковой разведки и наблюдения за противником (за полем боя), до сего времени в частях и соединениях состояние войсковой разведки продолжает оставаться неудовлетворительным.

Больше того, имел место целый ряд фактов, говорящих о провале в работе развед. органов, граничащих с изменой Родине и предательством (242-я сд, 251-я сд).

В дивизиях, как правило, вместо кропотливой, повседневной работы над подбором личного состава развед. органов, над его воспитанием и ежечасным продуманным использованием, имея постоянную цель: разгадывать состояние противника, его намерения, находятся люди, легко относящиеся к вопросам разведки.

Используют развед. органы, разведчиков, как и всякие пехотные подразделения в составе того или иного полка. Такое положение – по существу банкротство в области войсковой разведки – возможно объяснить только:

1. Бездеятельностью командиров и комиссаров дивизий, начальников штабов и комиссаров штабов дивизий и руководящих лиц, непосредственно ведающих развед. службой в отношении постановки дела разведки на принципиальную высоту. Без налаженной разведки какая бы то ни была операция, в каком бы то ни было виде боя (наступление или оборона) всегда проводится вслепую и чаще всего обречена на неуспех, в результате бессмысленные жертвы.

2. Недооценкой со стороны командиров и комиссаров штабов всех степеней, а также полит. органов значения войсковой агентурной разведки в действующей армии.

Военный совет армии, предупреждая командиров и комиссаров частей и соединений, начальников штабов и воен. комиссаров штабов, требует безоговорочно этой расхлябанности положить конец.

Военный совет решил:

1. Обязать нач. штаба армии полковника Виноградова, военного комиссара армии полкового комиссара Сухарева, командиров и комиссаров частей и соединений в корне изменить отношение к делу организации и руководства развед. службой. Разработать в трехдневный срок конкретный план мероприятий по улучшению состояния войсковой и агентурной разведки в армии. План штаба армии представить Военному совету на утверждение. Планы штабов дивизии рассмотреть и утвердить нач. штаба армии и военному комиссару штаба армии; в дивизиях они должны быть подписаны командиром, комиссаром и начальником штаба дивизии; в отношении полков – командирами полков и начальниками штабов.