Читать онлайн «Война США в Афганистане. На кладбище империй». Страница 77

Несмотря на то что у Ирана был стратегический мотив, поддержка им «Талибана» вызвала удивление. Все-таки исторически отношения Ирана и «Талибана» были не очень хорошими. Иран, большинство населения которого составляют шииты, с глубокой озабоченностью в 90-х годах наблюдал за становлением суннитского «Талибана». В октябре 1998 г., например, 200 000 солдат регулярной армии Ирана сосредоточились у афганской границы. «Талибан», в свою очередь, мобилизовал тысячи боевиков, чтобы отразить ожидаемое иранское нападение. Лишь в последние мгновения благодаря усилиям ООН удалось предотвратить войну между Ираном и «Талибаном». Несмотря на такие проблемы, Иран имел вполне близкие отношения с афганским правительством 62. Иран и Афганистан сотрудничали в борьбе с распространением наркотиков в районе общей границы, развивали торговлю, энергетику, поощряли взаимные инвестиции, осуществляли культурные и научные обмены. Иран сыграл также важную роль в Боннской конференции 2001 г. По словам Генерального секретаря ООН Кофи Аннана, ООН плодотворно сотрудничала с Ираном в Афганистане после свержения режима «Талибана»63.

Но перспективы конфликта с Соединенными Штатами, казалось, на время изменили стратегические расчеты Ирана. Есть также прецедент поддержки Ираном экстремистских суннитских группировок. По данным Разведывательного управления Министерства обороны, например, Иран вместе с США поставлял винтовки, мины, ручные противотанковые гранатометы и тяжелые пулеметы Гульбеддину Хекматиару и другим суннитским лидерам, сражавшимся против Советского Союза в 80-х годах 64. Бывший заместитель государственного секретаря США по политическим вопросам Николас Бернс говорил о наличии «неопровержимых доказательств» того, что «оружие поступало от правительства Ирана»65. Кроме того, иранское правительство оказывало помощь таджикским, хазарейским и узбекским группировкам, сражавшимся в 80-х и 90-х годах в северном, центральном и западном Афганистане.

Отметим, что не только Иран и Пакистан поддерживали афганских повстанцев на государственном уровне. Появлялись сообщения о том, что Китай снабжает талибов вооружениями, при этом речь шла о боеприпасах и легком стрелковом оружии 66. EFP, которые, как предполагается, попали в Афганистан из Ирана, могли быть изготовлены по китайской технологии. Но роль китайского правительства была ясна не до конца. Военнослужащий НАТО, специализировавшийся на информационных операциях, сказал мне, что Китай действовал в Афганистане скорее стихийно, чем целенаправленно: «Ведь практически на каждом футбольном мяче или игрушке, которые я покупаю и дарю афганским детям, есть надпись «Сделано в Китае». Ну и какая это информационная операция?»67 Исторически роль Китая в Афганистане была минимальной по сравнению с другими соседними государствами, хотя в 80-х годах он поставлял моджахедам оружие, в частности автоматы АК-47 и 60-мм минометы68.

Ну и наконец, в прессу просачивалась информация о богатых спонсорах из Саудовской Аравии, Объединенных Арабских Эмиратов (ОАЭ) и других государств зоны Персидского залива, предоставлявших помощь боевикам в Пакистане и Афганистане. Правда, до сих пор неясно, как и в какой степени в этом были замешаны правительства этих стран. По меньшей мере в одном отчете Евросоюза и ООН отмечается, что «сокращение финансирования «Талибана» также являлось ключевым»69. Саудовская Аравия была в числе первых государств, признавших режим «Талибана» в мае 1997 г., несмотря на возвращение в Афганистан годом ранее Усамы бен Ладена, убежденного противника саудовского правительства 70. Однако после разрыва с бен Ладеном и – в конце 90-х годов – с «Талибаном» объемы помощи боевикам существенно сократились. После свержения талибов в 2001 г. основным источником финансирования «Талибана» и его союзников стал «закят» (обязательная милостыня, которую мусульмане выплачивают раз в год). Деньги из Саудовской Аравии были для талибов особенно важны, поскольку они использовали их для финансирования мечетей и медресе в Пакистане и Афганистане – важнейших центров поддержки движения и рекрутирования новых боевиков.

Проблемы, которые таят в себе государственные границы, как нам кажется, впервые осознал лорд Керзон оф Кедлстон, в начале XX века занимавший посты вице-короля Индии и министра иностранных дел. Будучи подростком, Керзон упал с лошади и повредил спину, поэтому до конца жизни был вынужден носить под одеждой металлический корсет. Из-за этого создавалось впечатление, что лорд Керзон – высокомерный и суровый человек. В январе 1899 г. он был назначен вице-королем Индии и занимался проблемой восстания в Зоне племен рядом с афганской границей. Выступая с лекцией в Колледже Всех Святых Оксфордского университета в 1907 г., лорд Керзон произнес фразу, которая стала знаменитой: «Границы – это лезвие бритвы, на котором подвешены современные проблемы войны и мира, жизни и смерти государств»71.

Что же касается самого последнего мятежа, то для него границы и поддержка извне были жизненно важны с самого начала. Особенно важным было использование боевиками территории Пакистана; после свержения режима «Талибана» его боевики и члены «Аль-Каиды» массово уходили в Пакистан через покрытые снегами хребты Гиндукуша. В течение следующих нескольких лет они произвели перегруппировку и начали мятеж, направленный на свержение правительства Афганистана. Проблему можно было решить, вынудив правительство Пакистана или враждебные талибам племена – при поддержке Соединенных Штатов – начать борьбу с боевиками в недоступных американцам регионах. Государственный департамент в одном из документов утверждает, что Соединенным Штатам необходимо выступить против движения «Талибан» в Кветте и других районах Пакистана:

«Сопутствующие действия должны включать задержание лидеров «Талибана», его спонсоров и групп оперативной поддержки; оказание давления на власти Пакистана с целью закрытия медресе, студенты которых участвовали в недавних боях в Пашмюле и Панджвае; захват финансовых активов «Талибана» в Кветте; запрет передвижения курьеров между Кветтой, Зоной племен и Афганистаном и закрытие оружейных рынков в районе Кветты. Идеальной была бы акция, проводимая Пакистаном, однако нам стоит рассмотреть возможность проведения односторонней акции или хотя бы пригрозить ее провести, чтобы побудить Пакистан действовать энергично 72».

Почти ничего из предложенного выполнено не было. Например, в 2007 г. американские военные предложили активизировать усилия по привлечению племенных лидеров из Зоны племен к борьбе против «Аль-Каиды» и «Талибана». Предложение делалось к контексте побуждения пакистанской армии к более энергичным действиям против расширяющегося повстанческого движения. Оно содержалось в документе, подготовленном штабом Командования сил специальных операций США (United States Special Operations Command – USSOCOM). Штаб начал активно разрабатывать план после встречи командующего SOCOM адмирала Эрика Ольсена с президентом Пакистана Первезом Мушаррафом и членами военного руководства страны в конце августа 2007 г., на которой обсуждался вопрос углубления сотрудничества Вооруженных Сил США с Пакистаном в области борьбы с экстремистами. В брифинге по итогам встречи отмечалось, что американские военные не будут задействованы в конвенциональных боевых действиях на территории Пакистана, но отряды Объединенного командования специальных операций – элитные контртеррористические подразделения – могут привлекаться к операциям против лидеров боевиков при определенных условиях 73.

Однако никаких операций не было. Все запланированное американцами осталось на бумаге. Соединенные Штаты отказались проводить согласованные действия против «Талибана» и других группировок в Пакистане – особенно в провинции Белуджистан, где находилась внутренняя шура «Талибана» – или оказывать серьезное давление на правительство Пакистана, чтобы заставить его сделать это. По меньшей мере один сотрудник президентской администрации признал, что правительство США не поставило Пакистану условий при предоставлении помощи. Оно не потребовало, чтобы в ответ на выделение денег и вооружений Пакистан оказал помощь при аресте или уничтожении лидеров «Талибана» и других группировок 74. Послы некоторых западных государств, особенно тех, чьи солдаты сражались и погибали в Афганистане, были разочарованы постоянным нежеланием Америки вступать в конфронтацию с Пакистаном 75. При этом находящиеся в Пакистане боевики «Аль-Каиды» постепенно начали по-настоящему угрожать американцам.

Со времени создания в 1973 г. (так в тексте, на самом деле создан в 1979 г. – Прим. пер.) Национальный совет по разведке (НСР) обеспечивал американское руководство материалами о текущих и будущих угрозах национальной безопасности Соединенных Штатов. Офис НСР располагается на засаженной деревьями территории штаб-квартиры ЦРУ, на берегу реки Потомак на севере штата Вирджиния. Члены НСР регулярно собираются для подготовки, быть может, самого важного официального документа: National Intelligence Estimates (NIE) (Национальной разведывательной оценки). Документ содержит оценки и прогнозы американского разведывательного сообщества по широкому кругу вопросов. В 2007 г. представители американских спецслужб встретились, чтобы отработать полный текст документа о террристической угрозе непосредственно территории Соединенных Штатов. Директора ЦРУ, Агентства национальной безопасности, Национального агентства геопространственной разведки и Разведывательного управления Министерства обороны, а также заместитель Бюро по разведке и исследованиям Государственного департамента представили официальные оценки, которые выделяли сильные и слабые стороны документа, а также надежность источников, использованных при подготовке ключевых его выводов. Другими словами, документ проходил всестороннюю проверку американского разведывательного сообщества.