Читать онлайн «Путь зла. Запад: матрица глобальной гегемонии». Страница 60

Как можно заметить, из масонской идеологии непосредственно вытекают идеи Мирового Правительства и Нового Мирового Порядка, который на данный момент создается путем глобализации.

Впрочем, масонство вряд ли можно рассматривать как некую самодостаточную силу со своими целями и задачами. Масонство — это всего лишь достаточно эффективный инструмент, который использовался разными внешними силами для решения своих задач. Об этом свидетельствует хотя бы тот факт, что очень часто действия масонов носили противоречивый и непоследовательный характер, когда их влиятельные представители оказывались по разные стороны баррикад, и в процессе военно–политической борьбы одни из них разрушали то, что создавали другие.

Масонские ложи не могут быть самодостаточными уже хотя бы потому, что для их существования и продуктивной деятельноети нужны деньги, и деньги не малые. Своих значительных финансовых средств у них нет. Они зависят от пожертвований частных лиц. А кто будет спонсировать маргинальные группы, исповедующие, мягко говоря, экзотическое учение с непонятной (даже адептам) символикой и завуалированными пустой риторикой целями? На это может пойти только та сила, которая способна использовать эти объединения «вольных искателей абсолютного совершенства» в своих целях, помещая за бутафорию эффектных ритуалов, непроницаемой таинственности и полумистических умствований четкую программу действий, направленную на достижение вполне прагматических целей. При такой ситуации рядовые «братья» могут быть искренне убеждены в том, что они сообща ищут сакральный абсолют и ведут человечество к свету и счастью, а их духовные пастыри, отрабатывая щедрые денежные пожертвования, могут направлять свою паству в нужном для спонсоров направлении. И для этого вовсе не обязательно проводить черные мессы и пить кровь христианских младенцев, просто «братьям» надо втолковать, что «этот монарх — тиран», «этотсвященник — мракобес», «этот президент — диктатор», а «эта страна — тоталитарная», после таких разъяснений «братья» по собственной воле энергично и целеустремленно начнут бороться с тиранией, мракобесием, диктатурой и тоталитаризмом, получая при этом немалое удовольствие от ощущения собственной значимости и сопричастности к «великому делу». Все эти незначительные сами по себе усилия «маленьких людей» с течением времени создают критическую массу деструктивной энергии, которая в конечном итоге разрушает целые государства. Главное, чтобы происходила постоянная подпитка этого процесса идейно и финансово.

Подобный масштаб деятельности присущ лишь могущественным финансово–политическим кланам Запада, группирующимся вокруг фондов и распространяющим свои интересы на весь мир. По свидетельству Л. Ларуша, на данный момент «существует англо–американское собрание фондов, связанных идеей британского вольного масонства. Но масонство — это только нижний уровень этой структуры. На этом уровне приобретается и осуществляется влияние» [5, с. 29].

Однако необходимо отметить, что после установления в западных странах олигархических режимов для реализации глобального проекта «Нового Мирового Порядка» организационных возможностей масонских лож, судя по всему, оказалось недостаточно. Для дальнейшего развития западной экспансии стало необходимым не только личное, ситуативное влияние отдельных олигархов на некоторых политических деятелей и высокопоставленных государственных функционеров в странах мира, а перманентное, широкомасштабное, скоординированное, идейно оформленное формирование внутренней и внешней политик национальных государств. Перед транснациональной олигархией возникла проблема создания механизма, при помощи которого была бы осуществлена ликвидация «национального суверенитета» всех стран и установление глобальной наднациональной системы управления. Таким механизмом стали западные парамасонские организации, в среде которых и возникла в своем современном виде идея мондиа–лизма[108].

Термин «парамасонство» обозначает совокупность организаций, построенных по образцу масонских лож, которые, сохраняя присущую масонам секретность своих целей и действий, протекционизм, космополитизм и определенную политическую направленность, при этом не используют масонские ритуалы, эзотерические доктрины и инициатические мистерии.

Необходимо отметить, что разветвленная система масонских организаций, в которых состоит на данный момент вся ведущая часть западной элиты, является своеобразной средой, неким пространством, в котором эффективно действуют представители парамасонства[109]. Именно эта среда является одним из главных каналов воздействия парамасонских структур на политиков, государственных функционеров, финансистов, промышленников, журналистов, ученых и т.п. Поэтому принадлежность к любой масонской ложе — это не только свидетельство престижа, но и возможность налаживания личных связей с представителями влиятельных кругов западного общества.

После того как к концу первой трети XX века масонство выполнило свое основное назначение — трансформировало западную монархическо–аристократическую социально–политическую систему в олигархическую, т.е. произвело первичную унификацию Запада, на историческую сцену вышли парамасонские организации.

Когда в конце XIX века мировой финансово–экономический центр постепенно переместился из Великобритании в США, несколько транснациональных олигархических групп сумели взять под контроль или просто захватить в свое владение путем финансовых махинаций ключевые сферы американской экономики: сталелитейную, табачную, нефтяную и т.п. В их руках оказался целый ряд наиболее крупных банковских фирм, контролирующих значительную часть американской экономики.

Таким образом, на рубеже XIX–XX столетий в США возникло мощнейшее собрание фондов, которое возглавлялось такими влиятельными фигурами, как Рокфеллер, Морган, Ламонт, Кун, Леб, Бельмон, Лазарь, Ланденбург, Тальман, Шпейер, Шифф, Зелигман, Гугенхейм и прочие. В обмен на финансовую и организационную поддержку своей избирательной кампании президент Вудро Вильсон в 1912 году отдал этой группе под ее полный контроль финансовую систему Соединенных Штатов. В связи с этим последующие президенты США де–факто стали инструментом воли этих людей. Кроме всего прочего, именно эти олигархические кланы инициировали и финансировали создание влиятельных «парамасонских» организаций, ставших главным инструментом осуществления политики глобализации.

В своей книге «Трагедия и надежда», упоминавшийся ранее доктор Керолл Квигли, анализируя ту ситуацию, которая сформировалась в высших финансовых и политических сферах США, пришел к выводу: «…силы финансового капитализма имеют далеко идущую цель, не менее, чем создание мировой системы финансового управления в частных руках, способную господствовать над политической системой каждой страны и мировым хозяйством в целом. Система должна управляться центральными банками мира в феодальном стиле, действующими сообща, согласно тайным соглашениям, достигаемым во время частных личных встреч и совещаний» [6, с. 141].

Одной из первых указанных организаций стала созданная в 1891 году масонами — сэром С. Д. Родсом (основателем Родезии) и В. Т. Стидом, — группа, получившая в 1909.году название «Круглый стол» (Round Table). Ее члены должны были «оказывать содействие установлению системы беспрепятственной торговли во всем мире и создании единого Мирового Правительства. Инициатива британских олигархов была замечена и по достоинству оценена в Соединенных Штатах. В 1919 году представители американских фондов вышли на контакт с этой организацией для выработки общих целей и координации совместных усилий для их достижения. Результатом этого стало создание целого ряда аналогичных организаций.

«Королевский институт международных дел» («Royal Institute of International Affairs»), также известный как «Исследовательская группа дома Четема» («Chatham House Study Group»), была первой из этих дочерних организаций. Ее основали в 1920 году в Лондоне. Позднее для решения исключительно дальневосточных проблем был создан «Институт тихоокеанских отношений» («Institute for Pacific Relations»). Эта организация с 1925 по 1950 год финансировалась на 77% американскими фондами и активно сотрудничала с «Американским институтом тихоокеанских проблем» («American Institute Pacific Problems»), чей бюджет на 50% наполнялся Фондом Рокфеллера, Корпорацией «Carnegie» и Фондом Карнеги [14, с. 116–117]. Другие общества были организованы в Париже и Гамбурге. Американским партнером Королевского института международных дел стал Совет по международным отношениям («The Council on Foreign Relations»), о котором необходимо рассказать подробнее.