Читать онлайн «Идеология и филология. Т. 3. Дело Константина Азадовского. Документальное исследование». Страница 133

28 сентября 1994 года выдержки из этих документов были напечатаны в «Литературной газете» – в статье под названием «Ряженые». Эту публикацию Щекочихина можно рассматривать как триумф журналистского расследования – версия об участии сотрудников КГБ в деле Азадовских, которой журналист еще в 1989 году посвятил целую газетную полосу, получила наконец документальное подтверждение. Доказательства были неопровержимы.

В конце 1980-х годов КГБ СССР, будучи вынужден реагировать на «обращения граждан», провел не одно собственное расследование. Первая серьезная проверка состоялась в августе – сентябре 1988 года по жалобе Азадовского, поданной на имя В.М. Чебрикова – председателя КГБ СССР, члена Политбюро ЦК КПСС, курировавшего в свое время Пятое управление КГБ. Доклад о проделанной работе был представлен 28 сентября 1988 года. Ознакомившись с ним, председатель согласился со всеми его пунктами и, в частности, с теми предложениями, которые содержались в конце документа. Текст приводится нами полностью, без купюр.

Тов. Чебрикову В.М.

доложено

Дано согласие. Иванков 28.IX.88

В КГБ СССР поступила жалоба от жителя гор. Ленинграда Азадовского К.М., 1941 г. рождения, члена Союза писателей СССР, в которой он обращается к руководству Комитета государственной безопасности с просьбой «пресечь недопустимые противозаконные действия сотрудников УКГБ по Ленинградской области». Заявитель утверждает, что он никогда «не занимался никакой противоправной деятельностью», однако сотрудники УКГБ «в течение ряда лет держат его под контролем… распространяют о нем клеветнические сведения… не дают возможности жить и работать нормально».

Далее Азадовский заявляет, что в 1980 г. он и его жена Лепилина С.И. (в тот период – его сожительница) были необоснованно привлечены к уголовной ответственности за незаконное приобретение и хранение наркотических веществ. По мнению Азадовского, уголовное дело на него и жену формально расследовалось Куйбышевским РУВД Ленгорисполкомов, а «фактически его направляли сотрудники КГБ Володин, Безверхов и Кузнецов». Кроме того Азадовский сообщает о своем подозрении в совершении подлога с наркотиками сотрудниками УКГБ Архиповым и Шлеминым, участвовавшими в декабре 1980 г. в обыске у него в квартире под видом сотрудников милиции.

По указанию руководства КГБ СССР с выездом в Ленинград представителями Инспекторского управления и Следственного отдела КГБ СССР произведена проверка жалобы Азадовского, в ходе которой были изучены все имеющиеся в УКГБ оперативные материалы, по которым в 1961–1986 гг. проходил Азадовский, а также архивные уголовные дела на Азадовского и Лепилину.

Установлено, что Азадовский в 1961–63 гг., будучи студентом филологического факультета ЛГУ, являлся агентом органов КГБ и использовался для изучения иностранцев, прибывших в СССР по линии молодежного туризма, однако в связи с отказом сообщать в КГБ информацию об объектах заинтересованности из агентурной сети был исключен.

В 1967 г. Азадовский попал в поле зрения органов КГБ как лицо, поддерживающее контакты с иностранцами, подозреваемыми в принадлежности к спецслужбам противника, и в том же году взят в разработку по ДГОР «Переправа» с окраской «антисоветская агитация и пропаганда». В ходе работы по ДГОР было установлено, что Азадовский и его близкая связь Славинский на протяжении ряда лет передавали иностранцам произведения «непризнанных» ленинградских поэтов и в устной форме – клеветническую информацию о происходящих в СССР событиях. От иностранцев они получали идеологически ущербную литературу, которую распространяли среди своего окружения. Кроме того Азадовский неоднократно посещал притон для потребления наркотиков, содержателем которого являлся Славинский. В 1969 г. Славинский за содержание притона и сбыт наркотических веществ был осужден к 4 годам лишения свободы. После отбытия наказания он выехал из СССР, в настоящее время является сотрудником радиостанции Би-би-си.

Азадовский на основании легализованных материалов, полученных в процессе этой разработки и следствия по делу Славинского, был профилактирован через общественность и исключен из аспирантуры Ленинградского государственного педагогического института им. Герцена. С 1969 по 1974 г. он проживал и работал в Петрозаводске, где в Карельском педагогическом институте защитил диссертацию. В 1974 г. возвратился в Ленинград и устроился работать заведующим кафедрой иностранных языков Ленинградского высшего художественно-промышленного училища им. Мухиной.

В сентябре 1978 г. в отношении Азадовского заведено дело ДОР «Азеф» с окраской «антисоветская агитация и пропаганда с высказываниями ревизионистского характера». В материалах этого дела имеются данные о том, что Азадовский являлся автором ряда идеологически ущербных литературных материалов, распространял в своем окружении устные измышления, порочащие основателей и руководителей Советского государства, поддерживал связи с иностранцами, в беседах с ними компрометировал проводимые советским правительством внутриполитические мероприятия и активно использовал их для связи с выехавшими из СССР лицами и получения из-за границы идеологически вредной литературы. В качестве посредника для встреч с иностранцами Азадовский использовал свою жену Лепилину, которая по его поручению выезжала в Москву для контактов с сотрудниками дипломатических представительств капиталистических государств.

В процессе работы по ДОР легализованных материалов о проведении Азадовским враждебной и иной противоправной деятельности получить не представилось возможным. Тем не менее руководством 5 Службы УКГБ в октябре 1980 г. было принято решение о реализации этого дела путем привлечения объекта к уголовной ответственности за совершение общеуголовного преступления. Тогда же УКГБ проинформировало Куйбышевский РУВД г. Ленинграда о том, что Азадовский и Лепилина занимаются приобретением, хранением и употреблением наркотических веществ, хотя данных об этом в материалах ДОР не имелось.

18 декабря 1980 г. сотрудниками указанного РУВД проведено задержание Лепилиной с поличным после получения ею от иностранца носильных вещей и 4 гр. наркотика (анаша), что явилось основанием для возбуждения уголовного дела в отношении Лепилиной по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 224 УК РСФСР, ее задержания в процессуальном порядке и проведения обыска по местам жительства Лепилиной и Азадовского. При обыске в квартире Азадовского сотрудниками милиции было обнаружено 5 гр. наркотика (анаша). Кроме того изъяты 10 наименований различных изданных за рубежом книг и проспектов, запрещенных к ввозу в СССР. На следующий день в помещении отделения милиции в карманах дубленки Азадовского было обнаружено еще 0,2 гр. анаши, а при обыске у Лепилиной в кармане ее куртки 0,06 гр. такого же наркотика. Азадовский был арестован, а 27 января 1981 г. уголовное дело на него из дела Лепилиной выделено в отдельное производство.

В ходе следствия и в суде Азадовский виновным себя не признал и заявил, что приобретением и хранением наркотиков не занимался, а обнаруженные у него в квартире и карманах одежды наркотики подложены работниками милиции или попали к нему без его ведома от кого-либо из его знакомых, в том числе, возможно, от Лепилиной С.И.

Лепилина на следствии и в суде признала себя виновной полностью, пояснив, что 18 января 1980 г. получила от иностранца для личного употребления пакет с наркотическим веществом. 19 февраля 1981 г. Куйбышевским райнарсудом Лепилина была осуждена к 1 году 6 месяцам лишения свободы, а Азадовский 16 марта того же года – к 2 годам лишения свободы. Ленинградским городским судом, рассматривавшим указанные дела в кассационном порядке, приговоры оставлены без изменения.

В декабре 1981 г. Сусуманским райотделом УКГБ по Магаданской области по месту отбытия наказания Азадовским на него заведено дело оперативного наблюдения. В ходе работы по делу была поручена информация о том, что Азадовский, находясь в заключении, предпринимал попытки установить связи с лицами, проживающими на Западе, чтобы сообщить им о своем осуждении. Данных о том, что он ведет враждебную работу в местах лишения свободы, не получено. Несмотря на это, в декабре 1982 г. была проведена профилактика Азадовского в форме беседы оперативного работника с последующей постановкой его на учет в 10 группе УКГБ по Магаданской области.

После отбытия наказания в конце 1982 г. Азадовский вернулся в г. Ленинград и установил контакты с рядом иностранцев, с помощью которых намеревался выехать за границу на постоянное жительство. В 1984 г. он получил официальное приглашение из Австрии. В том же году Азадовский обратился с заявлением о разрешении выехать в Израиль. В связи с отсутствием родственников за границей ему в этом было отказано. В мае 1986 г. ДОН в отношении Азадовского было прекращено, так как каких-либо данных о его враждебной деятельности не имелось.