Читать онлайн «Гибель советского кино. Тайна закулисной войны. 1973-1991». Страница 71

Буквально в считаные месяцы нахождения у власти Андропова сдвиги начали происходить во многих сферах жизни общества. Так, в экономике прирост промышленного производства по сравнению с первым кварталом последнего года брежневского правления составил почти 5 процентов, а производительность труда возросла почти на 4 процента. Таких показателей не было более десяти лет. И даже когда в феврале государство повысило цены на товары и услуги примерно на 300 наименований, впервые люди встретили эту новость спокойно. И все потому, что о повышении объявил человек, которому страна доверяла.

Однако с приходом Андропова обострилась «холодная война». Впрочем, этот процесс начался чуть раньше, еще при жизни Брежнева – когда в марте 1981 года к власти в США пришел новый президент Рональд Рейган, который в отличие от своего предшественника демократа-либерала Джимми Картера был республиканцем-государственником. По сути, в Америке при смене власти произошло то же самое, что и в СССР, только чуть раньше: там тоже либерала сменил государственник. Однако если Брежневу и Картеру удавалось находить общий язык и не доводить ситуацию до откровенной конфронтации, то Андропову и Рейгану этого сделать не удалось. Именно при них отношения СССР и США ухудшились настолько, что отбросили их ровно на два десятилетия назад – к временам «карибского кризиса».

Например, при Картере в США практически не снималось откровенно антисоветских фильмов, а если таковые и появлялись, то «фиги» в них были завуалированы: чаще всего под фантастические сюжеты. Так, только за один 1979 год, год подписания венских соглашений по ОСВ-2, на экраны Америки вышли сразу три таких фильма: «Бак Роджерс в XXV веке», «Звездный линкор «Галактика» и «Столкновение звезд». Каким образом в этих фильмах прятались их антисоветские «фиги», можно судить хотя бы по описанию сюжета «Бака Роджерса».

В фильме присутствовали три цивилизации: Федеральный директорат – этакая цитадель цивилизации, огражденная от внешнего мира хитроумной технологией, государство Анархия, которую населяли примитивные обитатели, и империя Дракония – тоталитарное общество, основанное пришельцами с иных планет. Практически с первых же кадров даже малосведущему зрителю было понятно, что Директорат – это США, Дракония – страны социализма, а Анархия – все остальное человечество. Главной составляющей сюжета этой картины служила следующая коллизия: руководители Драконии пытаются обмануть руководство Директората лживыми заверениями о своем миролюбии, но те не поддаются на это и, ввязываясь в схватку с ними, побеждают. После чего несут блага цивилизации населению Анархии.

Что касается советского кинематографа, то и он в 70-е годы откровенно антиамериканских фильмов не снимал. Вместо этого он закупал американские фильмы на социальные темы («Загнанных лошадей пристреливают, не правда ли?», «Топ и Гарри», «Новые центурионы», «Жестокое лицо Нью-Йорка» и др.), которые должны были показать советскому зрителю всю противоречивость и жестокость жизни в капиталистическом мире. Однако фильмов, обличающих политическую систему Америки, советские кинопрокатчики сознательно не покупали. Так, до советского проката так и не дошла самая мощная американская лента подобного рода «Вся президентская рать» (1976) об уотергейтском скандале. Правда, советские кинематографисты сняли похожую ленту «Вся королевская рать» (1971), но это разные вещи: советское кино про американцев и собственно американское кино про самих себя. Так что в 70-е годы, особенно в эпоху разрядки, советские власти соблюдали определенные правила игры на киношном поле.

Между тем в конце 70-х потепление в области искусства между СССР и США достигло той точки, когда кинематографисты обеих стран созрели до совместных кинопроектов. Правда, на этом поприще удалось снять только одну подобную картину: фильм-сказку «Синяя птица» (1977) Джорджа Кьюсака с участием сразу нескольких голливудских и советских звезд. Среди них были: с американской стороны – Элизабет Тейлор, Джейн Фонда, Ава Гарднер, с советской – Георгий Вицин, Олег Попов, Маргарита Терехова. Остальные задуманные ленты совместного производства снять так и не удалось, хотя планы по этой части были поистине грандиозные.

Так, сам Фрэнсис Форд Коппола хотел выпустить советско-американский фильм, посвященный проблемам разоружения. Отметим, что идея подобной картины вышла непосредственно из недр администрации Картера и президент США лично встречался в начале 1979 года с Копполой, чтобы заручиться его поддержкой. Режиссер такое согласие дал: от имени своей фирмы «Зоотроп фильм» он изъявил желание принять на себя финансовое и организационное обеспечение проекта с американской стороны. С нашей стороны за это дело взялось Госкино. Фильм планировалось запустить в следующем году, но события в Афганистане поставили крест на этом проекте.

Похожая история произошла и с фильмом «Мост», который задумал снимать уже советский режиссер Сергей Герасимов. Речь в нем должна была идти о совместном советско-американском строительстве моста через Берингов пролив. Но и на этот проект наложил вето тот же Госдепартамент США (орган, который строго бдит за производством фильмов в Америке) сразу после того, как произошли афганские события.

Свидетельства той хрупкой дружбы, которая существовала на протяжении последних нескольких лет между советской либеральной интеллигенцией и американскими интеллектуалами, были датированы мартом 1981 года. Именно тогда советскому фильму «Москва слезам не верит» Владимира Меньшова была присуждена премия Американской академии киноискусства «Оскар». Тогда же в Нью– Йорке прошел один из последних крупномасштабных показов советских фильмов, во время которого были продемонстрированы несколько картин, в том числе и «Москва слезам не верит». Премьера фильма состоялась сразу в двух кинотеатрах, причем одной из них открылся в Нью-Йорке новый кинотеатр «Плейхаус» – небывалый для Америки случай. «Москва…» была показана в США и по нескольким каналам кабельного телевидения.

Кроме этого, в программу показа был включен фильм Никиты Михалкова «Несколько дней из жизни И. И. Обломова», который заинтересовал американцев не только своими отменными художественными достоинствами, но и идеологией – фильм был откровенно славянофильский: в нем почвенник Обломов противостоял западнику Штольцу. Леность первого олицетворяла собой приверженность эволюционному развитию России, а энтузиазм второго – радикальный реформизм. Симпатии режиссера были явно на стороне первого.

Фильм Михалкова шел девять недель в трех кинотеатрах Нью– Йорка, а всего был показан по стране в пятистах местах (имеются в виду кинотеатры, университеты, музеи, культурные центры). Правда, в широкий американский прокат этот фильм так и не вышел, поскольку вскоре хрупкая американо-советская дружба закончилась и начались совсем иные отношения.

Начал этот процесс новый президент США Рональд Рейган, который сразу после своего воцарения в Белом доме (тот же самый март 1981 года) принялся во всех своих речах на чем свет стоит клеймить Советский Союз. Одновременно с этим Госдепартамент США дал отмашку на запуск в производство фильмов откровенно антисоветского содержания. Одной из первых подобных лент стала уже упоминавшаяся выше комедия «Москва на Гудзоне», где советские люди представали в образах откровенных дебилов (в одной из этих ролей снимался наша бывшая кинозвезда, только-только покинувшая СССР, актер Савелий Крамаров). Американские власти предоставили фильму режим наибольшего благоприятствования (он крутился в нескольких сотнях кинотеатров), что позволило ему стать одним из лидеров кинопроката.

Одновременно с этим на экраны США и других европейских стран вышли еще несколько антисоветских фильмов. Так, режиссер Ж. Шварц (создатель ленты «Челюсти-2») снял шпионский боевик «Энигма» (1982), где речь шла о неких убийцах, направленных КГБ во Францию для совершения террористических акций. Чтобы выведать их планы, лихой американский агент по имени Алекс Холбек (актер Мартин Шин) проникает в Восточный Берлин, пытаясь выкрасть в советском посольстве крайне необходимую ему портативную вычислительную машину.

Еще один антисоветский боевик родил на свет режиссер Теренс Янг (до этого он снял несколько фильмов про Джеймса Бонда). Его творение называлось «Операция «Фоксбэт» (1982) и мало чем отличалось от творения Шварца: те же происки КГБ, те же бравые американские разведчики, которые этим проискам мужественно противостоят.

На этом же поприще создания антисоветских фильмов отметился и знаменитый герой вестернов Клинт Иствуд – в картине «Огненный лис» (1982), где он выступил сразу в трех ипостасях: продюсера, режиссера и исполнителя главной роли. А играл он ветерана вьетнамской войны Митчелла Ганта, который соглашается выполнить специальное задание американской и британской разведок. Гант должен был проникнуть в СССР и угнать оттуда новый военный самолет, способный мгновенно прицеливаться и вести огонь по ракетам противника, как только пилот принимает мысленное решение. В Москву этот агент попадает, замаскировавшись под… торговца наркотиками. Отмечу, что «Огненного лиса» толкали в массы сразу три крупнейшие кинокомпании: «Колумбия пикчерз», «Уорнер бразерс» и «ЭМИ». Естественно, прокат у фильма был всеохватный: Америка и вся Западная Европа.