Читать онлайн «Глобальный человейник». Страница 85

День хаоса

Сложилась своеобразная традиция отмечать День хаоса ежегодно молодежными бунтами. В этот день стихийно собираются толпы молодых людей и ураганом проносятся по улицам городов, громя все, что попадается им на пути и может быть разгромлено голыми руками или тяжелыми предметами. Хотя к этому заранее готовятся силы общественного порядка и все потенциальные жертвы таких погромов (владельцы магазинов, ресторанов, транспортных средств и т.п.), бунты происходят в каком-то отношении неожиданно – молодежь проявляет в этом свои творческие потенции. На этот раз толпы бунтарей громили рестораны, ночные клубы, церкви, помещения общественных организаций и благотворительных обществ, банки.

Мак считает, что власти смотрят на такие бунты сквозь пальцы. Считается, что они дают выход накопившимся негативным страстям. На мой вопрос о перспективах этого движения он ответил, что тут даже о движении нельзя говорить. Хотя такие бунты и происходят регулярно, они все равно остаются случайными по составу участников, не имеют никакой позитивной программы, не накапливают никакого опыта. Единственное, что тут сводит людей вместе, это ненависть к чуждому им миру и стремление разрушить все, что можно, ибо это все – чужое. Попытки возвысить эти стремления до уровня устойчивой идеологии не имели никакого успеха, хотя им не чинили препятствия.

Исследования социологов показали, что участники таких бунтов не обязательно молодые люди, не имеющие работы и средств существования. Большой процент среди них – студенты и школьники. В бунты вовлекаются даже туристы, случайно оказавшиеся на пути движения бунтарей. И хотя их к числу бедных не отнесешь, в скоплениях себе подобных они начинают ощущать себя точно так же отверженными.

Постоянно происходят и другие бунты, например – национальных меньшинств, эмигрантов, иностранных рабочих, гомосексуалистов, членов религиозных сект и т.п. Но они имеют какие-то позитивные цели, какой-то элемент организованности и единства независимо от бунта. Бунты же в День хаоса суть бунты как таковые, бунты в «чистом виде». В них нет ничего, кроме самого факта бунта. В среде состоятельных людей порою появляется мода побунтовать от скуки, и такого рода любители вливаются в бунты Дня хаоса. Но они тут не играют никакой роли. Их тут игнорируют. Впрочем, как и все тут игнорируют всех в качестве индивидов. Тут нет индивидуализации.

H o p: Когда я попал сюда, в мозг человечества, я думал, что тут требуется настоящий ум. Скоро я понял, что ошибался. Тут настоящий ум нисколько не нужен, он тут противопоказан. Тут нужен ум, но ум особый, ум западнистский.

А л: А в чем ты видишь их разницу?

Н о р: Настоящий ум ориентирован на истину. Истина любой ценой, во что бы то ни стало. Истина сама есть величайшая ценность. А западнистский ум ориентирован на практическое использование, на полезность истины. Истинно то, что полезно, – вот его девиз. Потому истина у нас рождается и живет в оболочке или, лучше сказать, в составе лжи. Потому наш ум должен впасть в заблуждение, чтобы добыть крупицу истины, а добыв истину – погрузить ее в ложь, дабы дать ей возможность использования.

А л: Но ведь именно благодаря такой практической ориентации ума мы достигли высот научно-технического прогресса!

Н о р: Мы использовали результаты усилий гениев познания в той мере, в какой они оказались полезными, причем погрузив их в мутное болото заблуждений. К тому же мы исчерпали этот источник.

А л: В каком смысле?

Н о р: Все сущее имеет свой потолок. Есть потолок для интеллекта, причем он заложен в нем самом, в его основах. И мы его уже достигли. Никакие думающие машины не могут помочь нам преодолеть его, ибо и возможности думающих машин ограничены теми же основами нашего интеллекта. Есть потолок познания, предопределенный самим фактом познания. Подобно тому, как жизнь есть наращивание элементов умирания, познание есть одновременно наращивание заблуждения. Без заблуждения нет никакого познания. Казалось бы, чем больше и чем лучше мы знаем мир, тем меньше остается места заблуждениям. Но происходит нечто противоположное. Исчезают одни заблуждения, а на их место с необходимостью приходят новые, еще более глубокие и изощренные, причем еще более защищенные от разоблачения, поскольку они опираются на самую современную науку и имеют гораздо более научную видимость, чем истины, за счет которых они паразитируют. И это происходит в силу самих законов познания. Нельзя познать истину, не впадая в заблуждения.

А л: Почему?

Н о р: Да потому, что познание объектов есть не пересадка их в наши головы, а образование в наших головах понятий, суждений, теорий, концепций и т.п. А это значит, что мы в познаваемых объектах выделяем лишь отдельные черты, причем с определенной ориентацией. Накопление знаний есть накопление таких односторонностей и тенденциозностей. Но при этом происходит помимо воли и накопление того, что мы не выделяли, не принимали во внимание. К этому фактору эволюции присоединяется другой, чисто социальный.

А л: Какой?

Н о р: Познание – это огромное число познающих, хранящих знания и передающих их другим людям. А они занимают определенное положение в обществе, получают определенную подготовку. Для них сложившаяся сумма знаний и ориентация познания есть их жизнь. Они не допустят изменения этой ориентации. И вот мы достигли критической точки, после которой заблуждение начало доминировать над познанием. Есть потолок и в творчестве. Окончился творческий период истории человечества, в который происходил процесс нарастания объема, познавательной значительности и практической важности научных открытий и технических изобретений. Все то, что можно было открыть и изобрести принципиально нового, открыто и изобретено. Мир на самом деле не является неисчерпаемым для познания и изобретения. Начался период эксплуатации достижений прошлого, а в какой-то мере – даже закрытий.

А л: Одним словом...

Н о р: Одним словом, в МЦ на низший уровень отбирают самые выдающиеся умы и творческие личности. А что мы производим совместными усилиями, используя все достижения прошлого и мощнейшую интеллектуальную технику? Чудовищную посредственность и ложь.

А л: Но должен же найтись какой-то просвет!

Н о р: Исключено. Мы достигли потолка во всем, включая интересность жизни, личные потребности, наслаждения... Осталось одно: извращения, разложение, апатия... Мы полностью исчерпали жизненные ресурсы планеты. И нас уже и не спасет никакой Проект Номер Один. Мы не то что не долетим до Земли-Два, мы туда вообще не полетим. Вообще люди никогда не покинут Землю-Один. Мы одиноки во Вселенной. Мы обречены погибнуть вместе с нашей единственной и неповторимой Землей-Один. Вместе с нами исчезнут и разумные существа вообще. Исчезнут навечно. Вселенная навечно станет Мертвой. В достижениях прошлого в самих основах человеческого творчества не заложено то, что позволило бы осуществить замысел типа Проекта Номер Один. Наоборот, в них заложено неодолимое ограничение на это. Проект Номер Один есть чисто идеологический вымысел. Нас пугает мысль, что мы одиноки во Вселенной. И мы выдумали идеологический миф, будто во Вселенной существуют другие миры с живыми и разумными существами. Нас пугает мысль о том, что мы исчезнем, и вместе с нами навечно исчезнут мыслящие существа. И мы выдумали идеологический миф о возможности переселения на другие планеты и даже о возможности путешествия во времени. Нет ничего нелепее этого мифа. А миллионы людей верят в такие логически нелепые сказки, дабы заглушить страх одиночества и кратковременности нашего бытия. Мы исчезнем. Может быть, на многие миллиарды лет уцелеет кладбище душ с захороненными на нем миллиардами одинаковых, ужасающе серых, никчемных, злобных, лицемерных, пустых, тщеславных, жестоких, завистливых и т.п. западоидных душ, несущееся в бесконечном пространстве после гибели нашей планеты.

На другой день я узнал, что у Нора ночью произошел психический срыв, и его отправили в психиатрический санаторий. Я тоже на грани срыва. Меня сдерживает лишь то, что я еще на испытательном сроке. Скорей бы он проходил! Я ощущаю себя порою как человек, осужденный на казнь и ожидающий момента приведения приговора в исполнение. По словам Фила, тут был случай, когда нервы у такого новичка, как я, не выдержали, и он свихнулся в ночь накануне дня, когда ему должны были сообщить результат. Результат, между прочим, положительный.

Верховный Конгресс включил Последнее право человека в число конституционных прав. БЗ с поразительной быстротой очистился от борцов за это право и от оставленного ими мусора. В средствах массовой информации кроме упомянутого официального сообщения не появилось больше ни слова.

Я ожидал, что теперь начнется волна самоубийств, причем публичных. Но ничего подобного не произошло. Никаких случаев массового и даже индивидуального самоубийства в соответствии с завоеванным правом не было нигде зарегистрировано. Самоубийства происходили, как и ранее, но без всяких ссылок на Последнее право. Последнее право человека оказалось таким же бессмысленным, как и Первое. Но может ли иметь смысл то, что заключено между двумя бессмыслицами?!