Читать онлайн «Глобальный человейник». Страница 61

"Русская» болезнь Фила

Ф и л: Мы все свои действия в отношении человечества оправдываем тем, что наше общественное устройство есть лучшее изо всего того, что было и есть на планете.

А л: Ты с этим не согласен?

Ф и л: Я считаю это бессмыслицей. Лучшее в своем роде явление не обязательно хорошее. Самый высокий карлик еще не есть великан. Самый умный дурак еще не есть мудрец. Из того, что наше общество лучше других, не следует, что оно хорошо само по себе. Из этого следует, что другие еще хуже, и все. Кроме того, одно явление бывает лучше других только в некоторых, а не во всех отношениях, и только для некоторых, а не для всех людей. А мы считаем, что если наше общественное устройство лучшее, то оно хорошее само по себе, лучшее во всех отношениях и для всех людей и народов.

А л: А ты думаешь иначе?

Ф и л: В детстве мне пришлось прочитать сказку об ослике, который, увидев в луже лягушку, решил сделать ей добро и вытащил ее из лужи на раскаленный от солнца камень. Но лягушка вместо благодарности с гневом обрушилась на ослика. Ослик удивился и спросил о причине гнева. Лягушка ответила, что лужа – ее родная стихия, а солнцепек для нее смертельно опасен. Истина банальная. А мы между тем с ослиным упорством вытаскиваем незападных «лягушек» из привычных для них «луж» на гибельный для них западный «солнцепек».

А л: Ты думаешь, мы и с коммунизмом поступили по принципу «глупого ослика"?

Ф и л: Не истолковывай все буквально! Ослик действовал, исходя из намерения сделать добро и не понимая, что делал зло. Мы же прекрасно понимали, что причиняли людям зло, но делали вид, будто хотим сделать добро, и стремились убедить всех в том, будто делали добро. Ослик действовал в интересах лягушки, мы – в своих собственных.

А л: Ладно, оставим словесную казуистику. В чем ты видишь достоинства коммунизма?

Ф и л: Коммунистический социальный строй, возникший в России после революции 1917 года, принес людям коллективизм, гарантию удовлетворения минимальных потребностей, образование, возможность улучшать свою жизненную позицию за счет своих личных способностей, личного труда и достойного поведения в коллективе. Улучшение жизненной позиции означало не столько рост материального благосостояния, хотя и это имело место, сколько овладение культурой, знаниями и профессией, а также завоевание уважения и почета в коллективе. В извечном споре «Иметь или быть?» многие миллионы людей в те годы отдавали предпочтение «быть», довольствуясь минимумом «иметь». Русские попытались создать систему высших ценностей, превосходящих те, которые они называли мещанскими и низменными. Это – моральное и духовное усовершенствование, служение коллективу и народу, самопожертвование ради интересов общества, самоограничение и т.д. Появилось много искренних последователей такой системы ценностей. Благодаря им были совершены великие исторические подвиги, достигнуты беспрецедентные результаты. Сложился слой образованных и творческих личностей, которые жили в материальной бедности и занимали низшие ступени служебной иерархи, но при этом много читали, думали, разговаривали и сочиняли. Они не стремились к карьере и к известности. Их удовлетворяла та репутация, какую они имели в своем окружении.

А л: А не идеализируешь ли ты прошлое? Насколько значителен был этот слои? Какой ценой этим людям доставалось их положение? Ведь этот слой оказался слишком слабым. Он капитулировал перед теми, кто предпочитал иметь, и исчез!

Ф и л: Да. И мы помогли тем, кто исповедовал принцип «иметь», в их борьбе против тех, кто исповедовал принцип «быть». Мы заразили русских жаждой иметь. У них не оказалось иммунитета против этой западной заразы. Произошло катастрофическое разрушение русского менталитета, разрушение души целого народа. Ситуация эта сходна с той, какая имела место в Америке в отношении индейцев с приходом туда европейцев.

А л: Ты думаешь, они не разрушились бы без нашей помощи?

Ф и л: Не стоит гадать, что было бы в прошлом. Я просто хочу сказать, что я хотел бы прожить жизнь в то время и среди тех людей, для которых главным было быть, а не иметь. Я с детства почему-то был равнодушен к материальному благополучию. Я ненавидел вещи. С годами это перешло в неприязнь к собственности. Я установил для себя, что человек, становясь собственником, перестает быть человеком. В юности я мечтал жить в обществе, в котором твое положение и твои жизненные успехи целиком и полностью зависели бы от твоих способностей, работоспособности и нравственности. Если ты хорошо учишься в школе и имеешь способности, ты выбираешь последующее образование по способностям, получаешь работу по призванию и всю последующую жизнь совершенствуешься в своей профессии. Тебя ценят в этом качестве в коллективе. Устраиваешь свою бытовую жизнь на скромном, но терпимом уровне. Обзаводишься семьей и друзьями. И я не есть исключение. Недавно наши социологи произвели опрос населения ЗС на тему, в каком обществе они хотели бы жить. Девяносто процентов ответили, что хотели бы жить в таком обществе, в котором им была бы гарантирована работа по призванию, жилье, питание, отдых, образование, медицинское обслуживание, пенсия, человечные отношения с коллегами по работе и с соседями, короче говоря – все то, что было реальностью для большинства жителей коммунистических стран двадцатого века.

А л: Что из этого следует?

Ф и л: Пора сочинять новый коммунистический манифест.

А л: Новую утопию?

Ф и л: Почему утопию?! Во-первых, манифест Маркса и Энгельса уже не был утопией. Это была идеология преобразования общества, причем во многом реалистичная. Его до сих пор боятся именно потому, что он не утопия. Во-вторых, к истории человечества уже существовали общества с коммунистическим социальным строем. Они добились в свое время огромных успехов. Одно время казалось, что коммунизм мог завоевать всю планету. Его заразительный пример на Западе считали главной опасностью для себя. После победы Запада над мировым коммунизмом в конце двадцатого и начале двадцать первого века все связанное с коммунизмом подверглось чудовищному извращению. После разгрома коммунизма в Азии состоялся международный суд над коммунизмом. Он осудил как идеологию, так и практику коммунизма как преступление против человечности. Такая оценка коммунизма была самой грандиозной ложью в истории человечества, а решение этого суда – самым грандиозным беззаконием и преступлением именно против человечности. Тогда было принято решение запретить всякую пропаганду коммунистических идей и всякие коммунистические движения и организации. Было принято решение уничтожить все то, в чем был хотя бы малейший намек на апологетику коммунизма или даже было хоть какое-то признание плюсов коммунизма. Было решено считать коммунизм абсолютным злом, абсолютной отрицательностью. Были уничтожены или спрятаны в особые хранилища миллионы книг, фильмов, картин и прочих объектов, содержавших какую-то информацию о коммунизме. Те сожжения книг, которые устраивали немецкие национал-социалисты в тридцатых годах двадцатого века, были примитивными развлечениями по сравнению с тем, что сделали мы почти сто лет спустя. Правда о коммунизме до сих нор находится под строжайшим запретом. В новом коммунистическом манифесте будет достаточно рассказать правду о реальном коммунизме, и она в наших условиях прозвучит сильнее любой утопии.

А л: Если люди мечтают о коммунизме без всякого манифеста, зачем сочинять его?!

Ф и л: Жизнь людей зависит от того, как они представляют себе будущее не только лично свое и своих близких, но и своих потомков, и даже всей человеческой общности, к которой они принадлежат. Для многих даже будущее всего человечества есть важный фактор их бытия. Люди в прошлом переносили страшные страдания благодаря вере в небесный рай религии, а в девятнадцатом и двадцатом веках – благодаря вере в земной рай, обещанный коммунистами. Мы же лишены такой веры в будущее. Более того, мы живем с уверенностью в том, что нас и наших потомков не ждет в будущем ни земной рай при жизни, ни небесный рай после смерти. Мы живем в страхе перед ужасами будущего. Надо вернуть людям веру в лучшее будущее!

А л: Но почему идеал будущего искать в прошлом?! Будущее есть реализация потенций и тенденций настоящего. При выдвижении идеалов будущего надо исходить из данной реальности. А для этого нужно познание реальности, познание и еще раз познание!

Ф и л: Манифест не социологическая теория и не научный прогноз, а идеологический текст. Это систематизация и четкое выражение желаний масс людей, обещание, что эти желания исполнятся в будущем при определенных условиях.

А л: А условия эти откуда берутся?

Ф и л: Из реальности, конечно. Я не отвергаю необходимость изучения реальности. Я лишь иначе, чем ты, смотрю на соотношение идеала будущего и реальности. В манифесте на первом месте должен идти идеал, а анализ реальности должен быть подчинен интересам идеала. Реальность надо использовать в той мере, в какой она дает основания для идеала. Так было всегда. И так будет вовеки. Это – общий закон идеологий.