Читать онлайн «Обратная сторона космонавтики». Страница 50

Дон Ритке сказал, что куда более сложной инженерной проблемой является процесс мочеиспускания (в подтверждение чему тоже прилагается достаточно большое количество пленок). Прежде всего, в космосе жидкость старается задержаться в организме на как можно более длительный срок. «Когда перестает действовать гравитация, – говорит Ритке, – поверхностное натяжение становится главной действующей силой». Из-за поверхностного натяжения даже волосы человека наполняются влагой. (Ритке утверждает, что в невесомости достаточно длинные волосы человека могут содержать до 2–3 литров воды.) И НАСА нужно было знать, какой объем влаги в лобковых волосах негативно скажется на женском «потенциале скорости» выделения. (Скотт Вайнштайн услужливо переиначил это в «сможет ли она написать свое имя на снегу».)

Чейз снова что-то рисует. «В космосе не так уж и просто выпустить ровную струйку жидкости, как это обычно делается на Земле. И у женщин с этим проблем гораздо больше». Здесь Чейз имел в виду анатомические особенности строения и лобковые волосы. А ослабленная струя часто прерывается и разлетается в виде отдельных капель. И тут Чейз рассказал мне нечто совсем уж шокирующее. Он поведал о женщине, которая во время походов могла «спустить свои штаны до щиколоток и, прислонившись спиной к дереву, прямехонько выпалить вперед». Пока я переваривала эту новую для себя информацию, кругом стояла полнейшая тишина. Чейз продолжал. «Я хочу сказать, что женщины могут писать даже более сильной струей, чем мужчины. Все, что им требуется, это желание научиться управлять своим телом. И всегда есть женщины, которые более охотно исследуют свои возможности, чем другие».

Но уж точно могу уверить его, что ни одна женщина, независимо от своих анатомических способностей, не захочет демонстрировать их в присутствии группы инженеров и их товарищей. Случайно медсестры догадались о том, что их ждет, и отказались принять участие в очередной «фотосессии». Так что инженерам «Гамильтон Сандстранд» пришлось призвать на помощь всю свою фантазию, чтобы не сорвать эксперимент. «У одного из наших парней был очень волосатый живот, – говорит Чейз, откидываясь на спинку кресла и выставляя наружу свой собственный. – Если сделать так. – он кладет ладонь себе сбоку на живот и, надавливая, проводит ею в сторону пупка, так что под рубашкой хорошо видна складка тела, – .то получалось как раз то, что нужно. Можно было только поместить этого малого в невесомость, спрыснуть его живот заменителем [мочи] и посмотреть, как жидкость будет свертываться в капли». Чейз расслабляет свой живот и добавляет: «Да, хорошая была идея».

Существуют и другие способы проверки туалетов, созданных для использования в невесомости. «В Эймсовском исследовательском центре НАСА мы предприняли попытку создать заменители человеческих фекалий», – писал в 2006 году в техническом отчете Канапатипиллай Вигнарайя («Вигги»). Безусловно, «Вигги» – самый креативный разработчик в этой сфере, но далеко не первый. Его предшественники – к примеру, сотрудники компаний по производству подгузников – используют в таких целях тесто для шоколадного пирожного, ореховую пасту, начинку для тыквенного пирога или картофельное пюре. Но Вигнарайя только посмеивается, глядя на их жалкие попытки, ведь ни одна из этих субстанций даже близко «не ведет себя так, как настоящие человеческие фекалии»: слишком уж разная у них водоудерживающая способность и реология. В пищевой промышленности под термином «реология» понимают изучение состава субстанции. Состав зависит от таких характеристик, как тягучесть и эластичность. У технологов пищевой промышленности есть специальное оборудование для измерения этих величин, и если они достаточно умны, то не покажут их никому из сотрудников Эймсовского центра.

А вот заменители, созданные из прожаренных бобов, получили у Вигнарайя довольно высокую оценку. И хотя в них содержится довольно много протеинов, а значит, и водоудерживающая способность их сведена на нет, утверждается, что поведение бобов наиболее близко к поведению стула, скажем, посетителей мексиканского ресторанчика – по крайней мере, мне так кажется. Первый бобовый заменитель его создатели окрестили «ампква». Полагаю, что при этом они имели в виду местный колледж «Ампква», а не банк «Ампква» или индейцев племени ампква.

В предложенный НАСА аналог вода не входит. Рецепт ампква состоит из восьми ингредиентов, среди которых есть мисо, арахисовое масло, подорожник, целлюлоза и «сухие, грубо размолотые овощи». Возможно, на вкус этот заменитель не совсем такой, как оригинал, но по всем другим показателям он определенно лучше. Главным же ингредиентом здесь служит бактерия E. coli, которая составляет около 30 % веса всей смеси (примерно столько же, сколько и в настоящих фекалиях). Я так и не узнала, держат ли сотрудники Эймсовского центра колонии бактерий у себя – кроме тех, что живут в кишечниках самих работников лабораторий, – или они заказывали их по почте. На этот мой вопрос Вигнарайя ответа не прислал.

Единственное, чего не хватало заменителю для полного подобия оригиналу, это запаха. Чтобы убедиться, что система контроля запаха в новых туалетах действительно справится со своей задачей, Вигнарайя планирует добавить в заменитель и соответствующий «ароматизатор». У меня, честно говоря, тут уже возникает вопрос: зачем тогда заморачиваться созданием заменителя? Если тебе нужно что-то, что пахнет как оригинал, то почему бы этот самый оригинал и не использовать? Ученые планируют сделать и это, но только в самом конце: «Для полноты эксперимента в конце испытаний, возможно, будут использованы настоящие фекалии». А всему причиной строгий запрет НАСА на работу с настоящими человеческими экскрементами, ведь в исследованиях с участием обезьян и собак также использовались не настоящие фекалии.

На спортивной рубашке Бройана есть нашивка с монтажного полета ULF2 на Международную космическую станцию. На нашивке изображены различные детали туалета МКС в обрамлении стульчака и слоган: «Будь горд своей службой».

И Бройану действительно есть чем гордиться, так же как Вайнштайну, Чейзу, Ритке, Вигнарайяну и всем тем, кто работает с ними. Удачный вариант унитаза для космической станции – это тонкое сочетание достижений инженерии, материаловеденья, физиологии, психологии и этики. Если, как в случае с заменителями Вигги, пропустить хотя бы один элемент, успеха не будет. А на космическом корабле существует не так уж много предметов, от чьей работы так сильно зависит благополучие экипажа.

Возможно даже, что решение этого вопроса имело куда более серьезные последствия, чем это кажется на первый взгляд. Однажды я брала интервью у отставного полковника ВВС Дэна Фулгама, который принимал участие в отборе астронавтов для первого полета программы «Меркурий». По словам полковника Фулгама, проблема выделений была основной причиной того, что женщины-астронавты вообще не рассматривались в качестве возможных кандидатов[89]. «Мы знали, что женщины ничем не хуже мужчин. Немало женщин-пилотов было у нас и во время Второй мировой войны. Они летали на истребителях и бомбардировщиках», – говорил он. Но женщины не могли пользоваться коллекторами для урины, которые надевались поверх органа выделения. «Вопрос сбора отходов человеческого организма был вопросом технического характера» (а памперсы для взрослых были тогда еще не в моде[90]). «Время нас поджимало, – вспоминает Фулгам, – так что мы просто решили: „сделаем одной проблемой меньше“».

Если вы прочитаете книгу «Меркурий 13: Неизвестная история 13 американских женщин и Мечта о космосе», то увидите, что это было далеко не единственным препятствием, стоявшим на пути у женщин-астронавтов. Так, вице-президент США Линдон Джонсон, который вместо того, чтобы подписать письмо директору НАСА с приказом разрешить женщинам подавать заявки на участие в полетах, написал внизу листа: «Давайте уже остановим это!»

Когда полеты стали достаточно длительными, чтобы способствовать развитию стратегий сбора фекалий и когда экипажи комплектовали уже из двух астронавтов, перед женщинами встали новые проблемы.

«Одним из важнейших факторов нежелания НАСА выпускать в космос женщин был вопрос морали», – пишет Патриция Санти, психиатр НАСА программ «Аполлон» и «Джемини». В одной из своих книг Санти говорит о создании на кораблях закрытых душевых кабинок как об одной – «и, возможно, самой главной» – причине разрешения НАСА на участие в полетах женщин-астронавтов.

Интересно, а были ли туалеты действительной причиной для этих отказов или же только поводом для них? Кто-то может подумать, что для официального запрета можно было бы найти причину и повесомее, нежели незакрытая дверь в ванную. Но вся ирония в том, что женщины гораздо больше подходят для полетов в космос, чем мужчины: как правило, они легче, кислорода потребляют меньше, даже еды и питья им нужно не так много, как мужчинам. То есть если бы астронавтами были только женщины, то на ракеты пришлось бы загружать гораздо меньше кислорода, воды и еды.