Читать онлайн «Бандиты времен социализма (Хроника российской преступности 1917-1991 гг.)». Страница 117

Между тем грамм химически чистого вещества приносил сбытчикам 280 миллионов рублей прибыли минус расходы на производство, транспортировку и прочее. Таких же граммов «химиками» к 1993 году будет получено 30-. Однако и этих денег Бабаеву явно не хватало. Свои ампулы он вынужден был сдавать оптом еще более крупному наркопредпринимателю в Гяндже. Тот же отправлял его в дальний путь, в частности, и в Москву. Так будет продолжаться до 1993 года, когда сыщики из МУРа наконец-то выделят всех участников этой наркоцепочки. Однако об этом мы расскажем несколько позднее. Сейчас же отметим, что именно с 1991 года в России значительно расширился ассортимент наркотиков. За счет «жестких» наркотических средств растительного происхождения (опиум, героин, кокаин), а также синтетических препаратов (феномин, антифетомин).

По оценкам специалистов, общий оборот наркобизнеса в странах СНГ в 1991 году составил 10 млрд. рублей. Причем наркобизнес по своей рентабельности оставил далеко позади себя другие виды организованной преступности; один рубль, вложенный в него, дает 1000 рублей прибыли.

Газета «Куранты» 30 ноября 1991 года писала: "Чтобы обеспечить растущую потребность города (Москвы) в наркотиках, мафия изрядную часть средств вкладывает в новые каналы доставки. В преступную деятельность втягиваются работники транспорта и даже милиции. Все полноводнее становится река конопли из Средней Азии и с Дальнего Востока, течет в Москву российский и украинский мак. И судя по насыщенности рынка, успехи правоохранительных органов в борьбе с наркомафией погоды пока не делают. И вообще похоже на то, что никому эти успехи и вовсе не нужны. Мало того, под большим вопросом находится само существование этого направления в деятельности органов как приоритетного и скоординированного.

Созданные несколько лет назад МВД СССР межрегиональные отделы еще прошедшей зимой парализовали выяснение отношений между российским и союзным министерствами внутренних дел. Развал империи еще больше осложнил ситуацию.

Наркомафия же по части интернационализации заметно опережает государственные структуры бывшего Союза. Ни границ, ни "высших национальных интересов" для нее не существует. В сердце России Москве, кстати, главенствующее положение на наркорынке занимают «гости» из суверенного Азербайджана. А охраняют их покой столичные боевики…"

О наркомафии в Москве размышлял на страницах газеты «Начало» от 16 ноября 1991 года и начальник Межрегионального отдела по борьбе с наркобизнесом МВД СССР Михаил Рощин. Он, в частности, сказал: "Москва — сугубо потребительский город. Наркотики сюда везут не только из разных республик, но и используют ее как транзитный пункт по пересылке товара в Западную Европу. Вспомните крупную партию героина, задержанную на Казанском вокзале. Наркотики сюда не только везут, но и изготавливают лабораторным способом — этим делом занимались студенты одного из химических вузов. Препарат, который они выпускали в своем институте, очень действенный и очень дорогой, один грамм шел на рынке по полторы — две тысячи рублей. Вы спрашиваете о связях с регионами? Они крайне зыбкие, почти никакие. Мы не имеем возможности направлять своих сотрудников по цепочке в Казахстан и делать засады на 3,5 миллиона гектарах земли, засеянной конопляными и маковыми плантациями, — со своими бы проблемами справиться. Я не знаю, кто может уничтожить эту многоголовую гидру — наркомафию, следы которой ведут в Казахстан и Азербайджан. Казахи трудолюбиво выращивают товар, азербайджанцы также его сбывают, русские и прибалты употребляют, получают кайф и не доживают до сорокалетнего возраста. Межрегиональный отдел по борьбе с наркобизнесом был образован еще при В. Бакатине. В наиболее пораженных наркобизнесом районах страны были сформированы специальные подразделения по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, непосредственно подчиненные союзному МВД. Например, республики Средней Азии и Казахстана контролирует один отдел со штаб-квартирой в Ташкенте. Закавказские республики — другой, и так далее. Все специализированные подразделения работают на один «карман», разоблачение преступных групп наркобизнеса, имеющих, как правило, разветвленные, глубоко законспирированные межреспубликанские связи, осуществляется в едином комплексе. С первого дня существования МРО МВД СССР, чрезвычайно усложняя деятельность местных баронов наркобизнеса, межрегиономика постоянно испытывала жесткий прессинг республиканских министерств. Стремление народов к выстраданному суверенитету пришлось как нельзя кстати "крестным отцам" наркомафии. Деятельность МРО, в поле зрения которого могли попасть коррумпированные связи, в большинстве республик была искусно блокирована.

Однако и в такой тяжелой обстановке Межрегиональный отдел продолжал действовать и наносить ощутимые удары по наркомафии. В 1991 году в Подмосковье был обнаружен вход в «нору» длиной в тысячи километров. Были арестованы несколько «гонцов», которые вывели московских сыщиков на город Бишкек (бывший Фрунзе) в Киргизии. Там местный отдел по борьбе с наркобизнесом отработал свой пласт информации и вышел на еще одну группу наркодельцов, базировавшихся в казахском поселке Мерке. Здесь действовала группа заготовителей марихуаны — наркотика из конопли, в изобилии произрастающей в Чуйской долине. Так называемые «шанопалы» (заготовители конопли) просушивают под жарким азиатским солнцем скошенное серпами наркотикосодержащее растение. Листья они отделяют от стебля, упаковывают и прячут в тайники; дают выстояться драгоценному продукту. Игра стоит свеч. Ведь на "черном рынке" за килограмм чуйской травки выкладывали несколько тысяч рублей. За килограмм опия — до 200 тысяч. Именно из Мерке и приходил наркотик в ту «нору», что «засветили» сыщики в Подмосковье.

Однако рассекреченных заготовителей задерживать было бесполезно. Сыщики не смогли узнать главного, не удалось установить местонахождение тайников. И тогда руководитель бишкекской межрегионалки подполковник Владимир Трегубов предложил свой план — внедрить его в подпольный синдикат. Дело было крайне рискованное, поэтому в МВД Киргизии заколебались. Однако и время поджимало. Наконец разрешение на операцию было получено. Трегубов взял на себя роль гонца из Москвы, благо весть о том, что «нора» опалилась, до Мерке еще не дошла. Главарь местных наркодельцов дотошно выспрашивал у «москвича» многие детали его принадлежности к наркомафии, после чего наконец поверил ему. И тогда главарь предложил «москвичу» приобрести у них новую партию марихуаны не за деньги, а за видеокамеру. "Мне позарез нужна хорошая вещь, а здесь ее не достать". Трегубов согласился. На следующий день видеокамера была у главаря и он назначил место передачи марихуаны — пограничный Чалдовар в соседней Киргизии.

На встречу с торговцами Трегубов приехал в ритуальном автобусе. В гробах, которые лежали в нем, находились… вооруженные омоновцы. Однако главарь оказался хитрее сыщиков. Он сам проверил катафалк и тут же заподозрил неладное. Дал команду своей братве сматываться.

На следующий день Трегубов вновь встретился с главарем. Объяснил наличие людей в гробах своими опасениями за собственную жизнь. Главарь вновь принялся выспрашивать у «москвича» детали его московской биографии. И вновь этот поединок выиграл подполковник милиции. После этого главарь сдался и назначил место встречи в том же Чалдоваре. "Только теперь явишься без охраны", — закончил он свою речь. Однако в Чалдоваре главарь внес некоторые коррективы в свои действия. Он изменил место передачи товара. Приехали вновь в Мерке. Там главарь предложил москвичу пересесть в свои «жигули». Трегубов подчинился, хотя риск бил. огромный. «Жигули» долго плутали по темным ночным улочкам города. Проверяли, нет ли за ними «хвоста». «Хвоста» не было, только катафалк Трегубова шел следом. В нем всего один водитель, поэтому главарь не особенно возражал против его присутствия на продаже.

Наконец «Жигули» подъехали к нужному месту. Из тайника вынимается первый мешок с марихуаной. Трегубов медлит только мгновение, после чего выхватывает пистолет и направляет его на главаря. Водитель катафалка, капитан милиции Виталий Сон, извлекает на свет автомат. Все произошло настолько быстро и неожиданно, что никто из преступников даже не успел опомниться.

22 октября 1991 года уже после этой операции министр внутренних дед СССР В. Баранников подписал приказ, по которому межрегиональные группы и их подразделения, дислоцирующиеся на территории республики, передавались в непосредственное подчинение МВД соответствующих республик.

Подводя итоги 1991 года, нельзя не отметить успех наших сыщиков в поимке двухкрупных сексуальных маньяков: Николая Джумагалиева и маньяка из Пензы. Он был схвачен в ночь с 15 на 16 апреля 1991 года в небольшом горном поселке Янг Кишлак, что близ Ферганы. С. Мельник так описывает предысторию джумагалиевского падения: "Когда Джумагалиев был ребенком, ничто не предвещало его возможного превращения в изощренного палача, упоминание о котором и сегодня вызывает ужас в его родном казахском селе.