Читать онлайн «Искусство шпионажа: Тайная история спецтехники ЦРУ». Страница 110

Односторонняя голосовая радиопередача (One Way Voice Link, OWVL) была одним из видов скрытой связи, которая давала возможность агенту принимать сообщения на обычный коротковолновый приемник в диапазоне 3–30 МГц. В определенные день и время агент настраивал свой радиоприемник на известную только ему частоту, слушал и записывал последовательность цифр, которые он затем расшифровывал с помощью ОТР. Считалось, что точное выполнение инструкций агентом делало такую систему надежной, устойчивой и защищенной от дешифрования. Агент мог использовать такую систему только для получения сообщений, однако такая связь имела много преимуществ по сравнению с тайнописью или личными встречами. Часто агент мог задействовать коротковолновый радиоприемник, и при отсутствии контроля за его действиями систему односторонней радиосвязи можно признать безопасной. Именно ее ЦРУ предпочитало во времена холодной войны{678}.

OWVL состояла из передачи ряда цифр, как правило, объединенных в группы по четыре или пять. В 1950-е и 1960-е гг. эти передачи велись мужским или женским голосами, а в последующие годы с помощью техники генерирования голоса{679}. Цифры могли читать на любом языке, как правило, в начале часа, четверти часа или получаса, и затем повторяли через несколько часов или дней на той же или на другой частоте{680}.

На стратегически важных объектах в США и за рубежом располагались радиостанции с огромными антеннами для передач OWVL на страны, где ЦРУ вело агентурную работу. Такие объекты выполняли две функции – обеспечения собственной связи ЦРУ и передачи сообщений агентам.

В конце 1970-х гг. OTS и Управление связи ЦРУ начали модернизацию системы OWVL, которая была преобразована во временную одностороннюю связь (Interim One Way Link – IOWL). Новая система использовала такие же радиостанции и диапазоны, как и OWVL, но бытовой коротковолновый приемник агента был заменен на небольшой автономный блок размером менее пачки сигарет с собственной батарейкой. Новый приемник IOWL принимал и записывал радиосообщения, передаваемые с высокой скоростью, которые агент мог затем прослушать через динамик или наушники в удобное время и в подходящем месте. Основным преимуществом системы связи IOWL было сокращение времени радиопередачи. Если раньше агент принимал и записывал радиосообщение в течение часа, то теперь новый блок IOWL делал это за десять минут. Система IOWL повышала безопасность работы агента, была эффективной и надежной даже в случае слабого радиосигнала. Приемник IOWL был прост в использовании, его можно было легко спрятать. Благодаря всем этим преимуществам система IOWL широко использовалась ЦРУ в качестве скрытой агентурной связи.

Ближняя агентурная связь, известная в ЦРУ как SRAC (Short Range Agent Communication), была технической революцией скрытой связи, когда OTS развернула первые спецустройства для агентов внутри Советского Союза в середине 1970-х гг. SRAC позволяла агенту и куратору обмениваться информацией без необходимости личной встречи или закладки тайника, за которыми могли наблюдать. SRAC также устраняла риск оставления важных материалов в тайниках, которые при обнаружении могли привести к расшифровке агента.

Первые системы SRAC применялись для радиообмена короткими зашифрованными сообщениями в несколько сотен символов менее чем за пять секунд между двумя специальными приемо-передатчиками. Агент размещал свой блок SRAC в кармане пальто и «выстреливал» свое сообщение в заранее установленных местах в любое время дня и ночи. Ему не нужно было знать, где находится приемник SRAC, который мог располагаться в посольстве, в квартире сотрудника ЦРУ или в дамской сумке. Система связи SRAC «победила» службу наружного наблюдения, сотрудники которой не могли заранее знать, где именно агент и куратор будут обмениваться радиосообщениями. Однако была потенциальная опасность перехвата сигналов SRAC службой радиоконтрразведки в моменты работы передатчиков.

В ЦРУ появилась возможность получать срочные сообщения от агента и сразу изменять оперативные планы{681}. Когда в 1990-е гг. военная напряженность в отношениях между Грецией и Турцией была максимальной, старшие офицеры ЦРУ получали сообщения агента через систему SRAC практически в режиме реального времени, что использовалось для предотвращения военных действий двух стран. В 1970-е гг. SRAC была основной системой скрытой связи между ЦРУ и генералом ГРУ Поляковым в Москве, когда он активно шпионил на США. В 1980 г. система SRAC сыграла важную роль в побеге из Польши полковника Куклинского.

Комплект оборудования SRAC для Куклинского был создан OTS под кодовым названием DISCUS. В резидентуре ЦРУ в Варшаве он значился как система «Искра»{682}. Ниже приводится описание «Искры»:

Размером с пачку сигарет, устройство весило около 200 г, имело клавиатуру и память. Куклинский мог готовить сообщения у себя дома, носил устройство в кармане и хранил в разных местах. Он мог нажать кнопку передачи прямо в кармане. Устройство имело небольшое окно, через которое можно было читать строчку текста исходящих и входящих сообщений. Если он передавал сообщение непосредственно в посольство, то сигнал тревоги принимался в резидентуре. Как правило, Куклинского просили оставлять сигнал утром, чтобы он передавался ночью, а офицер-куратор «считывал» этот сигнал на улице, используя второй комплект «Искры»{683}.

Система SRAC была одним из первых образцов оперативной техники для обмена текстовыми сообщениями. В 1990-е гг. на рынке бытовой техники появились цифровые пейджеры для приема сообщений, а затем в них добавили функцию передачи. Как только мобильные телефоны оснастили функцией обмена текстовыми сообщениями, радиоэфир буквально взорвался сотнями миллионов сообщений в день. И пейджеры, и мобильные телефоны предлагали новые возможности для скрытой связи – теперь агенту не требовалось никакого специального шпионского оборудования. Однако эти системы связи были особенно уязвимы для контрразведки, если не соблюдались строгие требования конспирации.

Еще в середине 1960-х гг. в ЦРУ оценили потенциал спутников для агентурной связи. Идея заключалась в том, чтобы агент с небольшого телефона посылал направленный информационный сигнал на орбитальный спутник, который, в свою очередь, ретранслировал его в место приема. Развивая эту систему связи, агент смог бы получать и передавать разведывательную информацию, находясь внутри своей страны и без личного контакта с сотрудником ЦРУ. Такая возможность впервые была реализована в конце 1960-х гг. в программе с кодовым названием BIRDBOOK, которая использовала низкоорбитальные спутники в качестве ретранслятора для сообщений агентов{684}.

К сожалению, оперативное использование BIRDBOOK было связано с рядом ограничений. У агентов было всего 5–7 минут в качестве «окна для выстреливания» информации на движущийся по орбите спутник. Успех связи также зависел от прямой видимости в направлении передачи, а также от точной ориентации и расположения передающей антенны{685}. Контрразведка узнала о новой системе связи и разработала средства для перехвата сигнала и пеленгации места расположения агента[27].

Несмотря на свою ограниченность, технология BIRDBOOK показала, что спутники, обработка сигналов и технические компоненты могут быть интегрированы в систему скрытой связи на большие расстояния. В последующие два десятилетия новые поколения государственных и коммерческих спутников увеличили зоны обслуживания и сделали более совершенной обработку сигналов, что в результате позволило применять передатчики малой мощности. За десять лет до появления спутниковых телефонов OTS в кооперации с промышленностью и государственными ведомствами создала аналогичные системы скрытой связи для ограниченного числа особо важных агентов ЦРУ.

Каждый этап развития технического прогресса, от изобретения телеграфа до появления Интернета, приводил к появлению еще одной системы скрытой связи, однако офицеры-техники OTS должны были разработать элементы обеспечения безопасности и скрытности, прежде чем новая техника будет использована в разведке. В конце концов, будь то секретное послание, написанное исчезающими чернилами во времена Цезаря, или закодированный радиочастотный сигнал со спутника, скрытая связь между агентом и куратором должна быть удобной, невидимой ни для кого, кроме участвующих сторон. Однако, как в последнем десятилетии ХХ века, скрытая связь, как и другие элементы конспирации, будут преобразованы благодаря электронной цифровой технике, стеганографии и Интернету.

В середине декабря 1991 г. Отдел СССР и Восточной Европы ЦРУ проводил свою ежегодную рождественскую вечеринку. Настроение было приподнятым, и участники, в числе которых были коллеги из OTS, получили значки с изображением красного советского серпа и молота, а под красной звездой были слова «Конец партии»{686}. Без освещения в СМИ 31 декабря 1991 г. охрана в Кремле заменила красные флаги СССР на трехцветные российские, которых не видели с революции 1917 г.{687} Для ЦРУ и OTS их главный противник, СССР, перестал существовать. Спустя год бывший директор ЦРУ Джеймс Вулси заявил, что «с окончанием холодной войны пал великий советский дракон». Однако он с иронией заметил, что вместо СССР Соединенные Штаты теперь имеют дело с «клубком ядовитых змей, которые были выпущены в темные джунгли, и возможно, за одним драконом было легче приглядывать»{688}. Перед офицерами ЦРУ были поставлены четыре новые стратегические задачи наряду с традиционными направлениями, такими так Северная Корея, Куба, Ирак, Иран, Китай и Россия. К новым целям относились: