Читать онлайн «История розги». Страница 184

На другой день молодую девушку схватили, привели на деревенскую площадь и в присутствии семи или восьми «целомудренных» мужчин раздели донага, оставив ее в одних только чулках.

Привязав ее к лестнице, прислоненной к стене, они наказали ее плетью.

Мораль была отмщена только после двадцатого удара, когда на теле стали выступать капли крови.

Один журнал поместил даже рисунок этого наказания.

Подобные случаи, впрочем, нередки в наше время и в других странах. Так, французская газета «Journal» в номере от 14 февраля 1909 г. под заголовком «Галантная фермерша, наказанная розгами» рассказывает, что в одной деревне в окрестностях Гренобля двадцатидвухлетняя женщина была приведена семьей ее любовника на деревенскую площадь, где ее за измену раздели и дали сто розог, так что ее пришлось отнести на руках на ее ферму.

Она пролежала после порки три дня, прежде чем могла встать и садиться.

Таким образом, нет надобности переплывать океан…

В августе того же года, по словам той же газеты, в Монпелье разбиралось в исправительном суде дело одной содержательницы пансиона, обвинявшейся в истязании тринадцатилетней ученицы. По словам девочек-свидетельниц, их очень часто секли розгами за провинности, но никогда не наказывали в присутствии других учениц. Вот как, обыкновенно, производилось наказание.

Виновную приводили в один из пустых классов или в дортуар. Там стояла скамейка, начальница пансиона приказывала ученице лечь, а классная дама привязывала ее. Если наказывали в дортуаре, то часто привязывали на одной из кроватей. Иногда, особенно маленьких девочек, начальница секла, положив к себе на колени или зажав девочку между ногами.

Когда девочка была привязана, то классная дама развязывала ей панталоны и обнажала тело. Наказывали чаще всего розгами или резиновыми ремнями.

Наказание последними было особенно мучительно. В редких случаях секли крапивой, что было еще больнее.

Подобные же наказания, по словам американских газет, практикуются, впрочем, в большинстве американских колледжей, из которых многие смешанные.

В последних девочки приобретают мальчишеские манеры, что имеет свою прелесть.

Американские газеты, сообщая факты наказания розгами учеников или учениц, а также печатая отчеты о судебных процессах по поводу подобных наказаний, отнюдь не возмущаются их нескромностью, в том числе и для девочек.

Впрочем, в стране, где, по правде сказать, неизвестно, чем должен кончиться каждый флирт, — это не особенно удивляет меня.

К тому же молодые американские девушки, не исключая даже молоденьких миллиардерш, пользуются чрезвычайной свободой.

Рассказывают следующий анекдот про одну из таких мисс миллиардерш.

Лулу, как звали ее подруги, во время прогулки в парке с несколькими молодыми людьми вдруг видит перед собой ручеек глубиною около метра.

Девушка предлагает держать с ней пари, что она перейдет ручей, не замочивши даже кружевных оборок своих панталон.

Пари было принято.

Лулу без малейшего колебания подняла обеими руками свое платье и юбки и действительно перешла ручей, не замочивши оборок панталон.

Газета, сообщающая этот анекдот, добавляет, что ей неизвестна сумма пари, справедливо замечая, что проигравшие не даром потеряли свои деньги.

Пока я не стану больше распространяться о телесных наказаниях женщин в Америке и вернусь в Европу — в город Амстердам.

Зеленая Голландия, так сильно разрекламированная благодаря современным эстампам, где некоторые деревни в своем цивилизаторском развитии как бы нарочно остановились, чтобы дать возможность жителям юга посетить, видеть и сравнить, верно ли описывается все это в Бедекере.

В окрестностях Мидльбурга я видел тех же старинных толстых голландок, только XX век сделал черты их лица немного более тонкими, а формы менее грубыми.

Как в старину, на горизонте вы увидите массу ветряных мельниц, останавливающих свои колеса на ночь.

Маленькие, некогда укрепленные города, где в кабачках местные тузы мирно попивают пиво или ликер.

На кухне здоровенная, краснощекая мамаша порет розгами девочку лет двенадцати, жирный крупик которой сжимается и разжимается под ударами розог, которые секут больно… Но что курьезно: мамаша, увидав мой любопытный взор, только на секунду приостановила порку, а затем продолжала сечь ребенка, не обращая на меня никакого внимания.

Моя мысль переносится в глубь отдаленных времен, и по возвращении в чистенький и уютный номер гостиницы я сажусь с удовольствием за чтение истории этого народа.

Маленькие голландочки, кругленькие, полненькие, похожие на куколок, знакомы ли они были с розгами и плетью? Я перелистываю историю.

Голландцы были пуритане и к тем, кто по слабости совершил какой-нибудь проступок или преступление, были неумолимо строги. Нетрудно догадаться, что они часто обращались к помощи розог или плетей. Голландская юрисдикция щедро пользовалась ими.

В общем, относительно Голландии можно было бы сказать то же самое, что и относительно нашей страны, Франции и многих других. Однако некоторые факты могут все-таки внести некоторое разнообразие в интересующий нас вопрос, роковым образом осужденный на утомительные для чтения повторения.

В голландских тюрьмах употреблялись каторжные работы и плети для наказания преступников обоего пола.

Пьяниц, учинивших на улице скандал, опускали в колодезь, который они должны были все время выкачивать под угрозой быть затопленными… Когда они теряли сознание от тяжелой работы, им давали для подкрепления миску хорошего бульона, а потом раздевали, растягивали на скамье и жестоко пороли розгами.

Это было превосходное средство.

По словам почтенного историка Ван дер Флита, подобное лечение применялось довольно часто и к дамам; это доказывает, что умеренное потребление спиртных напитков составляет в Голландии один из семи смертных грехов прекрасного пола.

Секла наказываемую женщина, а также держали ее женщины, — ради целомудрия мужчинам было запрещено сечь по обнаженным женским крупам.

Обыкновенно наказание производилось в особо для того назначенной зале тюрьмы.

За более важные преступления, требовавшие публичного наказания, виновных секли розгами или плетью на дворе городской ратуши.

В таком случае женщины перед наказанием надевали на себя панталоны, которые ограждали их целомудрие, но не спасали их тело от боли и ран, причиняемых розгами или плетью.

Размер розог был вполне точно определен законом. Плеть была похожа на английскую девятихвостку, но только имела три хвоста.