Читать онлайн «Не только Холмс. Детектив времен Конан Дойла (Антология викторианской детективной новеллы).». Страница 170

Сэр Джон Филдинг, слепой магистрат Воустритсткого суда

Успех речной полиции сподвиг магистрата Ричарда Фокса в 1805 году возродить для борьбы с разбоем на дорогах и для обеспечения порядка в сельских районах и предместьях Лондона Боустритский конный патруль, с которым прежде экспериментировал Джон Филдинг. Новый конный патруль, состоявший из 52 рядовых и двух инспекторов, стал первым униформированным полицейским подразделением в Британии. Полицейским платили 28 шиллингов в неделю, давали жилье и форму: черные кожаные цилиндры, синие мундиры и такого же цвета штаны, кавалерийские сапоги и ярко-красные жилеты, из-за которых их прозвали малиновками.

К 1829 году в Лондоне имелось несколько независимых друг от друга полиций: в Сити была дневная полиция и стража по ночам под контролем муниципальных властей; Вестминстер имел 80 констеблей, выбранных из персон, ведущих торговлю, и небольшое число получающих жалованье полицейских; Темзенское полицейское управление состояло из 90 человек и призвано было защищать собственность и поддерживать порядок на реке Темзе; Боустритское управление под началом министра внутренних дел отвечало за весь Столичный округ за исключением Сити и имело в своем распоряжении 160 человек, разделенных на три отряда: конный, спешенный (он нес службу в пешем порядке, но при необходимости мог действовать верхом) и пеший патрули. Кроме того, существовала система ночных стражников — «чарли», находившихся на попечении приходов и знаменитых своей неэффективностью. Эти разрозненные полицейские силы не смогли справиться ни с одним из восьми бунтов, произошедших в Лондоне с той поры, как умер сэр Джон Филдинг, до 1829 года, и для подавления наиболее серьезных из них пришлось прибегать к помощи армии. Создание эффективной полиции становилось настоятельной необходимостью, и в 1829 году министру внутренних дел Роберту Пилю удалось провести через палату общин проект «Закона об улучшении Столичной полиции (Metropolitan Police)». Были назначены два комиссара — полковник Чарльз Роуан и барристер Ричард Мейн, — задачей которых было сформировать новую полицию.

Создание поста комиссара отстраняло городские власти от участия в решении полицейских вопросов; окружные муниципальные советы и более поздний совет Лондонского графства больше не имели никакого отношения к полиции.

Сэр Роберт Пиль

Комиссар был королевским чиновником, подотчетным только министру внутренних дел. Рядовых полицейских набирали за пределами Лондона, а чтобы избежать влияния на них политиков, им было отказано в праве голосования. Несмотря на недоброжелательство со стороны всех слоев британского общества, во времена беспорядков и чартистских бунтов 1830–1840-х годов новая полиция доказала власти свою эффективность.

Английское общество панически боялось учреждения в стране системы тотального шпионажа, и, чтобы развеять эти опасения, форму новых полицейских постарались сделать отличной от принятых тогда военных мундиров. Их облачили в серые брюки, черные кожаные цилиндры и темно-синие гражданские фраки с высоким стоячим воротником, имевшим внутри кожаный каркас, предохраняющий шею констебля при попытке удушить его при помощи шнура или веревки. На воротнике значился личный номер констебля и буква дивизиона, на медных пуговицах была выбита надпись «Полиция». Дополнительным вооружением стали масляный фонарь «бычий глаз», наручники, трещотка (замененная в 1884 г. на свисток) и семнадцатидюймовая (44 см) дубинка, носившаяся в кармане, вшитом в фалду фрака. Позднее кожаные цилиндры заменили на касторовые, укрепленные ротанговым каркасом, они не только служили защитой для головы, но использовались и в других целях. К примеру, на цилиндр можно было встать, чтобы оглядеть окрестности поверх толпы, заглянуть за забор или в окно, а также присесть отдохнуть, если начальство не видит. Старшие офицеры обычно носили кепи с козырьком. В 1863 году цилиндр в Столичной полиции заменили на шлем, напоминавший каску римского легионера с гребнем, а в 1870 году, следуя возникшей после разгрома французской армии пруссаками общеевропейской моде на прусскую униформу, ввели новый шлем по образцу армейских касок «пикельхауб», но без пики, а с навершием в виде розочки. Шлем производился из пробки и обтягивался фетром или сукном мельтоном в цвет мундира. В 1864 году полиция получила вместо фрака новый мундир с восемью пуговицами, который просуществовал в почти неизменном виде всю викторианскую эпоху. На стоячем воротнике констебли по-прежнему носили свой личный номер и букву дивизиона, у сержантов номер был двухзначным. На дежурстве констебли надевали на запястье левой руки специальную повязку с вертикальными синими и белыми полосами.

В течение времени, охватываемого нашей антологией. Столичной полицией руководил уже только один комиссар, в помощь которому назначались помощники, отвечавшие каждый за свое направление деятельности. Центральное управление полиции во главе с самим комиссаром располагалось в доме 4 по Уайтхолл-плейс, имевшем задний вход с проезда Грейт-Скотленд-Ярд. Этот вход был основным в управлении, и вскоре вся штаб-квартира, занимавшая во дворе несколько зданий, стала в обиходе называться Скотленд-Ярдом.

Территория Лондона была разделена между дивизионами, во главе которых стоял суперинтендант; к середине 1880-х их было двадцать два. Каждый дивизион обозначался буквой английского алфавита. Под командованием суперинтенданта находилось несколько сот констеблей, распределенных по различным участкам в дивизионе.

Дежурство осуществлялось патрулями, имевшими замкнутый маршрут, обход которого предписывалось производить со скоростью около 4 км/ч. На каждый маршрут назначался всего один полицейский. Кроме патрулей, с 10 вечера до часа ночи на фиксированные посты заступали констебли, находившиеся там постоянно и доступные все это время для публики. Итак, полицейский «день» продолжался с 6 утра до 10 вечера; «ночь» — с 10 вечера до 6 утра. Днем дежурство происходило в две смены, ночью констебль дежурил все восемь часов, причем количество полицейских на дежурстве утраивалось по сравнению с дневным временем. Маршруты были жестко расписаны, и констебль имел при себе патрульную книжечку с указанием всех пунктов, которые он должен был посетить, и время, когда он в этих контрольных пунктах должен был оказаться. Инспектор и сержанты, надзиравшие за своими подчиненными, в любой момент знали, где находится констебль. Опоздание без уважительной причины считалось серьезным дисциплинарным проступком и наказывалось штрафом, так что констебли ради соблюдения графика часто отказывались даже от преследования преступника.