Читать онлайн «Житие Серапиона Зарзмели». Страница 7

Монастырские отцы не мало плакали о нем. Тогда явился, как бы на облаках небесных, брат его Иоанн, ибо он был извещен об этом духом. Пришло очень много людей из окрестных монастырей и селений. Явился и богоносный Георгий Мацкверели со крестом и со всем чином церковным. Скажу и то, как будто явились и чины ангельские вместе с сонмом всех святых к сожителю и сподвижнику своему и с рукоплесканием и радостью взяли на небо всеблаженную душу его. Небесные [обитатели], радостные, славили бога, земные же, исцеленные прикосновением к святому телу его, от болезней и недугов, возносили благодарение и поклонение к нему.

Намастив тело его благовониями, в пении и преднесении множества возженных свечей положили его в могилу, которую он при жизни приготовил к востоку от алтаря, чтобы, созерцая ее ежедневно, помнить смерть, которую он постоянно имел пред глазами. Так совершен был чин погребения. Во время погребения его многие исцелились от разнообразных болезней, дабы знали все, что он, будучи мертвым, жив и заботится об обращающихся к нему. Он совершал много непостижимых для ума чудес, вспомним о некоторых из них, а потом прекратим слово.

XXI. Когда многотрудившееся тело его лежало еще на одре, явился какой-то, весь иссохший человек, который жестоко страдал от лютых болезней, ибо кровь текла у него из срамного органа. Взывая неестественным голосом, он пришел и обнял одр его. И вдруг на виду у всех, семеноточивый орган его изверг два, поразительных по величине, камня, и он исцелился, как будто ничего не было с ним. Все, видевшие это, прославили бога, прославляющего святых своих. Пришли также многие другие, одержимые всевозможными болезнями, и исцелялись во славу бога.

Непостижимы знамения и чудеса его, совершаемые им после погребения его до сего дня над больными; невозможно человеческим языком пересказать или описать чудеса, с которыми познакомили нас клятвенно люди, достойные доверия. Да сумеем ли мы рассказать любви вашей о чудесах, которые видны и слышны в настоящее время? Ибо мощи его постоянно преизобильно источают во славу бога благодать всем, с верою к нему прибегающим.

XXII. Упомянем и то, какого пророческого дара удостоен был он. Вспомним сказанное им некогда брату своему Иоанну: "В свое время на холме сем построена будет великолепная церковь". Настало предсказанное то время. Пока жив был святой, он, любимый всеми, был всем другом и учителем. Учеником его сделался некий муж, совершенно ему неизвестный, бывший из незначительной местности, которая называлась Дзаргуа. Он каждый день приходил к нему и говорил: " Благослови меня, отче, руками своими и воссоедини меня со святым собранием твоим". Он же не спешил, чтобы продлением его светской жизни проявилось большее чудо. Он же говорил: "Благослови меня, отче, прими малое сие приношение и употреби его на постройку монастыря". Он же советовал ему обождать, настанет само собою время, когда он сделается монахом и приношение, уготованное им, окажется полезным.

Когда пришло время, Серапион скончался и на третий день был похоронен в упомянутой могиле, которую сам приготовил к востоку от алтаря против окна.

Человек тог явился, как сказали, на третий день после его смерти, оплакал его и жаловался ему, как живому, что он не постриг его своими руками, при этом говорил:

"Не уйдет он от его могилы, пока не сделается монахом, приношение, которое у него было, будет лежать на могиле его".

Когда он находился в таком возбужденном состоянии, игумен приказал эконому принести наплечник и кукуль и постричь его. Он не замедлил исполнить повеление и постриг его, совершив над ним весь положенный чин. Новопостриженный после этого отправился в свое селение.

Когда поселяне увидели его, облеченного в непривычное одеяние, удивились и решили оставить, его в миру. Это им не удалось, поэтому доложили об этом его господину, у которого человек этот состоял как бы курьером, которого посылали в дальние страны. Когда человек этот увидел, что ему не позволяют поступить по воле своей, взял он приношение свое и, сколько мог, бежал из дому. Погнались за ним, но благодаря заступничеству святого Серапиона, не могли догнать.

Он вошел во внутрь монастыря, за ним вошли туда и преследующие, чтобы схватить его и отнять бывшее при нем приношение. Человек тот, успев поравняться с окном, бросил через окно в церковь завернутое в платок приношение.

Преследующие попросили настоятеля Георгия открыть им церковь, чтобы они могли поклониться святому и видеть, сколько пожертвовал этот человек. Вот усмотрение божье, внушавшее всем, что святой, будучи мертвым, может сделать все, что ему угодно! Когда открыли церковь, они вошли в нее, поднялись в алтарь и стали искать то, что на виду у всех было заброшено туда, но ничего не могли найти.

Поэтому страх и трепет объял всех и славили бога.

XXIII. По прошествии многих лет скончался настоятель Георгий, его заменил некий Михаил, которому Георгий завещал: "Стройте храм согласно с повелением Серапиона, о расходах не беспокойтесь, ибо святой Серапион дал мне знать в видении, что приношение того человека сокрыто ниже креста, стоящего у изголовья его; достаньте его и расходуйте на строителей, распорядителем сделайте жертвователя, ибо он еще мною был поставлен надзирателем всех монастырских служб". При этом Михаиле четвертого июня месяца, в четверг, начали строить церковь, предначертанную святым.

Михаил, по приказанию господ той местности, пригласил прославленного зодчего из страны греческой, из местности, известной под именем Хупати; у него помощником был каменщик, по имени Шуартклели. Эти два человека были учителями и руководителями всех рабочих. Согласно с показанием отца Георгия Михаил стал искать приношение того человека. Священники с Евангелиями и зажженными свечами, в присутствии самого жертвователя, прошли на могилу Серапиона и, прочтя из Евангелия Иоанна слова: "В начале было слово", преклонили колени и, помолившись Серапиону, отодвинули крест тот, как было указано отцу Георгию, и вот чудо – нашли совершенно нетронутым сверток. Увидев это, жертвователь удивлялся, и все воздали благодарение богу и святому Серапиону.

У жертвователя стали спрашивать о количестве золота. Он же сказал: "Это чистое, полированное, с изображением древних царей, золото, в этом свертке, было 305 драхм". Когда раскрыли сверток, в нем оказалось столько, сколько он сказал.

Стали строить усердно, человека того поставили надсмотрщиком над каменщиками, ему же вручили должность эконома монастырского братства. Строительство во всем преуспевало, ибо человек тот доставлял рабочим, с заложения фундамента и возведения цоколя, все необходимое, кроме пищи. Когда здание с портиком доведено было до окна, кончилось золото того человека, как об этом гласит высеченная там надпись: "Здесь, где стою я и держу крест, кончились средства мои".

Когда постройку довели до окна, над восточным окном сделали изваяние Михаила с двумя каменщиками. Благодатью святого Серапиона они всегда доставали средства, ибо все нужное притекало подобно реке. Когда здание доведено было до окна, настоятель Михаил оставил жизнь сию и отошел к господу. Настоятелем вместо него сделался некий Павел, человек, имевший рекомендацию всего собора. Он закончил постройку церкви и всячески ее украсил. В ней поставили икону преображения и освятили ее в настоятельство этого Павла. Отошел ко господу в доброй старости и тот муж, который сделал первое пожертвование на постройку. Пусть это будет до сих пор!

XXIV. После этого мы вспомним еще кое-что и другое и заключим слово. Василий, который написал Житие это, сам говорит: "Я, Василий, племянник [по брату} святого Серапиона, последний из всех монашествующих, после смерти его прибыл на могилу его и, увидев все, им сделанное, в великолепном и хорошем виде, развеселился и обрадовался. Когда же я нашел могилу его в потаенном месте, где ежедневно получали исцеление все немощные, с согласия начальствующих в монастыре, изготовил каменный саркофаг; потом открыл гроб святого, откуда вышло необыкновенное благоухание. Мы были удивлены и поражены чудесами, которые тогда совершились, поэтому прославляли бога. Ибо многие больные от прикосновения к костям святого выздоравливали и, исцелившись, с радостью возвращались назад, славя чудотворца бога.

Зажегши множество свечей, при пении певцами благодарственных песней, положили кости в новый саркофаг, а над ним в открытом притворе поставили крест во имя предтечи. Вместе с этим установили, чтобы один из священников возносил в нем жертву господню.

Постановили также праздновать память его в пении и песнях духовных, со всенощным бдением, 29 числа октября месяца, с тем, чтобы после литургии устраивать, вместе с духовным, щедрое и богатое угощение, дабы в двойном веселии прославлять бога, прославляющего святых своих".

XXV. Мы еще предадим повествованию одно из чудес его, а потом войдем в тихую пристань.