Читать онлайн «Журнал Наш Современник 2009 #2». Страница 60

Трубецкой указывает на нелогичность такого взгляда, который и не подтверждается историей. Он пишет: "Нет высших и низших. Есть только похожие и непохожие. Объявлять похожих на нас высшими, а непохожих - низшими - произвольно, ненаучно, наивно, наконец, просто глупо". До сих пор эта идеология служит лишь для того, чтобы "оправдывать перед глазами романогреманцев и их приспешников империалистическую колониальную политику и вандалистическое культуртрегерство "великих держав" Европы и Америки".

Процесс "европеизации мира", по мнению автора, для других народов является несомненным злом. "Народ, не противодействующий своей "отсталости", очень быстро становится жертвою какого-нибудь соседнего или отдалённого романогерманско-

го народа, который лишает этого отставшего члена "семьи цивилизованных народов" сначала экономической, а потом и политической независимости и принимается беззастенчиво эксплуатировать его, вытягивая из него все соки".

В той же работе Трубецкой ставит вопрос: "Как же бороться с этим кошмаром всеобщей европеизации?" Он подчёркивает, что человечество, "состоящее в своём большинстве из славян, китайцев, индусов, арабов, негров и других племён, которые стонут под тяжёлым гнётом романогерманцев", в целом гораздо сильнее, но разъединено (что предполагает некоторое биологическое или культурное единство "романо-германцев"). Сам же Трубецкой предлагает путь "идеологический". То есть путь "великой и трудной работы по освобождению народов мира от гипноза "благ цивилизации" и духовного рабства интеллигенции всех неромано-германских народов".

Но опыт истории показывает, что при всем влиянии интеллигенции она скорее склонна обслуживать тех, в чьих руках деньги и власть, чем "возглавлять восстание" против них.

И тем не менее на наших глазах осуществляется, правда, в значительно изменённом виде, вариант того, что предвидел Трубецкой - освобождение большей части человечества от господства западной цивилизации. Сейчас все говорят об экономическом кризисе западной экономики. И, действительно, - это громадная совокупность человеческий несчастий. Многие миллионы людей теряют работу, единственный источник их существования, - а вместе с ней и дома, построенные в кредит, и любое жильё. В этом явлении таятся и другие угрозы. Можно сравнить теперешний кризис западной экономики с предшествующим - начала 1930-х годов; считается, что тот кризис был преодолён администрацией Ф. Рузвельта за счёт вмешательства государства в экономическую жизнь: путём строительства дорог, создания новых предприятий, большого числа рабочих мест. Но многие экономисты считают, что тогда кризис лишь удалось стабилизировать, рост экономики оставался незначительным. Мощный рывок западная экономика получила лишь с началом мировой войны. Это-то и было функцией администрации Ф. Рузвельта, хотя на выборы он шёл под лозунгом, что "американские матери не будут посылать своих сыновей на войну". Сторонники этой версии считают, что Рузвельт направил ноту ультимативного характера Японии, которой не оставалось другого выбора, кроме войны. Есть целая литература, аргументирующая то, что, получив по каналам разведки информацию о готовящемся ударе, он не сообщил об этом командующему базой в Пёрл-Харбор (правда, есть ещё больше книг, опровергающих такую версию). Конечно, история не повторяется дважды, и нам остаётся только гадать, что предпримет мировая финансовая олигархия сейчас, чтобы отсрочить свой крах.

Но экономический кризис является лишь материальной, а потому более заметной частью общего кризиса западной цивилизации. Например, имеет место колоссальное падение рождаемости среди и создавших, и поддерживающих её народов. То есть, говоря более грубо, эти народы вымирают. Может быть, ещё более важным признаком является исчезновение какой-то почти бесовской энергии, вдохновлявшей представителей этой цивилизации. Того, что Шпенглер окрестил "фаустовским духом". Когда-то несколько сот испанских авантюристов покорили громадную империю инков в Перу, а сейчас все военные силы США и их союзников по НАТО не могут справиться с арабами, населяющими Ирак…

Мы являемся свидетелями картины, противоречащей всем нашим представлениям: при столкновении двух сил, из которых одна несопоставимо сильнее другой как физически, так и интеллектуально, именно первая проигрывает и рассыпается, как куча песка.

Однако мне кажется, что аналогичная картина уже была описана в художественном произведении. Я имею в виду фантастический роман английского писателя Г. Уэллса "Война миров". Содержание романа таково. На землю высаживаются марсиане и стремятся её завоевать. Они несравненно превосходят жителей Земли технически: у них есть летательные аппараты, о которых тогда (действие происходит в XIX веке) люди только мечтали, какие-то разрушительные лучи типа лазеров и т. д. Они легко покоряют Англию, потом Францию. Но вдруг неожиданно все гибнут. Оказывается, у них нет иммунитета против самых тривиальных болезней, иммунитета, который жители Земли выработали за миллионы лет, заплатив за это несчитанными миллионами жизней. Так что победителями "непобедимых" марсиан оказываются… бактерии, с которыми мы привыкли спокойно жить.

Нечто аналогичное разыгрывается на наших глазах, только роль марсиан играет западная цивилизация, а роль бактерий - остальной мир. Это и есть развязка исторического противостояния "Европа и человечество", о котором пишет Трубецкой.

Драма, разыгрывающаяся на наших глазах, столь грандиозна, что невольно напрашивается какое-то апокалиптическое её толкование. Это конец мира или, по крайней мере, конец истории человечества. Что далеко не немыслимо: ведь и наша история, когда-то начавшись, должна когда-то и закончиться.

Но существует и более тривиальное объяснение, которое мне кажется поэтому более правдоподобным. Ведь не было такого века, когда бы европейское человечество не ожидало конца Мира сего! Тот альтернативный выход, о котором я говорю, был, как мне кажется, впервые сформулирован Н. Я. Данилевским в книге "Россия и Европа". Потом к тем же мыслям пришли и другие историки (или почерпнули их в его книге) - например, О. Шпенглер, А. Тойнби и др. Концепция Данилевского заключается в том, что история человечества состоит из истории различных цивилизаций, сменяющих друг друга. (Термин "цивилизация" принадлежит Тойнби, сам Данилевский то же явление называет "культурно-историческим типом".) С такой точки зрения мы сейчас (в XXI веке) переживаем закат западной цивилизации, которая захватывала всё большую часть мира и распространялась примерно в течение 500 лет, сменив расцветавшие до того римскую, эллинистическую, вавилонскую, египетскую и многие другие цивилизации.

Конечно, весь предшествующий текст был написан с одной целью - задуматься над тем, какое будущее ожидает нас, то есть русских, при таком перевороте. И есть ли у нас вообще какое-либо будущее? Ведь Россия существует по крайней мере со времён Московского царства или даже со времён св. Владимира. И трудно представить себе, чтобы такое грандиозное государство, как Киевская Русь, возникло внезапно. Поэтому кажутся естественными попытки покойного академика Б. А. Рыбакова разглядеть какие-то предшествующие этому черты. И, действительно, ведь ещё Геродот писал, что севернее кочующих скифов живёт какой-то народ "скифов-хлебопашцев". Всё это охватывает громадный промежуток времени. И чтобы рассуждать о будущем русских, нужно отказаться от масштабов, которыми измеряются знакомые нам цивилизации - несколько столетий. Но ведь так же обстоит дело и с длиной человеческой жизни. Одни гибнут в младенчестве, другие живут какой-то мафусаилов век. И никто заранее срок жизни человека предсказать не может, а иначе человеческая жизнь была бы подобна жизни в камере смертников. Вероятно, так же дело обстоит и с народами: от одних остаётся лишь поговорка "погибоша, яко обры", другие существуют тысячелетиями (например, в Китае). Поэтому от этого аргумента, - что русские существуют уже давно, - как мне кажется, следует отказаться. Так я и предлагаю поступить в оставшейся части этой работы. То есть буду считать, что какое-то будущее у русских есть, и обсуждать - как мы на это будущее можем повлиять.

По-видимому, ситуация, с которой мы сталкиваемся сейчас, далеко не уникальна в истории. По крайней мере, мне кажется разумной мысль, высказанная И. Л. Со-лоневичем: "В великих столкновениях великих народов побеждает не "геройство" - побеждает выносливость. Героические моменты этой борьбы потом используются в качестве наглядных и воодушевляющих символов". И конкретнее, в применении именно к русской истории: "Самых опасных наших противников - татар с Востока и поляков с Запада - мы взяли не героическими победами и не сокрушающими поражениями. В борьбе с татарами даже и Куликовская битва в сущности ничего не изменила: мы продержались триста лет, а татары за те же триста лет выдохлись окончательно". Так произошло и сейчас: в столкновении с Западом Россия, несмотря на все поражения и уступки, продержалась, а Запад "выдохся окончательно".