Читать онлайн «Путь к женщине». Страница 37

Критики готовы были согласиться с замеченной Никандровым "некультурностью наших писателей", но, восприняв дословно высказанную Шибалиным теорию, отвергли сосредоточенность всех художников слова на проблемах пола ("На литературном посту". 1927. No 5 6). Склонность Никандрова к заострению, гротеску, преувеличению вызывала раздражение: "Где Никандров нашел в наше время такого видного писателя, 'вождя" литературной богемы, который всерьез занимается проповедью эротических теорий…" ("На литературном посту". 1927. No 13-14) и пропагандирует идею, сливающую человечество в единую се мью, или, как выразился критик Г. Якубовский, – в "брачно-творческий акт общественного порядка" ("Пролетарский авангард". 1930. No 6).

Критики колебались в определении пафоса произведения: "По-видимому, Никандров хотел кого-то сатирически изобразить, что-то обличить" ("На литературном посту". 1927. No 13-14). Единственным, кто осознал роман "Путь к женщине" как сатиру, был критик "Красной газеты" (1927. 6 сентября, веч. выпуск). Но и он недоумевал по поводу того, кто же является объектом сатиры Никандрова, на что направлен ее разоблачительный пафос, и считал, что роман только выиграл бы, если бы его время действия было отнесено в прошлое, слова "милиционер", "красноармеец", "гражданин" были заменены на слова "городовой", "солдат", "господин", а объектом издевательств был избран, например, Анатолий Каменский и подобные ему апостолы "свободной любви". На самом деле критик лукавил: в его рецензии откровенно прочитывается, что ему абсолютно ясно, что стрелы сатиры Никандрова направлены на шибалиных, "мнящих себя благодетелями человечества и великими социальными реформаторами", открывающими новые способы устранения зла.

Предвидя подобные нападки критики и желая, очевидно, представить свое произведение как вполне "невинное", Никандров успокаивал встревоженного обличительной направленностью романа В. Полонского: "..я никого и ничего не имел в виду "задевать" <…> наиболее колючие места согласен сгладить <…> материал <…> не потрясает никаких основ, кроме мещанских" (письмо от 8 ноября 1926 г. – РГАЛИ. Ф. 1328. Оп. 1. Ед. хр. 247).

Одним из убийственных аргументов, развенчивающих роман, было утверждение, что Шибалин и Никандров – одно лицо! Г. Фиш, например, был убежден, что писатель относится к своему герою "весьма сочувственно" ("Звезда". 1927. No 10). Несомненное сходство характерологических черт усмотрели в авторе и его герое А. Афиногенов и И. Скворцов-Степанов. Первый заметил в своем "Дневнике": "…он думал о себе, бедняга Никандров, когда писал о восторге перед писателем", наделил героя "любованием собственной оригинальной теорией, глупой до невозможности…" (РГАЛИ. Ф. 172. Оп. 312. Ед. хр. 119 (2). Л. 127, 130). Второй недоумевал, как может автор всерьез от носиться к своему "двойнику" Шибалину и к его "теории", не подозревая о том, "что Шибалин – просто-напросто дубина, к тому же очень противная" (РГАЛИ. Ф. 1328. Оп. 3. Ед. хр. 276. Л. 20). Но в том-то и дело, что Никандров "подозревал" и замечание издателя, что он "наивно разрешает проблему", парировал следующим образом: "Разве я разрешаю? Я только даю русских типов, в том числе того типа, который пытается разрешить половую проблему" (РГАЛИ. Ф. 24. Оп. 1. Ед. хр. 50. Письмо от 4 марта 1927 г.).

Неожиданно благосклонно критиками была воспринята третья часть романа – "Ночь", ассоциировавшаяся в их сознании с "Ямой" А. И. Куприна. На предельный "социологизм" "Ночи" обратил внимание И. Нусинов ("Книгоноша". 1926. No 34), ре шивший на этом основании, что по жанру "Ночь" должна была бы быть выстроена как хроника. Никандров же, рассматривающий проституцию как "социальное явление", злоупотребил психологизмом, что пошло не на пользу произведению. В духе критического реализма была понята "Ночь" органом Союза пролетарских писателей и поэтов Донбасса журналом "Забой", критик которого трактовал эпизоды этой части как "ярко-реалистические", рисующие "жуткую галерею продающихся и покупающих", "быт гниющих душ и тел" (1926. No 13-14). Прагматический вывод из произведения сделал журнал "Молодая гвардия" (1926. No 8), обеспокоившийся, не станет ли произведение своеобразным путеводителем "для прибывающих в Москву иностранных гостей…", и указавший на плохую работу "ми лицейских филиалов", не приостанавливающих деятельность притонов.

Неудовольствие, однако, вызвал финал. Давались советы. В частности, такой: "одиночке-мечтателю" Шибалину должна быть "противопоставлена воля коллектива", стирающая, разрушающая "это зло" и устремляющаяся к "победной борьбе за новые формы семьи и брака". Только коллектив, торжественно провозглашал рецензент, может "исключить в трудовом обществе самую возможность такого явления, как проституция, по рожденного <…> условностями буржуазного уклада" ("Забой"), Как видно из критических отзывов, роман был понят дословно, буквалистско, исключительно в контексте литературы, посвященной "половой проблеме". Его притчевый, антиутопический под текст оказался не выявлен.

В журнальном варианте "Ночь" заканчивалась XXVI главой:

Луны уже не видно. Черная темень всюду. Холодновато. Должно быть, скоро начнет светать.

Ниоткуда ни звука. Вся Москва спит глубоким, крепким предрассветным сном…

У кирпичного развала вдруг раздается шум подкатившего легкового автомобиля и тотчас слышатся в темноте недовольные хрипловатые голоса двух мужчин:

- Сколько их брать? Двух? Трех?

- Бери двух! Только смотри, неодинаковых! Велели – одну самую высокую ростом, одну вовсе маленькую, кургузую!

С. 253. Аббревиатура МКХ означает: Московское коммунальное хозяйство.

С. 266. Наркоминдел – Народный комиссариат иностранных дел.

С. 282. "Лепта вдовицы" – евангельская притча о вдове, принесшей 2 лепты в дар Господу (Лк. 21: 2)

С. 306. Гоби – (от монгол. – безводное место) – название пустынных и полупустынных территорий на севере и северо-востоке Центральной Азии.

С. 307. Хара-Хото – остатки города (XI-XIII вв.) в низовьях реки Жошуй (Эдзин-Гол) в Монголии. Сохранились дома, храмы, найдены посуда, монеты.

Коминтерн – Коммунистический Интернационал (в 1919-1943 международная организация, объединившая компартии различных стран).

С. 326. МСПО – Московский союз потребительских обществ.

С. 335. Супник – надутый, недоступный (отсупиться). Холуй – невежа, грубиян, хам.