Читать онлайн «Агатангел, или Синдром стерильности». Страница 70

«Многим людям мир кажется непостижимым, как трюки фокусника, когда тот неожиданно вытаскивает кролика из шляпы, еще мгновение назад абсолютно пустой. По сути, каждый из нас — белый кролик, которого вытащили из шляпы. Разница между нами и кроликом состоит только в том, что кролик не осознает себя объектом фокуса», — прочитала я в модном бестселлере одного норвежского автора, который описывает историю философии «на уровне, доступном каждой домохозяйке». Там же было написано, что и для взрослых жителей Норвегии, и для 15-летних школьниц нормально не знать, кто такие Джордано Бруно и Галилео Галилей. После этого я решила спокойно относиться к одной нашей внештатной сотруднице, которая любила задавать вопросы вроде: «В слове „конечно“ есть после „ш“ мягкий знак?», или «Перспектива — это два слова или три?», «Политика — вторая буква „а“ или „у“?» и тому подобное.

Несмотря на некоторое недоверие, вызванное у меня слишком уж удобным и компактным форматом, в который втиснута многовековая история мировой философской мысли, такое описание напоминает мою собственную ситуацию. Я чувствую себя кроликом, который осознает, что он объект фокуса, причем не одного, а сразу нескольких. Более того, кроликом, которому подарили крысу, а та тоже, судя по всему, является объектом как минимум одного фокуса.

Я уже почти выбежала из дому, когда зазвонил мобильный и голосом Семена Ивановича предложил:

— Я проезжаю мимо твоего дома. Могу подвезти до работы. Нужно?

— Еще как! Жду у подъезда.

Семен Иванович светился, как новая копейка. За время, пока мы не виделись, он заметно похудел, загорел и излучал мощный заряд позитивной энергии.

— Ты давно не была в зале. Что-то случилось?

— Нет, просто работы много. На следующей неделе планирую пойти.

— Любу давно видела?

— Давно. А как она?

— Кажется, довольна. Если все будет хорошо, то через восемь месяцев я стану отцом.

— Правда? Поздравляю.

— А Лилю?

Я запнулась, ведь по официальной версии я не должна была знать о том, что Семен Иванович встречается с обеими моими подругами.

— Не бойся, мы уже все выяснили. Лиля очень рада за Любу, носит ей витамины и следит, чтобы та вовремя ходила к врачу. Мы теперь дружим все втроем.

— О, это интересно, — я снова замолчала на секунду, на более длительные сомнения не было времени, ведь мы уже подъезжали к редакции. Надо наконец спросить его. — Скажите, пожалуйста, — решилась я, — а это вы наняли Юру, чтобы он вызвал ревность Любы и Лили?

— А ты откуда знаешь?

— Мы печатали материал о фирме, где он работает, я случайно запомнила лицо.

— С женщинами всегда надо быть осторожным, — засмеялся Семен Иванович. — Хотя опытный мужчина всегда найдет способ удержать возле себя красивую женщину. Важно только, чтобы он был намного старше нее. Тогда все будет в порядке. А идею подсказал мне мой друг, у которого когда-то была подобная проблема. Кстати, сейчас он ни с кем не встречается, хочешь познакомлю?

Мы с Агатангелом и кошками мерзнем. Посреди зимы в нашем доме вдруг выключили отопление и включать пока не собираются. Что именно там произошло, до конца неизвестно. Каждый вечер, когда я возвращаюсь домой, во дворе собираются соседи с фонариками и громко ругаются. Из перебранок сложно понять детали, но суть выглядит приблизительно так. Наш дом принадлежит какому-то ведомству. Какому именно, непонятно, потому что сначала он принадлежал одному, а теперь должен принадлежать другому. Пока не пришло время капитального ремонта, это было безразлично обоим ведомствам. Они по очереди выгодно сдавали пустые помещения на первом этаже под офисы и магазины, ведь мы живем в самом центре города. На первом этаже нашего дома открывалось уже пять разных учреждений, но все почему-то очень быстро закрывались. Видно, несчастливое место.

А потом в доме стало постоянно что-то случаться. То в связи с одной аварией выключили электроэнергию, а в результате другой отключили воду, то в одном месте завалилась крыша, а в другом — лестница. Словом, нужен был ремонт. И тут оба ведомства осознали, что ремонт они делать не хотят. Поэтому начали наперебой отказываться от нашего дома. И когда после очередной аварии у нас в середине января прекратилась подача тепла, коммунальные службы города отказались обслуживать дом, пока собственник не соберет деньги на ремонт. Жильцы готовы сдать деньги, нужно только, чтобы их кто-то собрал и взял на себя организационные моменты. Но желающих пока не нашлось, поэтому каждый вечер сотрудники одного ведомства, которые живут в нашем доме, выясняют отношения с сотрудниками другого ведомства, которые тоже живут в нашем доме. А мерзнем мы все вместе.

К счастью, у меня есть небольшой электрический обогреватель, который я включаю в комнате, а газовую плиту — на кухне. Теобальд считает, что это очень опасно, я в принципе с ним согласна, но лучшего варианта ни он, ни я пока еще не придумали. Поэтому каждый вечер Агатангел и кошки укладываются перед обогревателем, как перед камином, и мы проводим долгие зимние вечера с большим количеством горячего чая. Я могла бы, конечно, допоздна оставаться на работе, но из солидарности с животными прихожу домой.

Мне срочно нужно поговорить с Михаилом. И не только потому, что в катавасии событий, начавших вдруг развиваться с бешеной скоростью, мне по давней женской привычке не хватает рядом мужчины, который создал бы иллюзию «сильного плеча». Я хочу наконец-то рассказать Михаилу обо всех своих подозрениях и попробовать выяснить, права ли я. Хотя, с другой стороны, не очень уверена, что действительно хочу этого. Потому что если я все же права, то что тогда будет с нашими отношениями? Может, как Люба с Лилей, закрыть на все глаза, ничего не выяснять и смириться с таким Михаилом, какой есть, а не искать в нем идеал, который найти невозможно? Тогда придется принудить себя к компромиссу, хоть я это и ненавижу. До сих пор я гордилась своей неспособностью к компромиссам, но понемногу начинаю склоняться к мысли, что это все-таки скорее недостаток моего характера, чем преимущество. Когда-то же надо устраивать личную жизнь, а без компромиссов это, кажется, недостижимо.

Обо всем этом я старалась не думать, скорее от злости, чем из любопытства смотря фильм «Основной инстинкт», демонстрируемый каналом «1 + 1» вместо обещанной «Матрицы». Завтра в редакции будет разрываться телефон, а мне выпадет очередная возможность пообщаться с паном Незабудко на экзистенциальные темы. Но сегодня это меня почему-то совсем не возмущает, может быть, на самом деле каждая проблема познается в сравнении. Сейчас ошибка в программе выглядит сущей ерундой, как, впрочем, и должна выглядеть, это только мой перфекционизм превращает ее в серьезную проблему. По крайней мере, до сих пор превращал. Зазвонил телефон.

— Привет, срочно зайди к нам, у нас для тебя сенсационные известия, — сказал мне из трубки Марк.

— Хорошо, — сказала я, положила трубку и вздохнула. Сенсаций постепенно становится слишком много.

Соседи ждали меня с открытой бутылкой белого рейнского вина, которое Эвелина привезла с очередных гастролей. Сначала мы выпили, а потом она торжественно вручила мне несколько экземпляров газеты «Хальт!».

— Я не знаю немецкого, но увидела знакомую фамилию на обложке, у них там, оказывается, печатается серия страшно популярных материалов Гориславы Галичанко. Решила привезти тебе, хотя ты могла бы и сама похвалиться, — сказала Эвелина.

Я промямлила, что не считаю это особенным достижением, статьи так себе, а вообще у меня сейчас трудный период на работе, поэтому спасибо, я пойду, пусть они не обижаются. Марк с Эвелиной были удивлены моей реакцией и, наверное, восприняли ее как выпендреж. Будто для тигиринской журналистки вполне естественно печататься в крупнейших немецких газетах. Но мне было не до этикета. А дома, когда я внимательно прочитала все привезенные газеты, то и вовсе растерялась. Больше всего меня поразил материал в самом свежем, позавчерашнем выпуске «Хальт!», который Эвелина купила, как она сказала, уже в аэропорту. Материал назывался:

Нет необходимости представлять читателям нашей газеты украинскую журналистку из маленького провинциального городка Тигирина Гориславу Галичанко. Вот уже почти год, как ее репортажи неизменно лидируют в рейтингах по результатам читательских опросов. Горислава открыла немецким читателям неизвестную ранее страну, которую еще так недавно большинство из нас далеко не сразу могли найти на географической карте, кое-кто часто путал с Россией, а наиболее информированные знали, что именно там расположен Чернобыль. Теперь интеллектуальная, творческая и даже политическая среда городка Тигирина, расположенного рядом с польской границей, хорошо знакома всем нам. Мы больше не верим украинским официальным новостям, потому что знаем, что они недостоверны; и как раньше, в советское время, мы умеем читать между строк украинской прессы, даже не владея украинским языком. Мы знаем, почему запад Украины так важен для Европы в перспективе будущего экономического и культурного сотрудничества. И наконец, мы знаем, какие прекрасные люди обычные украинцы, вопреки распространенным до недавнего времени стереотипам по отношению к ним. Это совсем не те необразованные вандалы, какими мы еще не так давно их представляли, не в последнюю очередь опираясь на эпизодические контакты в основном с русскими (sic!), что тогда для нас было почти одно и то же. Теперь мы знаем, что это приблизительно так же, как путать голландцев и немцев только потому, что их языки немного похожи.