Читать онлайн «Человек со шрамом». Страница 41

− Впрочем, − открыто усмехнулся Давиденко, − чем бы эта история не закончилась, я об этом узнаю. Не только ведь у Ветвицкого есть связи в прокуратуре. А Семена Лесневского я знаю не хуже, чем он, да и многих других — тоже… Похоже, старый лис угодил в капкан. А из шуваловских капканов, насколько я знаю, еще никому выскочить не удавалось. Что ж, посмотрим, как он будет выпутываться».

Странная война закончилась так же внезапно, как и началась: без видимых причин и особых достижений какой — либо из конфликтующих сторон. В последний вечер военных действий наступило непонятное затишье. Все участвующие в конфликте организованные группировки по — прежнему оставались в состоянии боевой готовности, но никаких активных действий не предпринимали. Словно сговорившись, все перешли к глухой обороне. По городу еще мотались многочисленные милицейские машины, на главных перекрестках и выездах из города по — прежнему стояли усиленные наряды. Но проходил час за часом, а ни взрывов, ни стрельбы больше не было.

Первыми уловили изменение ситуации оперативные дежурные. За последнюю неделю вдвое сократилось количество обычных уличных преступлений, таких как разбои, грабежи, кражи, изнасилования, случаи хулиганства… Угоны машин практически свелись к нулю. Что и понятно: зачем угонять чужую машину, если и на своей собственной по городу не проедешь — кругом усиленные посты и заслоны. Но это уменьшение с лихвой компенсировалось многочисленными перестрелками, взрывами, умышленными поджогами.

Начиная с шести часов вечера, оперативные дежурные смогли немного расслабиться и спокойно попить чайку или кофейку. Телефоны, наконец, смолкли, в эфире тоже наступило относительное затишье.

Такая идиллия продолжалась примерно до 11–ти вечера. Количество патрульных машин на улицах заметно сократилось. Многие, наконец — то, смогли отправиться домой, чтобы отоспаться за несколько последних дней беспокойной службы. Оставшиеся патрульные машины больше не носились по городу с включенными мигалками и сиренами, а просто стояли на своих излюбленных, «прикормленных» местах.

Большинство милиционеров сбивались в небольшие группки около своих машин, не спеша курили и обстоятельно спорили: что бы это значило? Самые молодые и горячие доказывали, что война между группировками закончилась — это и ежу понятно. Те, кто побольше прослужил, напротив, говорили, что здесь что — то не так: как — то уж очень просто и быстро все закончилось.

Споры были еще в полном разгаре, как откуда — то из центра города докатилось эхо взрыва. Ночь была тихая и безветренная, но определить точное место, где прогремел неожиданный взрыв было трудно. Споры мгновенно прекратились и все придвинулись поближе к своим рациям.

Несколько минут ничего интересного в эфире не было слышно и вдруг рации ожили. Сначала подтвердили действие операций «Перехват» и «Заслон», а потом ввели операции «Блокада — центр» и «Аврал». Два последних кодовых названия применялись очень редко. Код «Блокада — центр» означал, что совершена диверсия или террористический акт, соответственно, в центре города, а «Аврал» — что поднята на ноги вся милиция.

Тихую ночь вновь разорвали сирены автомобилей… Жители многих улиц могли видеть из своих окон необычную картину: в направлении центра города, одна за другой, проносились милицейские машины с включенными мигалками. Немного погодя в том же направлении промчались пожарные машины, потом машины скорой помощи и, наконец, военные грузовики темно — зеленого цвета.

Все прибывающие машины занимали позиции на ближних подступах к зданию Управления ФСБ. Пожарные машины выключили свои мощные сирены и стояли вокруг здания, готовые в любой момент приступить к тушению пожара. Но пока никаких признаков пожара видно не было.

Зато было видно другое: на уровне четвертого этажа в бетонной стене зияла воронка, отколовшая приличный кусок оконного откоса. Стекол во многих окнах не было — видимо, они вдребезги разлетелись от взрыва. Весь асфальт около главного входа был усеян мелкими осколками стекла и битой штукатуркой.

Милицию, однако, не пустили не только внутрь здания, но даже и за глухой бетонный забор, за исключением начальника ГУВД. Но и он пробыл там недолго.

Вскоре Гаврилов появился обратно, злой и хмурый, и начал отдавать команды резким недовольным голосом: — Ищите место, откуда был произведен выстрел! Похоже, стреляли из ручного гранатомета. Оцепите прилегающие кварталы и прочешите дворы и прилегающий парк! Займитесь свидетелями, здесь рядом несколько жилых домов…

Между милицией и госбезопасностью всегда были прохладные отношения. Чекисты весьма снисходительно отзывались об умственных способностях милиционеров, ну, а те, в свою очередь, считали их чистоплюями и хитрыми болтунами. Черной работы гэбисты всегда избегали, а занимались ли они какой — либо другой — неизвестно. Перед милицией они не отчитывались.

Кроме того у чекистов была еще одна очень дурная привычка: они всегда наводили тень на плетень. Любое, даже самое заурядное происшествие покрывалось с их помощью таким густым туманом секретности, что работать вместе с ними не было никакой возможности. Да и охоты — тоже.

По эфиру несколько раз прошла ориентировка: «Угнан грузовой автомобиль «ЗИЛ–130», защитного цвета, номерные знаки…» Но искать угнанную автомашину было некому: почти все силы милиции были брошены на поиск террористов. Тем не менее, через полчаса угнанная машина все же была найдена. По — видимому, она с самого начала стояла метрах в ста от здания Управления ФСБ и на нее просто не обратили никакого внимания в этой всеобщей суматохе. Скорее всего, ее приняли за машину внутренних войск или еще каких вояк. И тех, и других здесь собралось предостаточно, а по цвету она ничем не отличалась. В кузове того грузовика и был найден брошенный ручной гранатомет.

С террористами дела обстояли сложнее. Прочесали парк и прилегающие кварталы, но кроме нескольких бродяг и пьяных никого не нашли. Вообще — то, людей в парке было больше, но остальные успели разбрестись и разбежаться от греха подальше. На террористов задержанные никак не тянули. Двое вообще еле стояли на ногах, от них несло какой — то сивухой, от запаха которой нормального человека начинало мутить. Остальные трое только дико таращили глаза и несли полную ахинею. Но воняло от них еще сильнее: по — видимому, последний раз они мылись еще весной, но не неизвестно — в каком году.

Начальник милиции по рации доложил о результатах облавы и спросил, что делать с задержанными: самим их допрашивать или передать чекистам? В ответ он услышал обычную трескотню о государственной тайне и категорический приказ: немедленно доставить их в Управление ФСБ! Дело государственной важности и т. д. и т. п. Злопамятный начальник милиции подозвал одного из офицеров и что — то сказал ему негромко.

Тот с пониманием хмыкнул и ответил: — Сделаем в лучшем виде, Пал Семеныч! Пусть сами разбираются с этим дерьмом собачьим.

Потом построил бомжей и алкашей в колонну по полтора — некоторые из них не могли передвигаться без поддержки — и погнал перед собой это стадо, старясь держаться в стороне от фарватера специфического коктейля из запахов перегара и давно не мытых тел…

Расчет Гаврилова был прост: раз дело идет о государственных интересах, то пусть ушлые работнички ФСБ сами допрашивают подозреваемых. А если они не признаются в совершении террористического акта, то милиция здесь не при чем. Всех кого задержали, они передали, а там пусть сами разбираются. Кто из них террорист, кто резидент, а кто просто погулять вышел, да уснул на лавочке в парке «от передозировки» какого — нибудь дешевого пойла.

Вскоре пришла команда об отбое операций в отношении «Блокада — центр» и «Аврал». Через полчаса в этой части города оставалось только несколько милицейских и пожарных машин.

Совершенно неожиданно для всех раздались два близких взрыва, на этот раз где — то за зданием УФСБ. Оставшиеся наряды милиции растерялись: непонятно было, откуда теперь ждать нападения. Послышались клацанье автоматных затворов, в небо взлетели сигнальные и осветительные ракеты. Потом, не дожидаясь подкрепления, стали короткими перебежками обходить здание. Из — за бетонного глухого забора уже поднимались в небо языки багрового пламени: горели машины на внутренней автостоянке…

Снова душераздирающе завыли пожарные сирены, хотя ехать им было от силы метров сто. На этот раз чекисты снизошли до понимания ситуации, открыли глухие ворота и пожарным не пришлось тянуть свои рукава поверх бетонного забора. Через десять минут пожар был потушен: две машины ВАЗ–2109 полностью сгорели, несколько стоящих поблизости от них тоже пострадали от огня.

Все прилегающие улицы вновь заполнились милицейскими машинами, армейскими грузовиками и машинами «Скорой помощи». Большинство этих машин не успели добраться до своих подразделений и вернулись прямо с дороги. Не смотря на недавний обстрел из гранатомета, два взрыва на автостоянке и пожар, жертв и особых разрушений не было. Не было даже пострадавших, если не считать выловленных в парке бомжей и алкашей.