Читать онлайн «Лимонов против Жириновского». Страница 24

Если чеховский «вишневый сад» стал символом крушения помещичьей жизни, то Дача партийного вельможи — символ одряхления партократии. Правящий класс-импотент, увы, изгнан с дач классом-полуимпотентом. Когда я уезжал, шофер МИДа отвозил меня в Москву, через улицу в даче напротив ворота были настежь распахнуты. Рабочие сгружали с грузовика новенькие радиаторы. Многие десятки. «Утепляются! — вздохнул шофер. — Мне бы один такой». «Чья дача?» — спросил я. Он назвал фамилию известного аппаратчика. «Во время революций, первыми всегда овладевают властью те, кто при старом режиме был к ней наиболее близок. В 1789 г. аристократы были первыми, кто взял власть…», вспомнил я слова Маркса. Разумное наблюдение это подтвердилось с тех пор множество раз, стало правилом. Главой первого правительства, сформированного после февральской буржуазной революции, был князь Львов, главами сегодняшних буржуазных и националистических республик, образовавшихся после буржуазного государственного переворота 21–24 августа 1991 г., стали секретари ЦК и партвельможи: Ельцин, Кравчук, Шушкевич и иже. Но долго они в хозяевах дач не удержатся. Закон исторического детерминизма неумолим. У злых и голодных неизбежно оказывается больше энергии и воли к власти.

Кого я имел в виду под злыми и голодными? Жириновского? Если нынешние правители ходили в замах[17] горбачевцев, то выходец из мелких чиновников Жириновский и в самом деле в сравнении с ними злой и голодный до номенклатурной жизни. То есть, совсем далеко от нее отстоял последние двадцать лет.

Я пощадил тогда хозяина дачи — он был союзник и попутчик. Тогда, признаюсь, Митрофанов показался мне таким же бесполезным, как и дачное гнездо в комарином лесу. Я ошибся. Леша Митрофанов не только принадлежит к мальчикам-банкирчикам, то есть к тем, кто выигрывает от прихода Жириновского к власти (если), но и таланты — впоследствии это проявилось — оказалось у него есть, и какие! О таланте перекупщика, ростовщика я уже говорил: он будет сдавать внаем дивизии русских солдат, этот человек с внешностью ближневосточного торговца рахат-лукумом. Его талант интригана выявился чуть позднее: в ноябре 92-го. Что касается дачи, то я до сих пор не знаю, в каких отношениях с ней состоит Митрофанов. Он живет там вместе с юношей по фамилии Саша Филатов. Прекрасный и высокий молодой блондин, кажется, не выполняет подле него функции Владимира Михайловича подле Жириновского. Он скорее «компаньон» и секретарь. Порученец и денщик.

«Здесь недалеко живет в своей даче защитник пролетариата Зюганов. Хочешь посетить?» — спросил меня ехидный Архипов, когда мы возвращались в Москву.

Помимо посещения дачи Митрофанова я под давлением Архипова, а на него надавил Жириновский, встретился тогда зачем-то с подругой Владимира Вольфовича: Надей Хоффманн. Надя замужем и живет в небольшом городке в Германии. Следуя не совсем понятному мне самому инстинкту осторожности я почему-то встретился с ней в присутствии моего издателя Александра Шаталова, в ресторане Дома Литераторов. Хотел иметь свидетеля? Надя Хоффманн оказалась энергичной, черноволосой молодой женщиной. Беседа с ней в основном состояла из ее вопросов и моих ответов, касающихся моих книг. Если верить Наде: молодая еврейская женщина была моими книгами так или иначе тронута. Помню, что я, как всегда, куда-то спешил, мы пили водку, и она очень много курила. И уговаривала меня остаться, еще дольше, поговорить. Подослал ее Владимир Вольфович с каким-то заданием? Думаю, что ей просто было любопытно посмотреть на «живого Лимонова». Живого Жириновского, ей, как видно, было мало. Впоследствии она присылала мне несколько открыток и коротких деловых записок по разному поводу. Я знаю о Наде Хоффманн и об ее отношениях с Жириновским куда больше, чем хочу рассказать, но природная порядочность говорит мне «остановись». Ведь далее пойдут уже удары ниже пояса.

Наши встречи в подвале в Хлебном переулке, поездки на дачу трудно было принять за партийную деятельность. На Рыбниковом переулке аппарат партии копался в бумагах, заводил формуляры и папки, но делали они все это вяло и без энтузиазма. Анпиловская кампания против «Империи лжи» отвлекла журналистов, и Жириновский ходил хмурый. На последнем этаже здания на Рыбниковом, однако, возились рабочие. В один из визитов партийный товарищ Жемло показал мне почти законченный кабинет Владимира Вольфовича, светлый и со множеством окон. Другой партийный товарищ, фамилии его я не запомнил, седой, с помощью хорошо отработанных церемоний пригласил меня занять стул у старого стола и с еще большим количеством церемоний заполнил на меня учетную карточку. То есть, фамилия-имя-отчество-дата рождения и прочие данные, от которых не избавишься. Архипов позднее сообщил мне, что седовласый — отставной военный из ГРУ, что Жириновский набрал себе «партократов», с ними ему спокойнее.

Я выразил товарищам по кабинету свое недовольство. Архипов ответил мне с вызовом: «А что же вы думали, Эдуард? Это вам не Сербия, они там все с турками смешаны, южные славяне, потому и воюют, а мы, русские, умные северные славяне и гражданской войны не допустим». Но у меня сложилось впечатление, что и они недовольны своей пассивностью.

Встречая тогда едва ли не ежедневно Анпилова, я, помню сказал ему, столкнувшись с ним в вестибюле дома на Цветном бульваре, 30 (там помещался «День»: «Используйте меня, а Виктор, я в дело рвусь!» В своем блокноте нахожу такую запись: «Анпилов, этот завораживает присутствием. Он из племени Робеспьеров, этот мужик. Превосходит других. Он человек действия, а не говорящий ящик…» Говорящим ящиком я зло назвал Жириновского. Однако в тот день, когда я должен был встретиться с Анпиловым, Жириновский позвонил и сообщил, что мы летим к казакам. Затем трубку взял Архипов и объяснил, где мы встретимся.

Может быть, партии не было до самого конца 1992 года, но она вдруг появилась к выборам в декабре 1993-го? Даже беглый взгляд на список депутатов ЛДП в Государственной Думе подтверждает как раз обратное. Фракция ЛДП в Думе — это обслуга Владимира Вольфовича, его домочадцы, родственники и случайные прохожие. Цитирую по «Российской газете» за 12 ноября 1993 г. «Общефедеральный список от избирательного объединения «либерально-демократическая партия России». Под номером пятым значится знакомый жилец дачи на Николиной Горе «Митрофанов Алексей Валентинович, 1962 г. рождения, экономист-международник, г. Москва».

Не понятно, что это такое: экономист-международник. Не понятно, как Леша Митрофанов стал таковым экономистом, но это он, предлагавший сдавать внаем Кантемировскую или таманскую дивизии. Не откажу себе в удовольствии процитировать этого молодого человека еще раз, из статьи «Наша линия — разумный эгоизм, наша цель — мировое господство»:

«Конечно, кто-то из иностранцев очнется первым, когда люберецкие качки будут кричать на них во всех барах Европы и Америки «Ну ты, козел!», когда наша мафия начнет лить воду в их бензин на всех автоколонках мира, а наши девочки начнут чистить их карманы».

Или вот такой перл:

«Зачем спасать негров от голода? Захотят — продадим зерно, причем деньги вперед. Попросят — и наркотики продадим».

Какой великолепный международный экономизм, не правда ли? На тридцать втором месте в списке ЛДП — сестра Леши, Митрофанова Элеонора Валентиновна. Она тоже экономист-международник, 1953 г. рождения, г. Москва.

О существовании сестры я от Митрофанова никогда не слышал, но перед выборами отрыли и сестру. Владимир Вольфович, естественно, посадил в Думу своих слуг и их родственников. Чтобы все были связаны круговой порукой. Потому оказался там под номером сорок восемь и компаньон Митрофанова, Филатов Александр Валентинович, 1967 г. рождения, г. Москва, машинист тепловоза. (!) Непонятно, почему он назвался машинистом тепловоза? Я не видел, чтобы он тепловозил что-либо на даче на Николиной Горе. В любом случае, что он делает в Думе, этот вполне симпатичный молодой блондин? Думает? О чем? О том, что нужно съездить в магазин дачного поселка за иностранным пивом для Митрофанова?

А что делает в Думе депутат (в списке ЛДП он под номером 23) Борзюк Владимир Михайлович, 1952 г. рождения, рабочий, руководитель региональной организации ЛДПР, г. Орел? Ясно, что телохранитель Владимир Михайлович делает то же, чем занимается уже три года: охраняет Жириновского. Цинизм, посадить в Думу своего «бади-гард», дальше этого зашел только Калигула, посадивший в римский сенат своего жеребца. Это хамское неуважение к России и ее народу. Владимир Михайлович человек вполне симпатичный и не злой, скорее добродушный, но какая от него польза в Государственной Думе? По всей вероятности, сидят в Думе и две дочери Борзюка, но не могу сказать точно, не знаю их фамилий после брака. Каким образом Борзюк может быть руководителем организации ЛДП в Орле, если он с утра до вечера подле Жириновского?