Читать онлайн «Прогулки с бесом, или "Gott mit uns"!». Страница 174

Не открыта тайна появления толстостенных стаканов в торговле сыпучими товарами, но бес высказал такое предположение:

— Первое: стаканы с толстыми стенками прочнее. Второе: в такой стакан меньше входило водки, и таким образом государство, как бы уменьшало приём алкоголя во внутрь…

— Заблуждалось государство: я-то выпитые стаканЫ не считаю, мне "кондиция" нужна… Веришь в прошлые добрые намерения "советского государства"? А из каких выручек "буджет" состоял? Не из "пьяных" ли? Бес, я тебя отказываюсь понимать!

В "мелочной" торговле во все времена ценились толстостенные стаканы, и те, кто отмеряли продукцию тонкостенными стаканами — презирались "толстостенными". Нынешняя любовь уличных торговок семечками к толстостенным стаканам идёт с оккупационных дней.

Из биохимии известно: в семенах подсолнечника после года хранения вырабатывается растительный яд с названием "афлоротоксин", но и тут торгующие старухи нашли выход: чтобы подавить горечь порченого ядом товара — они его поджаривают. Старухи сидят с отравленным товаром в оживлённых местах, и такое их занятие считается безобидным. По каким причинам они торгуют ядовитыми семечками? Два ответа:

а) бедность,

б) от большой, необъяснимой, неистребимой любви к процессу торговли.

— Бабка, у тебя стакан фальшивый, хитрый! В него меньше входит! Поди, ещё с оккупации сохранила!?

— Боже сохрани, деточка, стакан у меня нормальный! — меня хлебом не корми, но дай кого-нибудь обмануть! Мы играем по установленным с древних времён правилам:

а) "не обманешь — не продашь"

б) "хоть щетинка — но моя"!

Знаю, что её мера для семечек — жульническая, и она об этом лучше меня знает, а в итоге мы "верим взаимно" и ничего с собой поделать не можем: игра у нас такая. Русские мы люди! И сколько будем торговать гнилыми, с афлоротоксином, семечками — никто сказать не может, но пока мы торгуем — мы непобедимы! И об этом знаем наверное. И всякие европы нам не указ!

Что такое "новое"? "Хорошо забытое старое": "подвиг", но теперь уже с тонкостенными консервными банками, повторили в "стране советов" "рыбные деятели". Не иначе, как переняли опыт у старух, торговавших семечками в оккупацию: отправляли икру за рубеж в банках из тонкого железа. В банках с тонкими стенками на десять икринок больше помещалось. Мизер, но приятно: на миллион банок набегало приличное количество деликатеса. Память о толстостенных стаканах времён оккупации на генетическом уровне перешла к "рыбарям" с "партЕйными" билетами в карманах: без билетов в министерства не пускали, билет был пропуском. "Мудрость" "рыбников" оценивалась приличным количеством денежных знаков иностранной валюты. Бабка времён оккупации и семечки в толстостенном стакане — масштабы, "достойные сожаления", но это был "учебник", "основа".

"Рыбные товарищи" по мужской линии были прямыми потомками тех, кто в оккупацию продавали самосад стаканами, а по женской — семечками. Но стакан для тех, и этих оставался прежним. Если я — потомок коллаборациониста, "вражеского прислужника", то и "рыбные товарищи" были чьими-то потомками?

— Гляди в толстостенный советский стакан — и на дне найдёшь ответ.

В какой раз заявляю:

— Немцы — не изобретательные люди в деле "украсть-обмануть"! Полное отсутствие фантазии!

И в какой раз задаю себе вопрос: "предал бы "рыбных товарищей", повторись прежнее? Если бы моей жизни ничего и не угрожало? Не знаю… Специально не стал бы делать донос, но если бы… пожалуй, выдал бы… От зависти к их воровскому "таланту"? "У них — получается, а у тебя — умишко слабоват"?

* * *

Только я так думаю, что оккупанты, с которыми работал отец, гаечным ключом владели лучше, чем автоматом "им. Шмайсцера" и не чурались меновой торговли с "покорёнными". Зачем самому стоять на базаре и отмерять не чистую соль толстостенным стаканом? Фантастика! Сделаем так: я отпущу хлористый натрий нормальной мерой, стаканом с тонкими стенками, впоследствии такая тара получила всенародное признание и звание "гладкий", а ты продавай товар, как угодно! Хоть щепотью, хоть спичечными коробками, или крупинками — твоё дело! "Навар" — твой.

Эх, узнать бы сущий пустяк: "какое количество технарей из числа оккупантов не чурались меновой торговли с аборигенами"? И что тогда было известно о "налоге на добавленную стоимость?"

— Бесяра, как рассматривать тех оккупантов, кои доставляли соль захваченным? Врагами?

— А сам как думаешь? В основе немецкие технари вообще не умели пользоваться оружием. Они, как солдаты, были не пригодны для боевых действий, и таким образом стиралась грань между захватчиками и захваченными.

— Как крепко надували наши "купцы" иноземных партнёров, когда те в сделках руководствовались своими правилами торговли? — на этот вопрос ответа не получено. Почему не расспросил отца при жизни?

Очень хотелось бы опросить оставшихся в живых "динозавров", кто тогда был молод:

— Вы согласны с тем, что нашептал бес на этих страницах? Много лжи в наших рассказах о прошлых врагах? Как далеко в торговых операциях с аборигенами заходили оккупанты без риска быть наказанным окопами Восточного фронта? Как использовали враги преимущества с "позиции силы"? "Наезжали" на торгующих аборигенов? "Крышевали"? Рэкет?

"Наехать" — новорожденное, "свежак", тогда о "наездах" и представления не было. Жил другой товарищ: "прижим". Нет, никого из торгующих аборигенов враги не прижимали. Ну, и что, если бы кто-то из них был уличён в торговых операциях? Разве они не были на Восточном фронте? Куда ссылать?

Отец никогда не курил и качество приобретаемого самосада определить не мог. Самосад привозился в родной город, менялся на что-то другое, и это другое на вражеских эшелонах отвозилось в зону повышенной стоимости самосада. Ничего нового, законы торговли никогда не изменятся.

Так кто и кому служил? Граждане Рейха — аборигенам, или всё же масса предателей из местного населения — Рейху?

Ныне говорят, что нашему, российскому "челноку" от роду всего каких-то десять лет. Смею утверждать при поддержке беса, разумеется, что это не так: российский "челнок" родился в зиму 42 года в моём городе и "мать", что родила "челнока" — оккупация! "Челнок" — это, прежде всего, "движение товаров", а без перемещения "челнок" никогда бы не родился. Челнок потому и "челнок", что он движется между двумя точками. Истина "под лежачий камень вода не течёт!" никогда не потеряет силу! У кого были возможности передвигаться? У вражеских прислужников, как мой отец, и получается, что "отцами" русских "челноков" девяностых годов были проклятые захватчики 41-го года вкупе с "подлыми вражескими прислужниками"! Шансы на выживание оккупированных граждан были в руках врагов и тех, кто получал от врагов разрешение на передвижение. Однако, как далеко можно зайти, продвигаясь в неверном направлении!

Всё про войну написано, но чем и как добывали пропитание на каждый день захваченные "советские люди" — умолчание! Тишина! Нельзя! Запретная зона! Стой, стрелять буду! — эх, мать моя, ну почему "мудрая народная советская власть" не понимала, что всё и всегда держалось на торговле!? Кто может подсчитать, во сколько обошлась России тупость советской власти сроком в семьдесят лет? Это я о "рыночных отношениях и проклятом капитализме".

Оккупанты предлагали рынок, но нам всегда был милее базар. О нас говорят, что "вы и до сего дня стоите к цивилизованному рынку задом" Это не моё открытие, и не беса, открытие сделали другие и рассказали о тайнах рынка по телевиденью. Сегодня нам лупят в задницу:

— Повернитесь! — но зады у нас, как прежде, большие и прочные, и нас не пронять тычками! Не скоро мы сможем дать "задний ход" из того тупика, в который заехали "под шелест и трепыхание алых революционных знамён"!

Глава 78.

"Индульгенции"

Как-то в доме появился красивый портфель из кожи с блестящими замками. Отец объяснял матери, что заказ добыть портфель получил от большого начальника. Желания начальства, будь оно советским, или каким-то иным, всегда нужно исполнять! Тогда и узнал первое немецкое слово "таше": сумка, значит.

Заказ отец выполнил, и большой немецкий начальник остался доволен. Что отец получил за "операцию" по добыванию портфеля — не знаю, но что не "Железный Крест" — это точно. Довольство большого начальника пожелало повториться, и в скорости в доме появился другой портфель свиной кожи, темнее и лучше первого.

Потом, в советских фильмах о войне, вражеских офицеров показывали с такими портфелями набитыми важными, секретными документами, но не колбасой, шнапсом, или коньяком и шоколадом с галетами. Только документы, ничего низменного! Ну, что поделать с этими портфелями, мода на них была тогда, любили их! И не только вражеские офицеры высокого звания обожали портфели из свиной кожи, портфели свиной кожи любили абсолютно все деятели, в том числе и наши. И это в советских фильмах можно увидеть. Услуги с портфелями для высокого начальства отцу зачлись в будущем. Как — об этом ниже.