Читать онлайн «Исчезновение варваров». Страница 46

Создание этнических военных организаций — самая прямая дорога в ад. И самая короткая. Создание этнических объединений военных должно быть запрещено законом и просится прямиком не в политику, но в уголовный кодекс. Сбережение белорусов как этноса есть несерьезный, неумный, легковесный и наглый предлог для создания вооруженной группы. Кто посягает на белорусов как этнос? Кто-нибудь планирует геноцид белорусов? Измученные очередями москвичи? Может быть, белорусская культура уничтожается Россией и русскими? Ничего подобного. Белорусский язык преподается в школах, белорусы имеют своих писателей, ученых и премьер-министров, свои театры, все, что имеют и русские. По всем нормам международного права белорусы не находятся под угрозой исчезновения как нация. Политическую же независимость они только что сами декларировали. (Бретонцы во Франции находятся в куда более худшем положении, их язык не преподается в школах, он погибает.) Абсурдно и то, что защищать белорусов БОВ собирается от России. Смею утверждать, что в различные периоды истории как раз Россия помогла белорусам отстоять свой этнос, ибо белорусам грозила серьезная опасность ассимиляции то литовцами, то поляками.

Ясно, что предлог для создания военизированных отрядов БОВ абсурден и иррационален. Истинное объяснение возникновения БОВ куда более простое. Всегда есть желающие погреть руки у большого огня революций и социальных вулканических извержений. Вспомним, какое количество «батек» и «атаманов» объявилось в стране в 1917–1922 гг. «Батька» Статкевич хочет погулять с ребятами, как в свое время гуляли «батьки» и «атаманы». И вот Он 'со товарищи организует себе работу, когда, казалось бы, нет уже никакой работы для разрушителей. Ведь Беларусь уже независимое, политически суверенное государство. В политике работы нет, отсюда выдвигается ("мы не политическое движение") тезис "угроза этносу". Господин Статкевич только один из «батек», в каждой из независимых республик есть свои «батьки», и исчисляются они десятками, а то и сотнями. И свои "объединения военных", бывших военных, полувоенных, еще не совсем военных и так далее. Искать рациональность в их действиях — бессмысленное занятие. Присутствуют в их действиях только все время нагнетаемые эмоции и несомненная разрушительная, крайне бестолковая и опасная для молчаливого трудолюбивого большинства белорусов, русских и якутов равно ЭНЕРГИЯ. (Уже седьмой год, хочу заметить с негодованием, никакие, даже самые злобные энергии не встречают сопротивления закона. Преступные методы равно применяются в политике и в экономике.)

Пока еще осторожную военно-этническую программу господина Статкевича "Независимая газета" озаглавила: "Они должны защищать Родину". Но, напротив, это Родина должна защищать себя от таких организаций, как БОВ! И белорусская Родина и русская Родина. И объективность и свобода имеют границы.

Абсурдно быть объективным к организации, основным критерием, идеалом, принципом которой является этнос. Этноцентризм есть всего лишь форма расизма, все более и более популярная в «республиках». В нормальном, «цивилизованном», как любят писать в столичных газетах, государстве этническая, расовая пропаганда запрещена законом. Почему подобная пропаганда не запрещена ни в Белоруссии, ни в России?

БОВ и ему подобные задиристые объединения разозлят-таки провокациями русский стомиллионный народ до степени создания такого РОВ, что остановить его мощную ярость не сможет и вся планета. Замечу фаталистически, что именно по этому пути развиваются события.

Советская Россия. 1992. 17 марта

Старые идеологии умирают время от времени. Умирают совсем или преображаются в другую форму. Мы живем именно в одну из таких эпох. Смерть идеологий — процесс необратимый и нормальный, следствие социальных метаморфоз общества. Очень долгое время религии служили идеологиями, покуда не выдохлись. Идеологии жестоко сталкивались между собой в войнах. Вспомним, сколько людей погибло в идеологически мотивированных крестовых походах. Силой оружия была "побеждена идеология фашизма. В 1979 г. вдруг, вопреки всем теориям прогресса, ислам сделался идеологией сильной страны Ирана. Сегодня, кажется, выдохлись, ибо сложились новые социальные условия, многие положения марксистского социализма, и рассыпаются общества, скрепленные до сих пор идеологией марксизма. Запад счастливо, но ошибочно кричит о победе идеологии капитализма над идеологией коммунизма, в то время как налицо скорее самороспуск, капитуляция последней. Капитуляция произошла по причине явного преимущества экономической системы Запада (с ее неравномерным распределением плодов достатка) над всеми другими экономическими системами планеты, в том числе и коммунистических стран (уравнительно-коллективистскими). К тому же "ще не вичер", как гласит украинская пословица. Поглядим, что приготовила нам История для следующего акта.

Собственно капитализм — это экономическая система, и только. Но можно говорить об идеологии демократии, подразумевая под ней движение либеральной мысли, основоположниками которого были Монтескье и Адам Смит. (Родоначальниками же социалистической мысли были — это общеизвестно — Прудон и Маркс. Обе идеологии зародились в 18–19 вв.) Современная формула идеологии западных (белых) обществ долгое время оставалась триединой: "Традиция — Демократия — Капитализм". В случае каждого отдельного общества «традиция» — есть национальные традиции его, включая государственность (французскую, американскую, Объединенного Королевства Великобритании… и т. д.). В последние годы к этим элементам троицы все чаще добавляется четвертый — "права человека", этакие современные интернациональные десять заповедей, пусть их и тридцать. Тридцать заповедей "Универсальной Декларации прав человека", принятой ООН в 1948 г. (но долгие годы пылившейся без употребления), скорее подытоживают, формулируют уже сложившиеся в Западной Европе формы социального поведения. Однако за пределами западных обществ, в так называемых «слаборазвитых» странах, "Универсальные права человека" — агрессивное оружие, служащее экспансионистским целям Запада. Когда-то для тех же целей служили крест, евангелие и меч. Итак, полная формула идеологии демократии: "Традиция (национальная) — Демократия — Капитализм — Универсальные права человека".

Теперь поглядим на российскую цивилизацию и ее идеологию. Формулой идеологии российской цивилизации на протяжении многих веков была общеизвестная троица: "Самодержавие — Православие — Народность". Придя к власти, Ленин и его апостолы заменили «Самодержавие» «Партийностью», оставили, не покушаясь на нее, «Народность», однако полностью и агрессивно отказались от третьего ингредиента, от «Православия». «Православие» (с 19 в. все чаще понимаемое как традиция) выкорчевали и вспомнили о нем только в самые тяжелые годы войны, чтобы забыть о нем после. Образовавшаяся триединая формула коммунистической идеологии: "Партийность — Народность — Коммунизм" подчеркивалась лозунгами: "Народ и партия едины!", "Власть, рожденная Октябрем, — подлинно народная!" или "Верной дорогой партия наша нас (народ) к коммунизму ведет!" Вполголоса к трем элементам формулы добавлялся (меняющийся со временем) «экономический» элемент идеологии: "Коммунизм — это Советская власть плюс электрификация всей страны!" — при Ленине, «Индустриализация» и «Коллективизация» — при Сталине, соревновательный экономический клич "Догоним и перегоним Америку!" — при Хрущеве.

Сегодня, когда идеология коммунизма самокапитулировала, советское многонациональное государство испытывает небывалые трудности. Оно качается и вот-вот упадет наземь. Ибо государство, в котором общество лишено идеологии, подобно дому, сложенному из кирпичей, но без скрепляющего цемента. Подует ветер сильнее обычного, и дом упадет. Нужен скрепляющий цемент и до такой насущной степени, что цемент годится любой. Все будет лучше, чем никакого. Окраины СССР тотчас же заполнили идеологический вакуум местными национализмами. Национализм — самая примитивная форма идеологии, отбрасывающая человека далеко в прошлое, в эпоху пещерную. Национализмы всякий раз появляются на авансцене истории в моменты крушения НАДНАЦИОНАЛЬНЫХ идеологий.

Отечественные демократы навязывают стране импортную идеологию, сводящуюся к формуле "Демократия — Рынок — Права человека". Под «Рынком» они конечно же подразумевают капитализм, однако, зная нелегкие отношения советских людей с этим термином, предпочитают пользоваться эвфемизмом. Легко заметить, что в заимствованной с Запада формуле отсутствует элемент «традиция». Дело в том, что «демократы» боятся традиции и не доверяют ей. В особенности это касается коллективистских и уравнительных традиций последних семидесяти лет. Именно поэтому они поспешили разгромить разоблачениями и «сталинизм» и «застой». Боятся «демократы» и дореволюционных традиций Российского государства по причине их якобы зараженности русским национализмом. Они охотно допускают музейную традицию православия только потому, что отлично понимают: православие как социальная сила — мертво и потому неопасно, оно не есть конкурент их либеральной демократии.